– Чего? – опешил бородач.
– Свали на мусор, репоголовый! – взорвался я. – Сегодня пятница, торговля спящими друзьями после обеда не производится! Желающие пролить кровь за попытку потревожить нежную рептилию – обращаться ко мне с письменным заявлением. Дескать, готов, прошу разрешить, психически устойчив, претензий не имею. Я доступно объясняю?! А теперь – вон отсюда! В горячке боя я могу не услышать последней мольбы о пощаде. Тот, кто не написал завещания, – пусть пеняет только на себя за собственную забывчивость…
– Да он издевается над нами, – наконец-то дошло до старичка-мага.
Остальные дружно засопели в его поддержку. Никто уже не волновался о том, чтобы не разбудить драконицу. Тень посапывала, как трехлетний младенец. Четверо охотников взялись за топоры, двигаясь на меня развернутым строем, золото звенело под их сапогами. Я выхватил меч, но они не замедлили шаг. Мне это надо?! Схватка была короткой и кровопролитной. Я оцарапался… Задел ногой о какой-то ларец с драгоценностями, и длинная шпилька с рубином проткнула мне штанину. Самый молодой из браконьеров вообразил себя героем – пришлось снять ему ухо и до плеча располосовать всю руку. Двоих последующих мы с Мечом оставили без топоров с легкими, но запоминающимися царапинами в области нижней части спины. Вожак мудро сообразил, что ничего приятного ему не светит, и дал приказ об отступлении. Один небольшой сундучок он все же сунул под мышку, вопросительно глянув на меня. Небрежным кивком я дал согласие на эту компенсацию раненым и увечным. Охотники молча ушли, поддерживая друг друга.
– До свиданья, дедушка. Вам пора, опоздаете на электричку.
– Ухожу, ухожу, господин ландграф, – засуетился он. – Но раз уж этих мужиков тут больше нет, возможно, мы могли бы…
– Не могли! – отрезал я, бросая Меч Без Имени в поясное кольцо.
– Как скажете, – коварно улыбнулся маг, щелкнув пальцами. Рукава моей рубашки ожили, вытянулись метра на два и… туго запеленали меня, прижав руки к бокам.
Клянусь впредь из всех своих врагов уничтожать в первую очередь именно магов! От такого подлого колдовства, от такого низкого обмана, от такой непроходимой глупости с моей стороны хотелось просто орать! Ничего более разумного в голову не приходило. Я уже лет сто так глупо не влипал. Довольно долгое время, пока противный старикашка, потирая ручки, разгуливал по пещере, я тупо соображал, что бы такое гневное стоило сказать в столь сложной ситуации. Приличных слов на ум не приходило, а крайне неприличные рвались с языка так, что мне пришлось до скрипа сжать зубы.
– Я не убью тебя, ландграф, – сладко пообещал маг. – Мне нужна только драконья кровь. Золото, конечно, тоже не помешает… Ты знаешь, какую вену нужно отворить дракону, чтобы он даже не заметил, как кровь покидает тело? Нужно отодвинуть пластинки панциря за ушной раковиной и аккуратно, маленьким кинжалом…
– Только тронь ее, старый пылесос! Я тебя из-под земли достану!
– Не зли меня, рыцарь. Твоя жизнь и так висит на волоске. Пока еще я могу дать тебе шанс, если, конечно, ты поручишься своим нерушимым благородным словом служить мне верой и правдой. Подумай. Второго такого предложения не будет. Мне нужен надежный телохранитель, а я видел тебя в деле. Ты и твой меч будете иметь все, что захотите. Под сенью моей руки, естественно… – Старичок осторожно вытащил из золотой кучи длинный нож, отделанный камушками. Меня затрясло…
– Старик! Оставь ее… я буду тебе служить, только не трогай эту женщину!
– Женщину? Глупец, я же говорил, что это обычная драконица, а вовсе не заколдованная принцесса. Тебя обманули. Она никогда не превратится в прекрасную леди…
– Мне все равно, в кого она превратится, хоть в бабочку, хоть в гусеницу! Я не хочу, чтобы она умерла!
– Это не в твоей власти, – хихикнул старый параноик.
В приступе бешенства я бросился на него, размахивая ногами на манер Чака Норриса. У меня получилось, старик, злобно шипя, отступил, в отместку начиная бормотать очередное заклинание. Я попытался сделать подсечку, но потерял равновесие и упал. Маг торжествующе расхохотался. Это было поражением. Мы оба были в двух шагах от головы драконицы, мирно спавшей сном праведницы. Страшно изогнувшись, я попытался пнуть старичка, но не достал и что есть сил мазанул по холмику золотого песка. Он взлетел столбом и засыпал ноздри Тени эффектным блеском.
