Читаем без скачивания Смертник в серой шинели. Тетралогия - Александр Конторович

А кто-то и подворовывает у первых и у вторых. Ещё в самый первый наш визит у одного из наших сопровождающих ухитрились в тесноте тихо срезать кошелёк. Да так ловко! После чего Лексли распорядился денег с собою в город не брать – незачем соблазнять городских воришек видом тяжелых кошельков. Все потребное для нас есть на подворье. Да и сопровождающие теперь окружали нас плотным кольцом, не подпуская никого ко мне и к матери.

Где острый ножик уличного вора – там и тонкий клинок тайного убийцы.

И здесь я не мог с ним не согласиться – многоопытный Кот просто так ничего не делал.

А вот боковые улочки тут узкие совсем. Иногда – так и вовсе можно достать раскинутыми в стороны руками до стен противоположных домов. Ну… почти достать – если у тебя руки длинные. Мне этого не сделать, разве что клинком дотянусь.

Хотя всадник тут проедет – и даже быстрее, чем по центральной улице. Если, конечно, ему не помешают…

– Гайр! – вихрастый паренек вынырнул откуда-то из уличной толчеи. – Он свернул! Вон туда!

Тот, к кому обращался парень – высокий плотный здоровяк, в запахнутом, несмотря на солнце, плаще, сплюнул на землю остатки разгрызенного ореха.

– Так! И что дальше?

– Если он поедет дальше, то свернет вон там! – мальчишка махнул рукой. – Вожак сказал – перехватить его за поворотом.

– Раз сказал, значит, перехватим, – флегматично кивнул Гайр. – Пошли, парни!

От стены дома отлепились ещё четверо дюжих парней – все в таких же плащах. И тоже – в запахнутых.

Вся эта пятерка появилась тут около двух часов назад, заставив несколько напрячься хозяев двух лавчонок, расположенных поблизости. Как по мановению руки, вдруг куда-то делись и королевские стражники, обычно бдительно (во всяком случае – внешне) проезжавшие в это время по улице.

Сопоставив то и это, хозяева лавок несколько расслабились – предпринимать такие усилия для того, чтобы ограбить среди бела дня их заведения никто бы не стал. Возможная добыча никак не окупила бы затрат на все мероприятия. Стражники ведь исчезли не просто так? Кто-то побряцал увесистым кошельком… или сделал тонкий намек капитану стражников. В одном случае это явно богатый человек, во втором – влиятельный. Ни для кого из таких людей лавчонки интереса не представляли.

Стало быть, на этом месте вскоре окончится чья-то дорога. Навсегда. И очень может быть, что начнется путь уже другого человека – того, кто смог всё это подстроить.

Ну и что?

Какое дело лавочникам до разборок богатых и знатных людей? Они там – мы здесь. Наши пути никак не пересекаются.

А вот рассказать потом друзьям и знакомым о том, что пришлось увидеть – это да! Завистливое внимание обеспечено.

Да и потом…

Небрежно обронить в разговоре, мол, помню… путь наверх графа такого-то начался около дверей моей лавки…

Пустячок – а приятно!

Но, увы… надеждам лавочников не суждено было сбыться – парни в плащах покинули свои места и углубились в переулок, скрывшись из глаз досужих наблюдателей.

Вот так всегда…

А улочка оказалась неожиданно чистой.

Ну, скажем так – относительно чистой. Во всяком случае, кучи мусора тут отсутствовали, и на проезжей части не имелось особых ям и колдобин. Что немало меня озадачило – видел я уже здешние улочки…

Впрочем, оно и к лучшему – быстрее доеду.

Посылаю коня вперед и, благо тут никого на дороге нет, наддаю скорости.

– Стой!

Проскакивая на полном ходу узкий переулок, вижу, как оттуда, торопясь и взметая пыль полами длинных плащей, вылетают несколько человек.

Не ждали?!

Не ожидал никто, что всадник вдруг увеличит скорость?

А зря…

Собственно говоря, я и ехал бы неспешным шагом и далее, но вот что-то меня вдруг подтолкнуло… сам и не понимаю, что именно. Вот я и поторопил Ветра – и не зря, как оказалось.

Несколько метров – всего несколько!

А вот именно их и не хватило, чтобы выйдя из бокового прохода, перекрыть мне дорогу. И всё ведь рассчитали – продолжай я ехать шагом, так метрах в десяти передо мною и выстроилась бы цепь противников.

А лошадь на толпу не идет…

Разве что в бою.

Так там её и пришпоривают, гонят вперед, вместе с остальными. Пример – он заразителен. А кони ещё и бывают охвачены своеобразным азартом. Конь не на стену щитов идет – он вперед вырваться хочет – соперника обогнать! Горцы, говорят, ещё и чем-то таким их поят… не знаю, я сам не видел.

