Надменный взгляд Кары вернулся к Ричарду.
– Вы обязали нас защищать Мать-Исповедницу, Магистр Рал. Мы всего лишь пытаемся защитить честь нашей сестры.
Кэлен улыбнулась, заметив, что Кара сумела наконец допечь Ричарда, что Морд-Сит удавалось крайне редко. Ричард мысленно сосчитал до десяти, чтобы успокоиться.
– И вы прекрасно с этим справляетесь, но вам не стоит так волноваться. Даю слово, что она очень скоро станет моей женой.
Кэлен провела пальцем по его спине.
– Мы обещали Племени Тины, что свадьба состоится у них деревне и обряд проведет Птичий Человек, а я надену платье, сшитое для меня Вэзелен. Это обещание много для меня значит. Ты не станешь возражать, если мы поженимся в Племени Тины?
Не успел Ричард заверить ее, что для него это тоже очень важно, как их окружила толпа ребятни. Мальчишки тянули его за руки, упрашивая пойти посмотреть, как он обещал.
– О чем это они? – спросила Кэлен, радостно засмеявшись.
– Джа-ла, – объяснил Ричард. – Дайте-ка мне взглянуть на ваш мяч, обратился он к детям.
Они протянули ему мяч, и он показал его Кэлен. Она взяла мяч и внимательно посмотрела на вышитую на нем большую букву «Р».
– Что это?
– Раньше в нее играли мячом, называемым «брок», который был слишком тяжел для детей. Я велел белошвейкам сшить новые мячи, полегче, чтобы все дети могли играть, а не только самые сильные. Так что теперь игра требует скорее ловкости, чем грубой силы.
– А для чего эта «Р»?
– Я сказал им, что каждый, кто будет играть новым мячом, получит брок от дворца. «Р» означает «Рал», в подтверждение того, что это официальный мяч. Игра называлась джа-ла, но с тех пор как я изменил правила, она называется джа-ларал.
– Ну, – заявила Кэлен, вернув мячик мальчишкам, – раз Магистр Рал обещал, а слово он свое держит всегда...
– Да! – воскликнул один из мальчиков. – Он пообещал, что, если мы будем играть официальным мячом, он придет посмотреть на игру!
Ричард поглядел на собирающиеся в небе тучки.
– Кажется, надвигается гроза, но, надеюсь, игру посмотреть мы успеем.
Рука об руку, в окружении стайки детишек они пошли по улице.
– Если бы только Зедд был с нами, – покачал головой Ричард.
– Ты думаешь, он погиб тогда, в замке? Ричард посмотрел на горы.
– Он всегда говорил, что если ты принимаешь возможность, то делаешь ее реальностью. Я решил до тех пор, пока кто-нибудь не предоставит мне доказательств его гибели, считать его живым. Я в него верю. И верю, что он жив и бродит где-то, изрядно отравляя кому-то существование.
* * *
Постоялый двор казался довольно симпатичным в отличие от предыдущих, где им довелось останавливаться и где люди слишком много пили. А их страсти плясать до глубокой ночи он решительно не понимал. Почему-то эти две вещи всегда неразрывно связаны друг с другом, как пчелы с цветами или мухи с навозом.
Темнота и танцы.
За несколькими столиками сидели люди и не торопясь ели. За одним из угловых столов играли в какую-то игру четверо стариков. Попыхивая трубками и потягивая эль, они что-то увлеченно обсуждали. Он уловил обрывки фраз, в которых упоминался новый Магистр Рал.
– Ты помалкивай, – предупредила Энн. – Говорить буду я.
Мужчина и женщина за стойкой приветливо улыбнулись им. На щеках женщины появились ямочки.
– Добрый вечер!
– Добрый вечер, – ответила Энн. – Мы бы хотели снять комнату. Мальчик-конюх сказал, что у вас есть хорошие комнаты.
– О да, мэм! Для вас и вашего...
Энн открыла было рот, но Зедд ее опередил:
– Брата. Меня зовут Рубен. А это моя сестра, Элси. Я Рубен Рыбник. – Он протянул мужчине руку. – Известный чтец облаков. Может, вы обо мне слыхали? Рубен Рыбник, знаменитый чтец облаков.
Женщина зашевелила губами, как бы подбирая слова.
– Ну... Я... Ну... Да, кажется, слышала.
– Вот видишь, Элси? – Зедд потрепал Энн по спине. – Почти все обо мне слышали. – Он облокотился на стойку. – Элси думает, что я много о себе воображаю, но она слишком долго прожила в деревне среди тех несчастных, которые слышат голоса и беседуют со стенами.
Две головы одновременно повернулись к Энн.
– Я там работала, – сумела выдавить Энн сквозь стиснутые зубы. – Работала там, помогая этим «несчастным», которые были нашими гостями.
– Да-да, – кивнул Зедд. – и ты отлично с этим справлялась, Элси. До сих пор не понимаю, как только они тебя отпустили. – Он снова повернулся к потерявшим дар речи хозяевам. – Ну и раз она осталась без работы, я решил взять ее с собой, чтобы она посмотрела мир, увидела жизнь, понимаете?
– Да, – хором ответили мужчина и женщина за стойкой.
– И кстати, нам бы лучше две комнаты, – заметил Зедд. – Одну для моей сестры, другую для меня. Она храпит, – пояснил он. – А мне надо выспаться. – Зедд ткнул пальцем в потолок. – Чтение облаков, понимаете? Требует внимания.
– У нас прелестные комнаты, – ответила женщина. На ее щеках снова появились ямочки. – Уверена, вы прекрасно отдохнете.
Зедд предостерегающе поднял палец.
– Самые лучшие, смею напомнить. Элси может себе это позволить. Ее дядя преставился и завещал ей все свое состояние, а он был не из бедных.
Мужчина недоуменно поднял бровь.
– А разве он и не ваш дядя тоже?
– Мой? Ну да, конечно, но он меня не любил. Мы со стариком вечно ссорились. Он был большой чудак. Носил носки вместо варежек в разгар лета. Зато Элси была его любимицей.
– Комнаты! – прорычала Энн и, повернувшись, одарила волшебника уничтожающим взглядом. – Рубену нужно выспаться. Он много работает, читает облака и встает очень рано. Если он недосыпает, кольцо у него на шее почему-то раскаляется.
Женщина вышла из-за стойки:
– Пойдемте. Я покажу вам комнаты.
– Уж не запах ли жареной утки я чувствую?
– О да! – кивнула женщина и вернулась обратно. – Это у нас сегодня на ужин. Жареная утка в собственном соку с луком и пастернаком. Хотите?
Зедд глубоко вдохнул:
– Божественный аромат! Чтобы приготовить утку как надо, нужен талант, но я по запаху чую, что вы приготовили ее как полагается. Никаких сомнений.
Женщина, вспыхнув, хихикнула.
– Мои жареные утки славятся по всей округе!
– Звучит соблазнительно, – заметила Энн. – Не будете ли вы так любезны принести ее нам в комнаты?
– Конечно! С удовольствием!
– Вообще-то, – заявил Зедд, – я вот что подумал. Ты иди, Элси, я знаю, ты не любишь, когда другие смотрят, как ты ешь. А я поужинаю здесь, сударыня. И кружечку чая, если не возражаете.
Энн испепелила его взглядом. Он почувствовал, что ошейник нагрелся.
– Не задерживайся, Рубен. Нам завтра рано вставать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
