Заканчиваю припев и, в этот момент звенит звонок, но никто и не думает срываться с места и бежать на перемену.
Наконец, Анна Захаровна смотрит на часы и со вздохом произносит:
— Ну, что ж… Урок окончен. Все свободны.
Мы всей толпой выходим из класса, лед, что еще вчера чувствовался в наших отношениях, сломлен. Даже то, что Вика вновь возле меня, уже никого не задевает.
Вчерашние соперники, что-то дружелюбно рассказывают, шутят. И я не вижу, ни одного хмурого лица вокруг себя.
Домой возвращаемся также, всей толпой, а не поодиночке. Постепенно все кто живет поближе к школе, разбегаются, и вскоре мы остаемся только вдвоем.
Поворачиваюсь и шепчу ей на ушко: «Ты, моя королева!».
«Я, Знаю, мой король!» — так же тихо отвечает она.
Начало октября, а на улице только-только начинается осень. Дождей пока еще нет, но листья уже местами пожелтели и осыпаются, устилая красно-желтым ковром аллеи парка, по которому прогуливаемся с подругой. Вика собирает букет из кленовых листьев и что-то тихо напевает, в такт нашим шагам. Еще довольно тепло, но родители уже настаивают на осенней одежде. Хотя может оно и правильно, ведь все вокруг уже перешли на нее. Одеты, мы почти одинаково, в джинсах и легкой ветровке. Если бы не роскошные волосы Вики, то вполне можно принять нас за мальчишек. Сейчас редко можно встретить девочку в брюках или джинсах. Просто такая мода, что чаще всего они носят платья или юбки. А джинсы, слишком дороги, чтобы встречать их на каждом шагу. Правда, можно найти, что-то похожее на них местного производства, но увы их можно использовать только по прямому предназначению. Ведь когда-то их придумали в качестве рабочей одежды. Так вот то, что шьется у нас, ни для чего другого использовать не получится. Они и выглядят именно как рабочая одежда.
— В классе опять шептаться начинают в нашу сторону. — Говорит Вика. — Опять концерт будешь им устраивать?
— Хватит с них одного. Что мне теперь, клоуном работать? — Отвечаю ей. — А шепотки давно уже идут. Это их Ленка Рытикова подзуживает.
— А ей то, что не хватает?
— Не знаю. Может, завидует. — В прошлом году мы за одной партой сидели. — Может, взревновала. Кто вас разберет?
— А нас не надо разбирать. Нас любить надо.
— Всех?! — деланно ужасаясь, спрашиваю я. — У меня сил не хватит на всех. Да и не нужен мне никто.
Я останавливаюсь и, взяв Вику за плечи, поворачиваю к себе.
— Почти никто. Есть правда одна девчонка. — И смотрю ей в глаза.
Вика прижимается ко мне и спрашивает:
— А, я ее знаю?
Я пожимаю плечами:
— Наверное. Хотя… Трудно сказать. Я вот тебя, каждый день заново узнаю. А знаешь ли ты себя?!
Несколько минут мы молча стоим, потом Вика вдруг произносит:
— А, давай поссоримся?
— Зачем? — Удивленно спрашиваю я. — Тебя что-то не устраивает?
— Нет. Ты не понял. Давай поссоримся, и подеремся. При всех. Чтобы знали, что нас лучше не трогать!
— И так все об этом знают. Даже Ринат и тот, всегда первым здоровается. Уж кто-кто, а он-то точно еще в том году, за любой косой взгляд в драку лез.
— А что же тогда делать?
— Да плюнь. Пошепчутся и перестанут. Мне кажется, что ты просто хочешь спарринг устроить. Так?
— Ну не то что бы так… Но хочу. Ведь может у меня какое-то желание появиться.
— Насколько я знаю завтра на физ-ре гимнастика должна быть. Ариф Кадырович заболел, а Зоя Ильинична, только в зале уроки проводит. Значит, наших гимнастов заберет, а остальных или на брусья или на кольца отправит. Только надо заранее к ней подойти и предупредить. Думаю, она не против будет.
— Точно! Можно еще добуки взять с собою. То-то наши офигеют.
— Только не сразу их одевать, а чуть позже, после разминки. И после того, как с Зоей переговорим.
— Вот видишь, какой ты умный у меня! А я уже поссориться хотела.
— Я так думаю, что не поссориться, а похвастаться. Что-то у меня такое подозрение.
— Ты меня в чем-то подозреваешь? — загадочно улыбаясь, спрашивает Вика.
