Читаем без скачивания Генералы Великой войны. Западный фронт 1914–1918 - Робин Нилланс

   Гоф без промедления передал командование, и Хейг дал ему задание проинспектировать оборонительные линии перед Амьеном, но через несколько дней пришло сообщение о том, что Гоф должен быть отправлен на родину, чтобы предстать перед следствием. В итоге оно так и не началось, возможно, потому, что Ллойд Джордж неплохо понимал, что факты, которые могут открыться, ничего хорошего ему не принесут. Вопрос о неадекватности пополнений для войск во Франции невозможно было замять, что вскоре подтвердилось. В мае генерал-майор сэр Фредерик Морис, бывший начальник Управления военных операций, подчиненный Робертсона в Военном кабинете и, таким образом, человек, имеющий доступ к фактам, написал открытое письмо для публикации в прессе, где опровергал сделанные Ллойд Джорджем в Палате общин заявления о том, что у Хейга было более чем достаточно людей во Франции, чтобы отразить в марте германскую атаку. Морис подал в отставку, протестуя против проведенной Ллойд Джорджем фальсификации фактов.

   Ллойд Джордж заявил в Палате, что, «несмотря на тяжелые потери в 1917 году, группировка во Франции к 1 января 1918 года была определенно мощнее, чем к 1 января 1917», кроме того, он добавил, что в Британии не было людей, которых было бы можно отправить на фронт. «Письмо Мориса», которое подвергло последнее утверждение сомнению, вызвало настоящую бурю, когда было опубликовано в прессе, но Ллойд Джордж сумел успокоить публику, заявив, что его апрельское распоряжение было сделано на основании данных, предоставленных ведомством генерала Мориса; однако он скрыл, что эти данные впоследствии были исправлены.

   Письмо в прессу и ложное опровержение Ллойд Джорджа завершили военную карьеру Мориса. Истина не открылась до 1954 года, когда вышла книга «Люди и могущество» лорда Бивербрука. Обнаружилось, что расширение армии во Франции в 1917–1918 годах состояло исключительно в пополнении рядов подсобных рабочих, персонала, обслуживающего транспорт, и прочего небоевого штата, всего около 400 000 человек, среди которых было много выходцев из Италии, Китая и Южной Африки. Боевая же сила экспедиционного корпуса на самом деле упала, хотя в Объединенном королевстве в первые месяцы 1918 года было не меньше 607 403 человек, «готовых к несению любой службы». Ллойд Джордж хорошо знал об этом, когда в апреле 1918 года делал свое заявление в Палате общин. Его карьера, однако, не была разрушена в ходе дискуссии, в отличие от карьеры генерала Мориса.

   Гоф послушно отправился в Англию, больше в своей жизни он уже не командовал. Едва только он уехал, как 9 апреля, когда выдохлось наступление по фронту 5-й армии, Людендорф переключил свою артиллерию и свое внимание на позиции британцев около реки Лис. Второе германское наступление, названное теперь «Жоржетта», обрушилось на 1-ю армию Горна и 2-ю армию Плюмера по фронту вдоль реки Лис, на 12-мильном участке между каналом Ля-Бассэ и Ипром.

   Время для начала наступления было выбрано удачно, так как за предыдущие десять дней обе эти армии послали по несколько дивизий на поддержку 3-й и 5-й армий. Живая сила германской атаки, составлявшая четырнадцать дивизий — девять на передовой и пять в резерве, плюс огромное количество артиллерии, — обрушилась на XI и XV корпуса 1-й армии Горна. У этих корпусов было всего четыре дивизии на передовой с двумя в резерве, а одна из тех, что была впереди, недавно прибывшая Португальская дивизия из XI корпуса, быстро потеряла способность сражаться, пропустив германские штурмовые отряды и пехоту в центр британских укреплений. Как и 21 марта, эта атака также проходила под покровом густого тумана, и к наступлению темноты 9 апреля 1-я армия была отброшена назад по направлению к руслу реки Лис на расстояние около трех миль.

   Утром 10 числа началась вторая фаза «Жоржетты»: штурм позиций 2-й армии Плюмера на севере, между Армантье и каналом Ипр — Комьен. Целью этой атаки было овладение хребтом Мессина — Витшет, захваченным 2-й армией в предыдущем году, но благодаря яростному сопротивлению трех дивизий IX корпуса она не была достигнута.

   Не так успешно дела обстояли у 1-й армии: германские войска продвигались на север и на восток, их целью было овладение британской базой снабжения в Хазебруке. Если бы это случилось, то ничто не смогло бы остановить продвижение германской 6-й армии к портам на Британском канале, и она разделила бы войска Британии на две части. Последние, однако, оказали впечатляющее сопротивление, которое стало, по сути, «Четвертым Ипром», и остановили в конце концов наступление германцев. За весь конец апреля германцы продвинулись вперед всего на восемь миль; окончательно их остановили в пяти милях от Хазебрука, там и окончилось наступление.

   Тем не менее положение Хейга было критическим, поскольку он столкнулся с тем, чего всегда боялся, с тем, из-за чего был вынужден заставлять Гофа испытывать недостаток в людях и снабжении. Основной задачей Хейга было удержание портов Ла-Манша, а они находились всего в 30 милях от фронта на Лис. Также ему нужно было поддерживать контакт с французскими армиями на юге, хотя Армантьер пал и германская 6-я армия продвигалась вперед к западу вдоль русла реки. Фош отказал в какой бы то ни было поддержке, так что британцы в очередной раз оказались в одиночестве. Критический момент наступил 11 апреля, когда, не имея альтернатив, Хейг издал свой знаменитый приказ с мрачной концовкой:

    «Теперь нам остается только сражаться! Каждую позицию нужно удерживать, пока жив хоть один солдат: нельзя отступать ни на шаг. Каждый из нас должен сражаться до последнего, помните: отступать некуда, справедливость на нашей стороне. Безопасность наших семей и свобода человечества в целом зависят от того, как каждый из нас поведет себя в этот критический момент».

   Ситуация, однако, ускорила мыслительный процесс в голове генерала Фоша, который наконец понял, что главной целью германского наступления, начавшегося 21 марта, было уничтожить британскую армию. После этого Людендорф обрушил бы все свои войска на французов. Таким образом, своекорыстные интересы требовали, чтобы было сделано все возможное для поддержки британской обороны. Это решение не было принято слишком быстро, на севере германцы отбросили британскую армию к предместьям Байе. Плюмер получил разрешение отступить на три мили, три французские пехотные и три кавалерийские дивизии поступили под его командование. Бельгийские дивизии к северу от выступа также расширили свой фронт, облегчив таким образом положение британцев. Линия обороны была удержана.

   29 апреля наступательная операция «Жоржетта» завершилась. На этом закончилось все великое германское наступление. Оно дорого обошлось нападавшим: всего за шесть недель они потеряли 240 000 человек. Это было симптоматично, и Ллойд Джордж, если бы удосужился, мог бы заметить, что, точно так же, как и атаки британцев, атаки германцев приводили к большим потерям и что в этой войне не было легкого способа сражаться и победить. Вилль-Бретонне был потерян 24-го, во время первого встречного танкового сражения за всю мировую историю, но на следующий день АНЗАК сумел возвратить город. Чтобы уравнять счет, гора Кеммел, бывший опорный пункт британцев в районе выступа, была в тот же день потеряна французами. Общие потери французов и британцев составили 348 000 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести, почти столько же составили и общие потери германцев… цифра потерь, приближающаяся к 700 000 с обеих сторон, была достигнута всего за два месяца, между тем война все еще продолжалась.[69]

   19 апреля, в то время как продолжались бои на Лиссе, Фош сказал Хейгу, что намеревается поместить резерв из пятнадцати французских дивизий позади линии британцев с тем условием, что французы передадут последним еще один участок фронта. Это могло быть достигнуто путем отправки части уставших британских дивизий в тихий сектор фронта французов, и Хейг быстро согласился, понимая при этом, что нельзя постоянно перемешивать французские и британские дивизии. В итоге пять британских дивизий, все из IX корпуса, были посланы в сектор, находившийся к югу от Шеми-де-Дам, и заняли позиции на тихом участке фронта: три дивизии на передовой и две в резерве. Они все еще были там, когда 27 марта туда пришелся главный удар новой германской атаки. Основной ее целью был сектор фронта французов, который заняли британцы.

   Германское наступление под кодовым названием «Блюхер» было абсолютной неожиданностью для союзников. Оно началось с мощнейшей, в стиле Брухмюллера, бомбардировки, которая стерла с лица земли проволочные заграждения и большую часть траншей и блиндажей перед тем, как начать утюжить тыл обороняющихся. После двух с половиной часов артобстрела семнадцать дивизий германской пехоты атаковали перевал Шеми-де-Дам и прорвались в долину Эны, перебравшись через реку еще до того, как обороняющиеся успели взорвать мосты. За один день они продвинулись вперед на десять миль, столько им не удалось пройти даже во время боев с войсками Гофа в марте, а еще через неделю они были на реке Марне, там же, где и в 1914 году, и их тяжелые орудия обстреливали предместья Парижа. Пять британских дивизий в ходе этого наступления потеряли 28 000 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести и вызвали похвалу со стороны своих французских соратников. Зловещим знаком для германцев в ходе боев стала часть 3-й дивизии США, которая 1 июня приняла участие в обороне Шато-Тьерри, города на Марне, ставшего крайней точкой последнего германского наступления.