– Ты проиграл, ландграф, а я выиграл…
В тот же миг драконица приподняла голову, повела носом и… чихнула! Да не один раз, а три подряд. Лысеющего любителя драконьей крови накрыло таким водопадом искр, что его одежда вспыхнула, как пакля. Маг с диким воем принялся кататься по земле, пытаясь сбить пламя. Бесполезно… Визжащим факелом он побежал к выходу, но, по-моему, все-таки упал. Крики прекратились. Тень зевнула, потянулась и, одарив меня ласковым взглядом, мурлыкнула:
– Я немножко задремала. Ты не скучал тут?
– Пожалуй, нет.
– А что ты делаешь на полу?
– Отдыхаю, – буркнул я, только сейчас заметив, что рукава рубашки приняли прежний вид. Драконица потянула воздух:
– Фу, какая вонь! Это ты…
– Это не я-а-а-а!!!
– Извини, – поклонилась Тень, глядя на меня хитрющими глазами. – А что же тогда издает такой неприятный запах?
– Тут один колдун намеревался позагорать в искусственном солярии, но не подрассчитал температуру. По-моему, он взял не тот крем, в результате попросту зажарился в собственном балахоне, словно голубец в капусте.
– А ты?
– А что я? Я ему не визажист, не массажист и тем более не пожарник!
– Конечно нет… Ты ведь благородный ландграф, лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель… – Тут Тень не выдержала и, задыхаясь от хохота, повалилась на спину. Она смеялась так заразительно, она так счастливо болтала в воздухе лапами, что до меня наконец дошло…
– Ты не спала?!
Вместо ответа драконица прыснула с удвоенной силой. Я, цепляясь за чешую, влез ей на брюхо и, прыгая как сумасшедший, ругался на чем свет стоит.
– Ты не спала! Притворщица! Я тут жизнью рискую, кровь проливаю, героя из себя строю, а она – не спит! Нет чтоб мне помочь! Где у тебя совесть, ящерица ты желтопузая! А если бы эти четверо охотничков меня на гуляш переработали?
– Не смеши, ландграф. Ты – настоящий мужчина, я чувствовала себя в полной безопасности. С тобой был Меч Без Имени, и потом, если ты – лорд Скиминок, то четверо мясников тебе не помеха. Да не прыгай ты так! Щекотно же.
– А колдун?! Он же запросто мог меня убить, заколдовать, превратить в зайчика, в грибок, в таракана рыжеусого! Спит она… Сама подглядывала, небось, тайком, как я тут в смирительной рубашке пересохшему старичку пяткой в нос угрожаю? Ну, даже проблеска стыда ни в одном глазу!
– Нет, нет, не надо… Щекотно-о-о! – Тень поймала меня в воздухе обеими лапами и упоенно потискала, как резинового пупса. – Я же следила за вами. Он бы и подумать не успел о причинении тебе серьезного вреда – от него бы и пепла не осталось. Ты мне веришь?
– Да… – сдавленно прохрипел я. – Но тебе стоит усвоить одну вещь…
– Какую? – искренне заинтересовалась она.
– Ландграф – это не тюбик с зубной пасто-ой! Прекрати меня да-а-вить…
Я ночевал в пещере у драконицы. Провалялся чуть ли не до самого рассвета в тупых, однообразных размышлениях о своем отношении к Луне. Наемница заняла настолько много места в моем сердце, что вырвать ее оттуда без боли оказалось невозможно. В голову лезли богопротивные мысли о том, например, что уж если сверху позволили нам так сладостно начать роман, то могли бы дать и счастливый конец, хотя бы по законам литературного жанра. Я понимаю, что в жизни все не так, но неустроенности мне хватает и в моем мире. Зачем повторяться? Раз здешний мир по нашим меркам вполне сказочный, то сказка должна кончаться хорошо. Хотя… я теперь уже не совсем ясно представляю нашу безоблачную жизнь вместе. Сможет ли она забыть, что я женат? Смогу ли я не помнить о том, что в соседнем городе живет ее муж? Сможет ли Иван быть счастлив с нами, да и захочет ли остаться? Поймут ли меня друзья? Речь не о Лие, Жане и Веронике, они-то поймут все. Но что скажет король Плимутрок I, чьей дочерью я пренебрег в свое время? А Танитриэль, а Горгулия Таймс, а общественное мнение, даже в мыслях не допускающее возможности брака благородного лорда с бывшей наемной убийцей? Опять вру… просто ищу причины, по которым мне было бы легче ее забыть… Да плевал я на все слухи, сплетни, разговоры! Мне все равно, – если бы я только мог с ней жить. Но, увы… она этого не хочет. Мне жизненно необходимо найти ее, увидеться, поговорить. Даже просто посмотреть в глаза. Я хочу знать.
Проснулся поздно. Тень разогревала остатки оленины. Что там было – не было на пороге от вчерашнего колдуна, не знаю, в пещере паленым уже не пахло. Пока шел процесс подкрепления организма мясом, мы неторопливо пообсуждали планы на будущее, поболтали о том о сем… О золоте, например.
