— Спасибо вам за помощь и сотрудничество, — сказала Марика Эдзеке. — Думаю, что потратила эти дни не впустую. Когда я вернусь, мы сможем устроить Колдуну не один неприятный сюрприз.
— Значит, вы полетели к Бестрей, да?
Марика ответила вопросом на вопрос:
— Неужели весь мир в этом убежден?
— По радио все только об этом и говорят. Серк наконец-то обнаружены, и Марика летит к ним, чтобы вызвать Бестрей на поединок.
— Вероятно, Колдун тоже в это поверит. И должен как-то отреагировать. Будь осторожна, Эдзека. Ты права насчет его отношения к этому месту. В Скилдзянроде делается много важной работы, и большая часть вашей деятельности направлена против него. Я не хочу, вернувшись, услышать, что Всесущий призвал тебя раньше времени.
— Если я уйду к Всесущему, мятежники будут освещать мне дорогу. Много мятежников. Это вы берегите себя. Мир не может позволить себе потерять Марику, как бы мало вас тут ни любили. Похоже, вы единственная силта, которая в состоянии общаться с этими чужаками.
— Я буду очень осторожна. Скоро я поставлю наконец точку в том списке дел, который собиралась совершить для других. Я на пороге свободы, Эдзека. И не собираюсь упускать такую возможность. Грауэл, корабль готов?
— Ждем только тебя.
— Замечательно. Прощай, Эдзека.
— Куда теперь, Марика? — спросила Барлог, когда они подошли к темному кораблю. Ночь укрывала мир саваном темноты.
— В Рухаак. Мы появимся там без предупреждения, так же, как и исчезли. Никаких церемоний.
— А потом?
— А потом снова полетим туда. — Марика жестом показала на небо. — Общины Обитательниц Тьмы уже начали копить силы на нашей базе. И я отведу их к самому логову зверя.
— А потом?
— Потом, вероятно, Каблин.
— А потом?
— Хватит! — раздраженно огрызнулась Марика. — Придет время, — увидим. Отстань, Барлог, в конце-то концов!
— Как прикажете, госпожа. Как прикажете.
На этот раз Марика не стала пристегиваться. Пусть риск и свобода полета помогут ей отринуть страх и неуверенность.
Глава восьмая
1
Когда Марика добралась до своего базового лагеря, ее ожидали там девятнадцать темных кораблей. Некоторые из них патрулировали планету и окрестности. Не успела Марика выйти из Ниоткуда, как ее сразу заметили и окликнули. Те корабли, что остались на земле, так запрудили посадочную площадку, что втиснуться между ними ей удалось с большим трудом. В случае тревоги эти корабли просто не смогут подняться в воздух одновременно. Ничего не поделаешь, в отличие от маленьких воздушных корабликов космические темные корабли не разбирались.
«Всадник ночи» тоже находился на орбите. На борту его находилась сама Балбрач, сменившая Килдзар на посту Верховной жрицы Редориад. Вскоре Марика обнаружила, что, кроме Бел-Кенеке и еще пары-тройки силт, сюда явились все Верховные жрицы общин Обитательниц Тьмы.
Надо же, как заинтересовало это мероприятие таких высокопоставленных особ.
Девятнадцать темных кораблей. И не успела Марика опуститься на планету, как уже появился двадцатый. Представлены были почти все общины, имеющие право на выход в Пустоту. Даже те, с которыми Марика раньше не сталкивалась. Марика была потрясена. Масштаб происходящего превосходил все ее самые смелые ожидания.
Все Верховные жрицы, кроме Балбрач, ждали ее внизу, на планете. Марика удивилась и обрадовалась, когда поняла, что они считают ее Верховной жрицей этого мира. Она думала, что многие из этих силт слишком высокомерны, чтобы пойти на такое.
Как только Марика передохнула, поела и освежилась, она собрала всех своих высоких гостей внизу, на той самой площадке, где Грауэл обнаружила в свое время следы костра. Смотреть здесь было не на что, но само по себе место удобное. Здесь все лидеры смогут спокойно поговорить, не опасаясь глаз и ушей своих не в меру любопытных подчиненных. Не говоря уже о его чисто символическом значении — именно здесь Марика впервые взяла след.
Появились еще два темных корабля. Вновь прибывшим пришлось самим искать себе место для посадки — в лагере было уже некуда приземлиться.
Марика облачилась в самые варварские одежды, какие только смогла найти, нацепила все свое оружие и даже раскрасила шкуру в боевые цвета. Грауэл и Барлог последовали ее примеру.
Когда все Верховные жрицы собрались, Марика заговорила:
— То, что мы собираемся сделать, очень и очень непросто. У врагов было целых десять лет, чтобы как следует подготовиться к нашему появлению. И как бы мы ни уважали традиции, нам необходимо понять, что Серк не пожелают решать дело с помощью одного только традиционного поединка — если, конечно, победит не Бестрей. Мы должны быть готовы встретиться с их оружием — оружием чужаков. Кроме того, они наверняка применят нейтрализаторы таланта — такие же, как у мятежников. Надо нам быть готовыми и к тому, что кто-то с этой охоты не вернется.
Марика расхаживала взад и вперед, стараясь напустить на себя как можно более свирепый вид. В глазах Грауэл вдруг промелькнуло что-то такое, что заставило ее на миг остановиться. Марика почти сразу поняла, в чем дело. Грауэл вспоминала прошлое. Именно так вела себя ее мать, Скилдзян, когда принимала важные решения. Точно таким же тоном говорила она со своими охотницами, перед тем как повести их на кочевников, собравшихся у пещеры Махен. Да и по смыслу сегодняшняя речь была похожа на ту.
Марика тихонько кивнула Грауэл, чтобы показать, что знает, о чем думает старая охотница. Потом прорычала, снова обращаясь к силтам:
— Кто из вас не готов к смерти, не готов встретиться с самым худшим, что только можно придумать, тот может уйти прямо сейчас. Но запомните мои слова. Клянусь кровью, тот, кто не захочет рисковать, не получит ничего после победы. Никаких стервятников вроде тех, что растащили по кусочкам собственность Серк! Это охота, сестры. Тот, кто не пойдет на охоту, не будет пировать. Это говорю я, Марика Рейггская. Кто-нибудь хочет возразить?
Молчание. Марика выглядела так свирепо, что вряд ли кто-нибудь стал бы возражать, произнеси она сейчас даже самую бессовестную ложь.
— Прекрасно. Как говорили у нас в провинции, сила есть сила. Я не люблю болтать попусту, сестры. То, что я скажу вам сейчас, я не буду повторять дважды. Сила — это я. У меня лучший возраст для силты. Когда все это кончится, Бестрей больше не будет. И я займу ее место. Тот мир — мой, и управлять им буду я, как сейчас управляю этим. И именно мне решать, как мы поделим то, что отберем у мятежников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