— А ты как хотела? Ты же у меня очень подозрительная личность!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вторник, как обычно начинается с физкультуры. Переодеваемся и выстраиваемся вдоль стены школьного спортзала. Появляется преподаватель с мячом в руках, и объявляет:
— Хабиров, Сорокина — выйти из строя. Остальные — волейбол. Только без сетки. Левая сторона зала ваша. И чтобы без шума. У меня соревнования скоро, чтобы никто не мешал.
— А, смотреть можно? — спрашивает кто-то.
— Можно, только тихо.
— Зоя Ильинична! — поднимаю руку.
— Да, Матвеев, что ты хотел?
— У нас тоже скоро соревнования, можно мы в уголке потренируемся?
— С Викой?
— Да. Нам много места не надо. Девять матов положим, нам хватит.
— Это вам уголок не подойдет. — Задумчиво произносит учительница. — Ладно, на улице вроде тепло, я сейчас дверь открою, волейболисты пусть туда идут. А вы тогда в левой части устраивайтесь.
— Спасибо Зоя Ильинична!
— Все. Разойдись.
Мы с Викой срываемся и бежим в раздевалку. Некоторые ребята, заметив, куда мы побежали изумленно переглядываются между собой, не понимая, зачем нам переодеваться. Какая-то часть класса выходит на улицу, но несколько человек все, же остаются. Все конечно слышали, что мы занимаемся тхэквондо, но никто еще, ни разу не видел, как это происходит в действии. Кто знает? Может это только слухи.
Через несколько минут, мы с Викой вновь выходим в зал, одетые в белоснежные добуки и опоясанные красными поясами. Да именно так. Еще вначале осени Чен-лаоши торжественно вручил нам эти пояса. Сейчас смутное время, для восточных единоборств. Вроде бы и все официально и никаких запретов нет, как было в моих прошлых реальностях, но все же соревнования тоже, не проводятся. А если и случаются, то только внутри клубов или секций практикующих искусство. Поэтому определение мастерства, прерогатива исключительно наставника. Хотя порою встречается и такое, что наставник раздает пояса не по мастерству, а по личной приязни, редко, но все же случается. Вначале, Чен-лаоши не хотел вручать нам пояса, мотивируя это тем, что мы мало знаем, или это просто ни к чему. Но в ноябре, вроде бы должны состояться межклубные соревнования, хотя и не слишком официальные, и только поэтому, чтобы поучаствовать в них и было определено, что красного пояса, мы с Викой все же стоим. Хотя и тут было уточнение. Дело в том, что ожидаются соревнования тхэквондо, у нас же с некоторых пор выработался несколько другой стиль, включающий и элементы, Айкидо. Даже Чен-лаоши, а он все-таки мастер шестого дана, признает, что наш стиль много действенней стандартной схемы боя. Но, увы, это только наш стиль. Не для соревнований. Поэтому сейчас мы делаем упор на стандартные схемы, хотя иногда очень хочется пошутить.
Пройдясь по матам, решаем, что на деревянном полу, все же лучше. Маты слишком мягкие и стесняют движения. Поэтому решаем работать может чуть осторожнее, но без них. И чуть размявшись, начинаем спарринг. Примерно через пять минут, вокруг нас собирается целая толпа одноклассников. Все с интересом наблюдают за нашими действиями. Вика, заметив такой интерес, показывает, одними губами: «побалуемся?» Я киваю головой, и мы начинаем использовать свой стиль. Даже если судить по зрелищности, то наш стиль во многом выигрывает у стандартных приемов. Допустим при исполнении тьо-ап-дора-чаги, т. е. удара в прыжке с разворотом ставится просто блок, то в нашем случает, атакующий, может просто вылететь с додянга. Здесь вступает в действие прием заимствованный в Айкидо, и атакующий, получив дополнительное ускорение, не всегда даже способен выполнить правильно страховку в падении.
Чувствую, разговоров будет немало. После одного из ударов Вики, чуть было не влипаю в стену. Со следующим ударом, Вика отлетает и, успев сгруппироваться, останавливается только у самых ног одноклассников. Вновь поднимается и наносит, мне очередной удар, я приседаю и перебрасываю ее через себя. Мгновением позже замечаю, как передернулся Ринат, видимо вспомнив, как он влетел в живую изгородь, после подобного же приема, в драке со мной. А еще через мгновение сам качусь к ногам одноклассников. Да, отвлекаться во время боя чревато, хорошо хоть успел, вовремя выполнить страховку, иначе точно бы синяк во всю спину заработал. Тут же из положения лежа, подпрыгиваю и наношу двойной удар ногами. Вика принимает на блок первый удар, а второй пропускает, но успевает чуть отклониться, иначе было бы совсем плохо. Удар шел прямо в лицо. Отскакиваю назад. Даю знак остановки боя. Увидев, что меня поняли, тут же подхожу и разглядываю и аккуратно прикасаюсь к ее лицу:
