Читаем без скачивания Аномальный наследник. Пенталогия (СИ) - Тарс Элиан

– Нет, ну в самом деле, Аскольд! Без тебя в школе тишь да гладь. А стоит тебе прийти… Дуэль! В первый же день! Ты в своём репертуаре! – воскликнул Влад.

– Будто бы я рад этом, – хмыкнул я и закинул в рот ложку супа.

Двенадцать секунд спокойного приёма пищи, и последовал взрыв.

– Аскольд! Что ты сделал с бедной девушкой?! – взорвалась, конечно, Яна.

– Ничего особенного, – я пожал плечами, не отрываясь от тарелки.

– Признавайся, что с ней? Почему ненавидит тебя? – не успокаивалась Оболенская.

Плавно выдохнув, я положил ложку в опустевшую тарелку и поднял глаза на Яну.

– Почему тебя так сильно интересует моя личная жизнь?

Девушка удивлённо хлопнула глазами, щёчки мгновенно порозовели.

– Нет… ты не так понял. Я переживаю за эту девушку, вот и всё, – затараторила она.

– С «этой девушкой» всё будет в порядке. Может быть, она даже будет счастлива, если выйдет замуж за Кузю.

– Ты отверг её, да? – неожиданно спросила Юля.

Великая княжна Казанская буравила меня взглядом своих дивных карих глаз.

Внезапная прямолинейность с её стороны, да ещё и публично. Вот и что мне теперь на это отвечать?

Однако ответ пришёл в голову довольно быстро, я уж было открыл рот…

– Всем привет, – услышал я миленький голосок за спиной. – Позволите пообедать с вами?

Обернувшись, я увидел Зину Смирнову с подносом в руках.

Мы вежливо подвинулись, освобождая место для ещё одного человека за столом. Разместившись, Зина быстро заговорила:

– Аскольд, я слышала, вы поссорились с Алёной. Сочувствую. Прости… меня вызывали в учсовет, спрашивали, правда ли ты был с ней на моём дне рождения. Спрашивали, как вы себя вели между собой… Я сказала, что очень тепло. Извини, я не могла врать членам учсовета, и…

– Не стоит извиняться, Зина, – улыбнулся я. – Всё в порядке.

Вот значит, как Алиса провела своё маленькое расследование. Хотя уверен, и без Зины у неё достаточно информаторов. А Смирнова молодец – столько сострадания во взгляде и голосе, будто бы и не рада вовсе новости о моём «разрыве» с Алёной.

Я снова взглянул на Юлию. Она смотрела на меня пристальным взглядом, в котором читалось требование ответить на заданный ранее вопрос. Яна же как будто снова была готова взорваться. На лицах Влада, Васи, Инны и Маши читалось жгучее любопытство.

– Друзья, давайте оставим эту скучную тему. Что было, то прошло. Предлагаю уделить время обеду и обсудить предстоящий урок.

Две секунды ребята не сводили с меня глаз, в некоторых отчётливо читалось разочарование.

Юля повернулась к Антохину и спросила:

– Василий Антипович, а как вы поняли третью задачу по физике?

А на неё всё‑таки можно положиться…

К началу следующего урока я опоздал. Посреди обеда меня вызвали «на ковёр» к первому заместителю директора, чему я, честно говоря, был рад.

Секретарь Шапочкиной в приёмной встретила меня весьма радушно:

– Аскольд Игоревич, добрый день, как ваше здоровье?

– Здравствуйте, Маргарита Павловна. Благодарю, теперь всё в порядке, – с улыбкой ответил я.

– Рада слышать. Проходите, Ирина Александровна уже ждёт вас.

Кивнув, я вошёл в смежный кабинет.

Обладательница самого роскошного бюста «Алой Мудрости» сидела за столом. Услышав звук открывающийся двери, она оторвала взгляд от бумаг и тут же нахмурилась. Она молча наблюдала, как я уверенно направился к «своему» стулу.

– Здравствуйте, Ирина Александровна. Выглядите, как всегда, бесподобно, – заявил я, сев.

– Как и ты, Аскольд, – процедила она и, тяжело вздохнув, откинулась на спинку кожаного кресла. – Вот скажи мне, что ты за человек?

– Думаю, я прекрасный человек.

– Ага. Сначала пропал куда‑то, ссылаясь на болезнь, а появившись, вляпался в дуэль из‑за какой‑то девчонки. Что… – она чуть прищурила взгляд. – Что тебя хоть связывает с этой девчонкой? Ты, правда, её обесчестил?

