Читаем без скачивания Червь - myriad

— Может, ты не знаешь, чего хочешь, потому что ты просто хочешь вернуться?

С минуту я не отвечала. Тишина была нарушена звуком движущихся недалеко над городом вертолетов, в сопровождении несколько летающих кейпов. Должно быть, очередная заброска таких ожидаемых припасов.

Я вздохнула.

— Я не нужна им, и они не помогут мне решить проблему с Вывертом и Диной.

— Наверное нет. То есть, если тебя примут обратно, тебе нужно будет пойти на компромисс, закрыть глаза на некоторые действия Выверта, смириться с тем, что он держит взаперти “дружка”. Больше никаких игр. Тебе придется полностью выкладываться в группе, отныне и впредь, если ты хочешь убедить ребят в своей искренности.

Я потрясла головой.

— Ты хочешь получить прощение за свой проступок? Легко не будет. Тебе придётся чем-то пожертвовать. И начать следует со своего упрямства. Надо поговорить с ними, со мной. Возможно ты даже передумаешь, сможешь смотреть сквозь пальцы на всю эту ситуацию с девчонкой, чтобы иметь друзей, Чтобы иметь возможность делать то, что ты хочешь, то, что ты должна, в какой-то другой области.

Я отошла от ограды и засунула руки в карманы, чтобы их согреть.

— Никогда.

— Никогда звучит как-то окончательно. Если уж ты так решила, что ты потеряешь, если всех выслушаешь? Хотя бы меня? У меня тут в сумке кофе и бутерброды, мы можем сесть и все обговорить. Если хочешь, можем потом пойти встретиться с остальными. Я буду с тобой, смогу тебя поддержать, и не дам Суке убить тебя.

Я покачала головой, развернулась и оперлась спиной на ограждение, смотря на мемориал, а не на город.

Так много погибших. Так бессмысленно. Что с этим миром пошло не так, что в итоге он стал настолько перекорёженным? Почему такие, как София и Оружейник здесь герои? Почему не смогли даже устроить подобающие похороны тем, кто отдал свои жизни, из-за горстки показушничающих идиотов?

С севера дунул порыв холодного ветра, спутывая мои волосы. Я убрала их с лица и зачесала за ухо. Когда я глянула на Лизу, она натягивала капюшон.

— Я бы могла спросить, что ты ценишь больше, друзей или мораль, говорить о том, насколько ты вырастешь как личность, присоединившись к нам, — она говорила не глядя на меня, — если бы моя сила не сообщила мне, что ты уже приняла решение.

Она была права. Пока я смотрела на монумент, в моей голове формировалась цель, точка приложения сил. Теперь я знала, что хочу делать.

Мне нужно всё изменить. Мне нужно быть лучше них. Лучше Оружейника, лучше Софии, Выверта и всех остальных.

— Ага. — ответила я. Она вновь взглянула на меня.

— В твоём плане есть место для Неформалов?

И я дала ей свой ответ.

Интерлюдия 8.а (Лиза)

— Таша, смотри, к нам заглянула бродяжка.

Таша нахмурилась, оторвала взгляд от своего телефона и посмотрела туда, куда указывала Даниэлла. Её губы неприязненно скривились.

Там была девушка, на вид лет четырнадцати-пятнадцати, с волосами типа "грязный блонд" — в обоих смыслах, и по цвету, и по состоянию волос, — с прядями синего цвета. Одежда на ней выглядела так, словно её только что вытащили из ящика с пожертвованиями для бедняков, а до этого носили неделями или месяцами. Девушка делала вид, что просматривает подборку курток, оставшихся с прошлой весны. Оборванцы вроде неё не должны шататься по набережной и беспокоить приличных людей.

— Сейчас разберусь, — сказала Таша Даниэлле.

Она тихо откашлялась, выпрямила спину и направилась к девушке, надев на лицо фальшивую улыбку.

— Чем я могу вам помочь?

— Всё в порядке, — девушка запихнула одну куртку на полку. Таша сразу вообразила отпечатки рук этой девушки на куртке. Она не сможет выкинуть эту картинку из головы, пока не избавится от девчонки и не проверит куртку сама.

Девушка не ушла, и это раздражало Ташу. Большинство таких как она сразу уходили, если к ним вот так вот подойти, отлично понимая, что это место не для них.

— Тогда скажу прямо, эти куртки тебе не по карману. Вон та, которая была у тебя в руках — это дизайн от Фенди, она стоит больше четырёх тысяч долларов.

— Да ладно? Она же уродливая.

Таша поджала губы и глянула на других посетителей магазина. Две девушки студенческого возраста, женщина со своим бойфрендом. Похоже, никто не заметил ни грубости, ни наезда.

Наклонившись почти вплотную, Таша прошипела:

— Эй, дурочка, мне вызвать охрану?

