278
По старому стилю 10 августа.
279
Макарьевская ярмарка была перенесена из Макарьева в Нижний Новгород в 1817 г., о чем Кюстин мог прочесть у Шницлера (Schnitzler. Р. 113).
280
Цифра почерпнута из Шницлера (Schnitzler. Р. 119).
281
Нижегородским военным и гражданским губернатором в 1831–1843 гг. был Михаил Петрович Бутурлин (1786–1860), женатый на Анне Петровне, урожденной княжне Шаховской (1793–1861).
282
Возражение Я. Толстого см. в примеч. к т. I, с. 374.
283
Бонд-стрит — торговая улица Лондона, Пале-Руаяль — парижский дворец, резиденция герцогов Орлеанских; в конце XVIII века тогдашний владелец дворца, Филипп-Эгалите, пристроил к нему три галереи, которые сдал внаем всевозможным торговцам, превратив Пале-Руаяль в один из «коммерческих» центров Парижа.
284
См.: Schnitzler. Р. 117.
285
Кятка — Кяхта, основанный в 1727 г. центр торговли с Китаем.
286
Турмин — по-видимому, контаминация названий двух портов на реке Туре (притоке Тобола): Тюмени и Туринска.
287
Терно Луи Гийом, барон (1763–1833) — промышленник, владелец фабрик, где изготовлялся французский кашемир.
288
Агуадо Алехандро Мария (1784–1842) — испанский финансист, спасший Испанию от банкротства после крушения наполеоновской империи благодаря своим коммерческим связям с Францией.
289
Репутация русских торговцев в глазах французских журналистов, современников Кюстина, была не слишком лестной; так, 30 апреля 1839 г. газета «La Presse» вспоминала: «Граф де Местр как-то сказал по поводу русской честности: «Купите в России спичку, и вы тотчас убедитесь, что в ней недостает серы; купите бриллиант — и вы обнаружите на нем пятно» (цит. по: Donnard J.-H. Balzac. Les realites economiques et sociales dans la «Comedie humaine». P., 1961. P. 274–275). См. также более ранние впечатления вполне доброжелательно настроенного Фабера: «Пока покупатель не ушел, купец будет уверять, что продает себе в убыток; как только за покупателем закроется дверь, купец вместе с соседями примется над ним насмехаться. Можете даже не трудиться проверять вес или длину купленного товара — вас наверняка обманули» (Новое литературное обозрение. 1993. № 4. С. 376).
290
Кюстин цитирует сатиру «Восемнадцатое столетие» Никола Жозефа Лорана Жильбера (1751–1780), где среди прочих выведена некая Ирида, оплакивающая горести мотылька, но с восторгом наблюдающая казнь, притом казнь невинного человека (см.: Gilbert N.-L.-L. Oeuvres completes. P., 1823. P. 27).
291
Франкони Антонио (1738–1836) и его сын Лоран Франсуа (1776–1849) — представители знаменитой французской цирковой династии, блестящие наездники.
292
По старому стилю 13 августа.
293
Дело обстояло противоположным образом: нестабильным был курс бумажных ассигнаций, особенно при частных сделках: «ввиду постоянных колебаний курса неизвестно было, по какому курсу придется платить, и вот вошло в обыкновение при заключении условий при покупках и договорах о поставках, ввиду того, что курс ассигнаций всегда предполагался падающим, назначать для момента уплаты за поставленные продукты курс для ассигнаций несколько низший, чем в момент сделки, так что в отдельных случаях он искусственно понижался до 420 копеек за рубль (вместо нормального курса в 350–360 копеек)» (Корнилов А. А. Курс истории России XIX века. М., 1993. С. 172). Денежная реформа, подготовленная министром финансов Ε. Ф. Канкриным и объявленная в манифесте от 1 июля 1839 г., обязывала во всех коммерческих сделках вести счет на серебро и устанавливала для ассигнаций неизменный курс в 350 копеек. Подробнее см. в приводимых Кюстином в конце письма манифесте и указе императора. Иностранные наблюдатели оценивали реформу положительно; так, прусский посол в России Либерман писал в Берлин 6/18 июля 1839 г.: «Судя по собранным мною сведениям, все беспристрастные и сведущие в сем предмете особы единодушно признают, что подобная мера совершенно необходима и что в целом указ достоин всяческих похвал. Однако сам министр финансов признается в специальной статье, опубликованной в коммерческой газете, что исполнение этой меры натолкнется вначале на многочисленные мелкие трудности, причем, как я, к несчастью, прекрасно понимаю, особенно чувствительно пострадают от изменения курса обмена с иностранными державами потребители и, следовательно, все дипломаты, аккредитованные в Москве» (Schiemann. Т. 3. S. 500–501). В публике реформа произвела смятение: «Новая денежная система сводит всех с ума, — пишет Никитенко 26 июля 1839 года. — Никто не понимает этих сложных расчетов. Неоспоримо только то, что все сословия более или менее теряют, по крайней мере, при настоящем кризисе, — и потому все недовольны, все ропщут. Хуже всего бедным чиновникам. Они получали жалованье ассигнациями, что доставляло им лишних рублей по семи на сто. А теперь им выдают серебром, считая рубль по 3 р. 60 коп., а в публике велят считать рубль по 3 р. 50 коп. Между тем как курс на монету понизился, съестные припасы остаются в прежней цене: каково это для бедного класса, доходы которого не увеличиваются» (Никитенко. Т. 1. С. 213).
294
«Санкт-Петербургские ведомости» от 11 июля 1839 г. давали на этот счет специальное объяснение: «Возникли разные вопросы об исполнении высочайшего манифеста 1 июля сего года в частном быту. Например: 1) как выполнять прежние обязательства? Само по себе разумеется, на том основании, как они сделаны <…> дело сие особенно важно для Нижегородской ярмарки, где старые обязательства следует выполнять по курсу времени, когда они сделаны, на что есть лучший способ, чтобы из должной суммы убавлять, сколько причтётся, и принимать деньги по курсу 3 рубля 50 копеек».
295
Текст указа от 25 января 1838 г., где Николай I с благодарностью отклонил пожертвования своих подданных, был напечатан во французских газетах (см., например, «Gazette de France» за 28 февраля 1838 г.); об этом поступке императора Кюстин мог узнать и из брошюры Вяземского «Пожар Зимнего дворца» (см. примеч. к наст, тому, с. 99); ср. также сходное сообщение о «великодушных пожертвованиях, отклоненных императором» в кн.: Marmier. Т. 1. Р. 272–273.
296