– Не понимаю, что вы имеете в виду, Ирина Александровна, – проговорил я своим самым серьёзным тоном, глядя ей в глаза.

Она сжала губы в нитку и чуть отвернулась.

– Вот значит как… Ну… рада слышать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шапочкина не зря свой пост занимает, её прелестная головушка отлично соображает. Поняла, что подробности своих похождений я умею держать в секрете.

– И всё же, Аскольд, – оживившись, продолжила Шапочкина, – что насчёт твоей болезни?

– Если вас интересует, выиграю ли я турнир, то я его выиграю. Ничего не поменялось. При всём уважении, остальное вас беспокоить не должно.

– Как это не должно? – она изогнула бровь. – Ты ведь представляешь наш лицей, и…

– Не должно, – равнодушно перебил я её. – От лицея я не отнекиваюсь, победу себе обеспечу. Мы это уже обсуждали, Ирина Александровна. Неужели вас больше ничего не интересует? – я подался вперёд и снова заглянул в её глаза. – Например…

– Что меня сейчас интересует, так это твоя дуэль! – поспешно выпалила она. – Прошу тебя, не убивай и не калечь нашего ученика. Он тебе неровня.

– Как вы могли обо мне такое подумать? Я умею сдерживать обещания и соблюдать правила.

– Ты намекаешь, что я не держу обещания?! И договорённостям со мной нельзя верить?!

– Значит, вы позволите мне распланировать наше свидание, – расплылся я в довольной улыбке.

Она хмыкнула и лукаво улыбнулась.

– Я… не могу такое обещать. У меня могут быть дела… Важные.

– Сегодня вечером вы свободны? – нашёлся я.

– Да.

– Уже нет, мы идём с вами в ресторан.

Шапочкина тихо выдохнула. Я уже не смотрел на неё, разглядывая картину с изображением огромного солнца над пашней. Красивое.

– И как тебе это удаётся, а? – не выдержав, выпалила заместитель директора. – Тебе ведь только семнадцать!

– Харизма, которой позавидовали бы даже императоры? – с полуулыбкой спросил я.

– Не стоит разбрасываться такими фразами. Опасно это, – покачала она головой.

– А если я серьёзно? – медленно проговорил я, впившись в неё взглядом.

Шапочкина опешила. Прониклась.

– Ну раз со всеми вопросами разобрались, откуда мне вас забрать в восемь часов?

* * *

Школьная арена…

Честно говоря, не думал, что мне придётся выйти на неё так скоро. Раньше, чем начнётся турнир в следующем году, я не собирался ступать на здешний ковролин.

– Народу даже больше, чем во время твоей дуэли первого сентября, – усмехнулся мой бессменный секундант. Задрав голову, Влад оглядывал трибуны.

– Ага, – бесстрастно ответил я.

– Полагаю, подбадривать тебя и настраивать на поединок не нужно?

– Ага.

– Аск, должен тебе сказать. Без обид, но если у тебя в самом деле что‑то было с этой девушкой, то я Кузьму понимаю. Но это не значит, что я от тебя отвернусь. Просто… хотел, чтобы ты знал.

– Да какие тут обиды? – хмыкнул я. – Я и сам его прекрасно понимаю. Более того, восхищен его поступком.

– Хм… – задумчиво протянул мой друг. – А я вот теперь твоими словами восхищен.

– Хах, я всегда знал, что я восхитителен. Иди, тебя зовут.

Пока секунданты обсуждали с судьей – Димой из учсовета, последние нюансы, Кузьма сверлил меня холодным неприязненным взглядом. Для него я враг… Но вот сам я парня врагом уж точно не считаю. Да и Алёна натерпелась ужасов, как ни крути, из‑за меня. Обычная студентка училища, подрабатывающая в компьютерном клубе, к подобному уж точно была не готова.

Я не смотрел на трибуны и не заводил толпу, как обычно делаю во время турнирных матчей. Я терпеливо ждал, когда судья начнёт обратный отчёт.

А вот люди на трибунах с жаром обсуждали происходящее, отчего на арене стоял невообразимый шум. Кто‑то восхищался Кузей, кто‑то откровенно над ним насмехался. Кто‑то корил меня за то, что «совратил чужую невесту». Как обычно, слухи разносятся быстро и обрастают несуществующими подробностями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Наконец, Дима призвал трибуны к тишине, зачитал правила, особо подчеркнув дополнительное условие победы, велел нам активировать жи́ву и начал обратный отчёт.