"Охрана" было эвфемизмом для вышибал из доков, парней в униформах, которые патрулировали улицы, присматривая за бездомными, членами банд и магазинными ворами. Их методы были грубыми, как и должно было быть, ведь их жертвы обычно были не в том положении, чтобы пожаловаться в полицию, ну или же полиция просто закрывала на это глаза.

— Меня реально бесит, когда меня называют дурой, — сказала девушка, встретив взгляд Таши с вызовом.

— Должно быть, ты здесь недавно, раз ты не...

— Завали ебало — перебила её девушка, с таким напором и враждебностью, что Таша замолчала на середине слова, — и дыши в сторону, а то я блевану. У тебя тошнотворный запах изо рта, несмотря на жалкие попытки заглушить его конфетой.

Неосознанно Таша поднесла руку к рту, потом остановилась и сложила руки так, словно старалась больше не допустить подобных рефлекторных движений. Она попыталась вернуть былое спокойствие, ответить девушке, но та уже снова начала говорить.

— Твой парень тебе изменяет, Таша Фаулер, с твоей лучшей подругой. Весьма забавно, учитывая насколько непривлекательна твоя подруга, и все твои попытки похудеть и понравиться ему.

Таша ощутила холодок в животе.

— Если поторопишься и будешь бежать всю дорогу, как раз успеешь застать их. Но тебе нельзя терять ни секунды.

— Как ты...? — спросила Таша, но девушка уже снова смотрела на куртки, очевидно потеряв интерес к разговору. Таша глянула на дверь.

— Беги! — внезапно рявкнула ей девушка. Испуганная Таша вылетела за дверь и побежала.

Когда продавщица покинула магазин, Дэниэлла сначала уставилась на хлопнувшую дверь, потом на мерзкую маленькую девушку.

Она стояла к Дэниэлле спиной, сделав вид, что осматривает куртку, и пряча лисью улыбку от уха до уха.

* * *

Они прибыли на место с громовым хлопком. Она почти упала, но Мрак протянул ей руку.

Ливень тут же промочил её насквозь, окатив все участки тела, оставшиеся сухими после удара приливной волны. Она откинула мокрые волосы с лица.

— Сплетница, он там, — сказал Мрак.

— Ага, — ответила она. Левиафан был в середине разрушенной набережной, разнося хвостом мешавшую ему пройти секцию деревянной пешеходной дорожки.

— Вживую он больше, — сказал Регент. Обычно свободная, сейчас его рубашка облепляла тело. Подвигав руками и понаблюдав, как при этом с них потоками течет вода, он снял рубашку и остался только в облегающей броне, которую носил под ней.

Сплетница усмехнулась. Иногда только это и остаётся.

— Наши способности совершенно не соответствуют масштабу.

— У всех так. Даже у Легенды, — ответил Мрак.

— Слушай, — начала она, — если я умру...

— Ни один из нас не умрет, — твёрдым голосом сказал Мрак.

— Ты слышал про наши шансы — по статистике один из нас погибнет, — заметила Сплетница. — Нас тут четверо...

— Трое. Суки тут нет, а Рой не является частью группы, — сказал Мрак.

— Верно, — ответила Сплетница. Она поискала глазами Рой и заметила её в беспорядочной куче людей, она стояла на четвереньках в отступавшей воде. Девушка поднялась на ноги и прокашлялась, с её маски потекла вода, и она начала осматриваться тем характерным для неё, странным образом.

Рой была так сконцентрирована на происходящем, что даже не замечала насекомых, собирающихся вокруг неё. Несколько иногородних кейпов удивленно бросали на на неё взгляды, когда насекомые пролетали мимо, чтобы сесть на чьё-то плечо или стену, но она не замечала этого.

Возможно, она настолько привыкла держать себя в руках, настолько привыкла считать, что люди избегают её или насмехаются над ней , что даже перестала это замечать. Забавно, что Рой, превратив свои способности в чрезвычайно эффективный инструмент для изучения и оценки окружающей обстановки, всё же была настолько невнимательна к определённым вещам.

Она бы использовала мою силу лучше, чем я сама.

К плечу Рой прилип кусок мокрой бумаги, из мусора, поднятого волной, но снять его или сказать ей об этом было некому. Она была одна. Сплетница почувствовала укол сочувствия. Она никогда не могла оставаться в одиночестве, у неё всегда была рядом семья, а когда она убежала, её окружали знакомые и соседи по ночлежкам. Тейлор же, похоже, тянуло к одиночеству. Она отталкивала от себя людей, а когда дело дошло до неприятных моментов, когда их команда в подробностях выяснила, что случилось с похищенной девочкой, Тейлор ушла. Сплетница не могла представить, чтобы она сделала что-то подобное, хоть и сильно подозревала, что Тейлор была ближе к остальным, чем она. Ужасно жаль, что всё так случилось, потому что Тейлор в последнее время стала раскрываться как личность, налаживать отношения с окружающими. Даже с Сукой, как бы странно это ни звучало.