как этот человек переживает, о чем думает, как живет и тому подобное! Я уже давно опустила его и сказала, что между нами все кончено. Но раз он такой тугодум, то так и быть — я готова повторить все это еще сто раз!
«О, боже, дай мне сил вытерпеть эту пытку… — с прикрытыми глазами тихо выдыхает Даниэль, отвернувшись в сторону и приложив руку ко лбу. — Это невыносимо… Хотя возразить я тоже не могу, потому что она абсолютно права. Я — предатель…»
— Значит так, дорогая моя дочь! — уверенно начинает говорить Максимилиан. — Мы с Лилиан не потерпим столь неуважительного отношения к человеку, которому ты обязана жизнью. И до тех пор, пока история с Джулианом не закончится, мы хотим, чтобы ты уважительно относилась к Даниэлю.
— Уважительно? — громко удивляется Анна. — Ты серьезно? После того как он на моих глазах целовался с другой, да еще и едва не переспал с ней?
— Ты слышишь, что я сказал! Никаких оскорблений в сторону этого парня!
— Я никогда не буду уважать этого козла после того, как он поступил так со мной!
— Следи за языком, Анна! — резко одергивает Лилиан. — Мы с твоим отцом все понимаем, но у тебя нет никакого права опускаться до оскорблений и унижений. Веди себя как подобает хорошо воспитанной девушке из интеллигентной семьи!
— Я веду себя так, как этот человек заслуживает! — сухо заявляет Анна. — А уважения Перкинс точно не заслуживает! Не заслужит, сколько бы поступков он ни совершил!
— Вот когда Джулиан с Норманом отправятся за решетку, тогда Даниэль оставит тебя в покое. А сейчас он это не сделает!
— Или вы с отцом выводите эту тварь из палаты, или это сделаю я! И плевать, что у меня нет сил подняться. Ради этого я обязательно их найду! Потому что меня тошнит от одного только вида его наглой рожи!
— Анна, а ну-ка прекрати! — сухо требует Максимилиан.
Даниэль с прикрытыми глазами задирает голову, подходит к окну и опирается руками на подоконник, изо всех сил держа все эмоции в себе.
«Черт, как же сильно мне хочется свалить отсюда, оставить ее в покое, сидеть дома и ни с кем не разговаривать, — думает Даниэль. — Каждое ее слово причиняет мне боль… Боюсь, что я не смогу это выдержать… Ох, черт возьми… И проблема в том, что я не могу оставить ее. Мой долг — быть здесь и защищать от того козла. Мне придется все это терпеть и быть свиньей, которая не услышит, что мои усилия высоко оценены.»
А пока Максимилиан о чем-то спокойно разговаривает с Анной, Лилиан встает с койки и подходит к Даниэлю с целью поддержать и утешить его.
— Не слушай ее, Даниэль, — мягко советует Лилиан, положив руку на плечо Даниэля. — Ею одержимы злость, гордость и обида.
— Все в порядке, миссис Сеймур, — спокойно отвечает Даниэль. — Она права. Я не могу ей возразить.
— Скажу по секрету, пока тебя не было, Анна говорила совсем иначе. — Лилиан загадочно улыбается. — Сказала, что любит тебя и страдает от того, что не может простить.
— Правда? — с блеском в глазах удивляется Даниэль.
— Моя дочь борется с противоположными чувствами. Она любит, но не может простить.
— Мне безумно неприятно слышать все, что она про меня говорит, — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Это очень тяжело.
— Ничего, Даниэль, рано или поздно она поймет, что ты не хотел этого.
— Кстати, а она ничего не сказала о том, как мы с друзьями спасли ее от Поттера?
— Только лишь пообещала выразить благодарность твоим друзьям.
— Я так и понял.
— Но ты, пожалуйста, не обижайся на мою дочку. Я уверена, что она не оставила это без внимания и однажды все-таки скажет тебе «спасибо»
— Если не скажет — ничего страшного, — пожимает плечами Даниэль.
— В любом случае ты на правильном пути, дорогой. — Лилиан мягко гладит плечо Даниэля. — Продолжай в том же духе и не отступай назад.
— Не беспокойтесь, миссис Сеймур, я буду рядом до тех пор, пока история Поттеров не будет закончена.
— Вот и правильно! А потом все может измениться. Да и дочка моя придет в себя и начнет слышать то, что ей говорят.
— Да, конечно… — Даниэль бросает легкую улыбку. — Спасибо за поддержку.
Лилиан ничего не говорит и лишь слегка улыбается. А потом она переводит взгляд на Максимилиана с Анной, подходит к ним и присаживается на койку. Мужчина же быстро говорит что-то своей дочери, встает и решает подойти к Даниэлю, который все еще стоит у окна.
— Не надо так расстраиваться из-за того, что она говорит, — похлопав Даниэля по плечу, с ободряющей улыбкой говорит Максимилиан. — Это лишь ее эмоции.
— Я понимаю, что заслужил все это, и ожидал чего-то подобного, — спокойно отвечает Даниэль. — Хотя это все равно очень тяжело.
— Сейчас никто не должен всерьез воспринимать то, что говорит Анна. Она может говорить что угодно, но на уме у нее совсем другое.
— В любом случае она абсолютно права. Вам не стоит ругать ее за то, что у нее есть свое мнение.
— Мы просто хотим, чтобы она проявила к тебе хоть каплю уважения. Лилиан и я прекрасно понимаем, что Анна злится, но так оскорблять человека — это слишком.
— Сейчас меня это волнует меньше всего. Она может делать что хочет, но я добьюсь своей главной цели.
— Вот и правильно! Продолжай делать то, что должен, и не слушай просьбы Анны оставить ее в покое. Она хочет, чтобы ты помог ей, даже если отказывается признавать это.
— Обещаю, мистер Сеймур, мы доведем это дело до конца вне зависимости от ее желания.
— Я верю, Даниэль, — с легкой улыбкой кивает Максимилиан. — И помни, что моя дочка любит тебя. Она очень хочет простить тебя, но пока не может. Обида не позволяет.
— Думайте, она и правда оценит мои старания?
— Конечно, оценит. Анна все замечает, даже если не говорит об этом. И однажды поблагодарит не только твоих друзей, но и тебя.
— Я стараюсь не ради благодарности. Если ваша дочь хочет оскорбить и бить меня — пускай. Как-нибудь переживу.
В этот момент к Даниэлю и Максимилиану с легкой улыбкой на лице подходит Лилиан.
— Все будет хорошо, Даниэль, — дружелюбно подбадривает Максимилиан, похлопав Даниэля по плечу. — Не надо вешать нос и грустить. Просто делай то, что нужно, и жди.
— Мы в тебя верим, милый, — добавляет Лилиан. — Да, будет очень тяжело, но ты справишься.
— Спасибо огромное, — с легкой улыбкой вежливо благодарит Даниэль. — Я не отступлю и помогу вам и
