не будет. И поздравить его, разумеется!»
Но как она сможет по телефону узнать о своем происхождении? Если Франк слушает – а он это делает постоянно – и если из коммутатора новости просачиваются, как через сито?
Это просто невозможно.
Криста легла спать в очень подавленном состоянии. И она не видела облако, которое проплывало по небу. Не видела, что оно словно примкнуло к холодному блеску луны. Не видела, как оно закрыло лунный диск и окутало его мраком.
Черная луна.
3
На следующее утро, до того, как ей надо было уходить, Кристе нежданно-негаданно представилась возможность позвонить в Линде-аллее.
Пришел проповедник, он хотел посмотреть на машину, которая стояла у Франка в сарае – она осталась от прежнего владельца. Может, из-за того, что это был сам проповедник, а может, из-за того, что у Франка появилась возможность заработать несколько крон, он вдруг смог двигаться свободно и непринужденно. Кристе столь важное дело он доверить не мог.
Когда мужчины вышли, она поторопилась попросить соединить ее с Линде-аллее. Она ждала и нервничала, боясь, что они вот-вот вернутся.
Но им явно было о чем поговорить, и разговор их оказался как нельзя кстати. Хотя она и ждала звонка, все равно подпрыгнула, когда он раздался.
Она объяснила Бенедикте, что у нее очень мало времени, и сказала, что хочет немедленно поговорить с Хеннингом.
Сначала она, разумеется, поздравила его с днем рождения, но это заняло совсем мало времени, а потом объяснила, почему она не смогла приехать.
Он, конечно же, огорчился, потом замолчал на секунду и спросил:
– Ведь ты хотела бы приехать, правда?
Криста почувствовала, что вот-вот расплачется.
– Да, дедушка, я так надеялась!
– Я понял это по твоему голосу. А что случилось?
– Я всегда хочу в Линде-аллее, так что я огорчилась еще до того, как это случилось.
– А что случилось? – спросил спокойный голос.
– Я… я не могу сказать сейчас. Но я вынуждена поговорить с вами. О… моем отце.
Ей следовало быть поосторожнее. Телефонистка, конечно, подслушивала..
Понял ли дедушка?
Да, он понял. Хеннинг долго молчал, а потом сказал:
– Понимаю.
– Почему же вы никогда?..
– Мы не могли. Не могли причинить боль… известному тебе человеку.
– Да, понятно, но я должна…
– Ты все узнаешь, маленькая Криста. Но и мы не знаем всей правды. Единственный, кто знает, – Имре.
– Имре? Но ведь вы добрых десять лет его не видели! С тех пор, как уехал Ветле.
– Верно. Но Бенедикте может с ним связаться, она в состоянии сделать это. Мы скажем ему, что ты нуждаешься в его помощи. А он позаботится об остальном.
– Спасибо, – сказала Криста. – Ой, они уже идут по двору, я должна заканчивать.
– Ты скоро приедешь?
О Франке он не спросил.
– Так скоро, как только смогу. У меня появилась работа.
– Правда? И Франк ничего не имел против?
– Да. Чтобы я не могла уезжать, – сказала она с внезапной откровенной горечью. – Но я все равно скоро приеду. Передавай всем привет!
– Благословляю тебя, детка!
Разговор был окончен. Она отодвинула от себя телефон и начала лихорадочно вытирать пыль в комнате, в чем не было никакой необходимости.
– А разве ты не должна уже идти, Криста? – спросил Франк.
– Да, я уже готова. Только вот вытру здесь пыль – и все.
И вдруг она испугалась. Разговор с Линде-аллее будет значиться в телефонном счете!
Ладно, делу – время, потехе – час.
Кристе никогда не приходило в голову, что за все в доме платилось деньгами Ваньи, ее матери. Франку, очевидно, удалось хорошо их вложить, но без них ему просто не с чего было бы начать!
А Криста всегда была в зависимости от него, что он неустанно подчеркивал. Он никогда даже не упоминал, что это ее деньги, по крайней мере в такой же степени, что и его. Это были деньги Людей Льда, от богатой шведской ветви рода, а кто был больше из Людей Льда – Ванья или он?
Все эти годы Франк сурово и деспотично распоряжался самим ее существованием, он позаботился о том, чтобы она не могла без него обходиться. Что бы у него осталось, лишись он Кристы?
Тем не менее, он прекрасно представлял себе Абеля Гарда в качестве потенциального зятя. Там Кристе было бы хорошо, ей было бы просто здорово попасть в такой христианский дом, получить обеспеченного мужа, пользующегося большим авторитетом в той свободной церкви, в которую сам Франк перешел много лет назад.
К тому же Абель и жил недалеко! Только через два дома. Хотя это и было нереально, Франк внушал себе, что Криста как-то сможет жить дома и ухаживать за ним после того, как выйдет замуж. Да, потому что даже он понимал, что такая девушка, как Криста, в девках не останется. И в таком случае Абель Гард наиболее предпочтительная кандидатура.
А разве девочка сама не согласна? Если так хочет Франк, так она и должна поступить.
Он знал только радостную и послушную Кристу.
Он не знал Кристу, которая родилась вечером накануне – благодаря нескольким словам, неосторожно оброненным служанкой.
Такую Кристу Франк никогда бы не узнал.
Мальчишки заставили ее позабыть о себе, и она снова стала прежней жизнерадостной, импульсивной и ребячливой Кристой. Она воспринимала маленькие сложности, как игру, она делала все, чтобы справиться со всем в доме: готовкой, стиркой и семью неуправляемыми мальчишками. И им нравилось с ней. Разумеется, они поддразнивали ее, вели себя чуть хуже, чем обычно, чтобы посмотреть, как она будет реагировать, но она очень скоро снискала их расположение. Она была самой лучшей няней, которую им доводилось видеть, так им казалось.
Но если быть честной, ей нравились не все мальчики. Младший, Эфраим, был необычайно занудливый и плаксивый ребенок. Похоже, что у него совершенно не было чувства юмора. Все для него было недостаточно хорошо. Младший ребенок в семье без матери.
Старшие дети прекрасно ладили с Кристой. И все равно, она очень устала. Когда наступил вечер, Абель пришел домой.
Ей было немного жаль его. Сама-то она сейчас уйдет, а ему предстоит укладывать спать семерых детей, а ведь он весь день был в разъездах, работал. Она сказала, что может задержаться, но оба они знали, что дома ее с нетерпением ждет Франк.
– Проводить тебя домой, Криста? – тихо спросил Абель.
– Да нет, зачем? – засмеялась она, раскрасневшись от работы и даже не догадываясь, что делает ему больно. – Здесь идти-то всего пару метров! Что со мной может случиться?
Она
