мачете. Да ладно — мачете! Хоть бы ножичек перочинный!
«Нет! — говорил кто-то внутри меня. — Нет, только не по этому берегу!» «А как же ты иначе попадешь на север?» — безмолвно возражала я и продвигалась вперед, одолевая не больше километра в час. Много времени уходило на ориентирование — это приходилось делать буквально через каждые несколько метров.
Мухи, москиты, клещи… пару раз у меня под ногами скользнули змеи — наверное, болотные гадюки. Уточнять времени не было. Дико вскрикивали спугнутые мной птицы. Порой они вспархивали у самого лица. Я шла и шла по топкой грязи, которая порой доходила до колена.
Раза три-четыре я выбиралась к реке. Всякий раз я ориентировалась по звездам и, если было достаточно глубоко, плыла. Маршрут был, прямо сказать, не для слабонервных. Почувствовав слабое течение, я подумала, что это, может быть, один из мелких притоков Миссисипи. Мимо меня проплыло что-то — что-то большое. Гигантская зубатка? Да нет, вроде бы зубатки — рыбы донные… Аллигатор? Их тут как будто быть не должно. Может быть, это было странствующее лохнесское чудовище — понять я не сумела, поскольку от страха сразу выпрыгнула из воды.
Когда наконец заалел восток, мне показалось, что со времени взрыва «Мэри Лу» и «Мертла» прошло лет восемьсот.
К западу от меня всего-то в километре пути завиднелся высокий арканзасский берег. Я была просто вне себя от радости.
Усталая, измученная, покусанная, грязная… Но больше всего мне хотелось пить — хоть один глоток чистой воды!
Пять часов спустя я тряслась на заднем сиденье фермерского «Студебеккера», хозяина которого звали мистер Аза Хантер. В повозку была запряжена пара замечательных мулов. Мы подъехали к небольшому городку под названием Эвдора. Поспать мне, правда, не удалось, зато все остальное было просто превосходно — я вымылась, поела и попила. Миссис Хантер только руками всплеснула, увидев меня. Она отвела меня в ванную, подарила мне расческу, а пока я мылась, накрыла на стол: яичница с домашней ветчиной, белый хлеб, масло, молоко, кофе… Чтобы вы смогли по достоинству оценить кулинарное искусство миссис Хантер, настоятельно рекомендую проплыть по реке ночь напролет, а потом до утра продираться по колено в грязи через колючие кусты на берегах Миссисипи. Нектар богов!
Завтракала я в ее халатике — она уговорила меня снять комбинезон. Когда я собралась уходить, он уже был чистый и сухой, и выглядела я почти прилично.
Я не предложила Хантерам денег. Знаете, бывают люди — они не богаты, зато у них есть другое — доброта, чувство собственного достоинства. Их гостеприимство не продается, их милосердие бесплатно. Немного я знаю таких людей, но с Хантерами был как раз такой случай.
Мы пересекли Мейкон Байю, где проселок упирался в более широкую дорогу. Мистер Хантер остановил мулов, слез с облучка и подошел ко мне:
— Мисс, вам лучше будет сойти здесь.
Он подал мне руку, и я спустилась с повозки.
— Что-нибудь не так, мистер Хантер? Я вас чем-нибудь обидела?
Он опустил глаза:
— Нет, мисс, что вы.
Вид у него был очень растерянный.
— Мисс, вы сказали нам, что ваша лодка налетела на корягу?
— Да.
— Да, мисс, коряги на реке — это дело, конечно, опасное. — Он помолчал. — Вчера вечером, на закате, мисс, что-то стряслось на реке. Что-то ужасное. Недалеко от Кентукки было два взрыва. Очень сильные взрывы, мисс. Я сам видел и слышал.
Он опять умолк. Молчала и я. Конечно, все, что я им толковала — почему я тут очутилась и почему я в таком виде, — было крайне сомнительно. Но что мне было еще сказать? Что я прилетела на летающей тарелке разве что.
Мистер Хантер продолжал:
— Мы с женой, мисс, еще никогда не имели дел с имперской полицией. И не хотелось бы. Так что, если вы не против, вам лучше пройти немного пешком по этой дороге налево, и вы скоро будете в Эвдоре. А я поверну мулов и поеду домой.
— Ясно. Мистер Хантер, мне очень хотелось бы как-то отблагодарить вас и миссис Хантер.
— Это вы можете сделать, мисс.
— Да?
(Неужели денег попросит? Нет, не может быть!)
— Когда-нибудь вам встретится кто-то, кому потребуется ваша помощь. Так помогите ему и вспомните о нас.
— О, я так и сделаю, обещаю вам!
— Только… мисс, писать нам про это не надо. Сейчас за людьми, которые получают письма, слежка. А мы не хотим, чтобы за нами следили, мисс.
— Понятно. Но я обещаю вам, я сделаю так, как вы сказали, и не один раз.
— Вот и славно. Знаете, мисс, хлеб, пущенный по водам, всегда возвращается обратно[495]. Мисс, миссис Хантер велела сказать вам, что она будет за вас молиться.
Глаза мои наполнились слезами.
— Ой… Скажите ей, что и я буду поминать ее в своих молитвах. Вас обоих, мистер Хантер.
(Я никогда в жизни не молилась. Но теперь буду — за Хантеров.)
— Спаси вас господи, мисс. Я скажу ей. Мисс, если вы не обидитесь, я мог бы вам кое-что посоветовать.
— Не обижусь. Мне очень нужен совет.
— Вы не собираетесь задерживаться в Эвдоре?
— Нет. Мне нужно на север.
— Ну да, так вы и сказали. Эвдора — это всего-навсего полицейский участок да два-три магазинчика. Подальше будет Лейк-Вилледж, а там есть остановка автобуса. Это будет километров двенадцать по дороге направо. Если дойдете туда до полудня, успеете на автобус. Но дорога трудная и денек жаркий.
— Ничего, я дойду.
— Автобус довезет вас до Пайн-Блифф… нет, даже до Литтл-Рока. Да… только там ведь за билет нужно будет заплатить.
— Мистер Хантер, не волнуйтесь. У меня с собой кредитная карточка, за автобус я смогу расплатиться.
Да, действительно, сама я после рекордного заплыва по Миссисипи и блуждания в дебрях и топях выглядела, наверное, не слишком респектабельно, но кредитки, идентификационные карточки и паспорт, мелкие деньги — все это было в целости и сохранности, поскольку на мне был гениальный пластиковый ремешок с сумочкой — подарок Жанет, который я получила много-много световых лет назад. Может быть, когда-нибудь мне удастся поблагодарить ее за этот дивный подарок.
— Ну и хорошо, мисс. Но я должен был спросить. И еще, мисс. Народ тут в округе занятой — все копаются, занимаются своими делами. Если вы будете идти напрямик до самого автобуса, вас, может, никто и не спросит ни о чем. А оно и лучше, правда? Ну что ж, прощайте, мисс, дай вам бог удачи.
Я попрощалась с ним и пошла по дороге, не оглядываясь. Мне очень