Но так или иначе – а эти парни опоздали.

Впрочем, это их особо не смутило.

Щелк!

Щелк!

В-з-з-жих!

Блямс!

И я кубарем лечу с коня на землю.

Арбалетный болт, хоть и прошел почти вскользь, а из седла меня всё же вынес…

Повезло дважды.

Плащ.

Он ещё раз подтвердил, что его запредельная цена вполне соответствует заявленным свойствам.

Болт его не пробил.

И воз с соломой, забытый кем-то на повороте – в него-то я со всей дури и влетел. Разумеется, куча сена такого попадания (всё-таки я не совсем легкий, да ещё и в кольчуге…) не вынесла.

Рассыпалась – и рухнула вниз.

Аккурат мне на спину.

В последний момент успеваю перевернуться – чтобы зажмурить глаза при виде валящейся сверху копны. Сено с шумом рухнуло на меня, и вокруг сразу стало темно. Ну, не то, чтобы совсем стемнело – но видимость сразу ухудшилась. Я мог только слышать.

И было чего.

Топот ног – подбегают те самые парни в плащах.

Понятно, зачем им именно такие. Под ними удобно прятать арбалеты.

Вот оно, значит, как…

Его величество предусмотрел и этот вариант.

Надо было мне сесть на чужого коня!

Надо было – но не сел.

Лопух злокачественный!

Сколько их, этих бегунов?

Человек пять… или больше?

Не знаю, но пятерых я точно видел. А ведь и ещё кто-то может быть. Кто-то, кто проследил мой въезд именно в эту улочку и навел на меня стрелков. Стало быть, шестой… или даже седьмой.

Один хрен – для меня многовато. С таким количеством нападавших сладить не выйдет.

Так и что теперь? Помирать?

А вот уж хрен!

Изнутри накатывает какая-то темная волна, затапливая меня по самую макушку. Слышу, как скрипят зубы.

Подохнуть, валяясь в куче сухой травы? Как мышонок, ненароком прихлопнутый тяжелым сапогом?

Ну, вот уж фиг!

Я, может быть, и не Серый – но уж точно не зелёный! Кое-чему научиться успел… так что и на тот свет отправлюсь не в одиночестве…

Рукоятка Рунного клинка приглашающе толкнулась в ладонь. Сейчас, родной… чуток потерпи, ладно? Пусть они подойдут поближе – чтобы рубить наверняка. Стрелявшие видели, как я навернулся, и навряд ли станут перезаряжать своё оружие. Незачем, осталось только добить, если я ещё жив.

А я жив.

Пока.

И какое-то время ещё надеюсь прихватить.

Шаги. Совсем близко.

– Арни, а ты молодец! Навскидку ведь стрелял!

– Не в первый раз… бывало и хуже. И где его теперь искать в этой куче?

– Зачем искать? Лохав, высеки огоньку! Заодно мы его и поджарим!

– А тело обыскивать не станем? Может быть, у него с собой есть деньги – конь-то вон какой!

– Ага. И ты хочешь сказать, что хозяин такого коня стал бы носить старый плащ и простой солдатский шлем?

Шлем, между прочим, очень даже удобный – у нас вся дружина в таких ходит, даже Лексли! Прочный шлем – Гантовской работы. А что невзрачный – так зато крепкий!

А плащ, хоть и выглядит старым (ну да, шили-то его лет тридцать назад…) но на новый я его менять не стал бы. Не в красоте дело!

– Как скажешь, Гайр…

– Так и скажу! Нам не с руки тут долго торчать. Мало ли…

Взвизгнули мелкие камешки – кто-то присел на корточки.

Послышались удары кресала о кремень, и потянуло легким дымком.

– Ну, вот… – удовлетворённо произнес поджигатель. – Всего-то и дел…

Клинок словно прыгает ко мне в руку! Он же совсем рядом со мною сидит! Рукой подать!

Ну, рукой или нет – а клинок до него достаёт. Совсем немного, но дотягивается. Авось, тебе, милок, с того легче не станет… кровушки-то я пущу…

Уж и не знаю, каково там пришлось поджигателю, но вот по мне долбануло… словно бревном с крепостной стены! Всё тело пробило какой-то дрожью, точно кто-то невидимый схватил меня за руки и за ноги да хорошенько встряхнул. И весьма основательно встряхнул – аж зубы лязгнули!

Внезапно – будто затычки вынули из ушей!

Я явственно услышал, как переступает ногами мой Ветер – даже понял, где он сейчас стоит. Метрах в пятнадцати от этой кучи сена.

Почувствовал каждого из всех нападающих – они сгрудились совсем недалеко, столпились кучкой. Ага, товарища своего заметили?