Самого Волка Коля больше не видел. Внутренним чутьем ощущал холодное дуновение его присутствия, бурлящую в разбойничьей крови жажду мести, но на глаза мерзавец так и не попался. Не стоило сбрасывать со счетов и Кэдрика, не скрывающего свою ненависть к новому господскому фавориту. Николай, после нескольких неудачных попыток рассказать, что такое положение его тоже не устраивает, прекратил налаживать нормальные отношения с «поющим» и перестал обращать на него внимание. Не смотря ни на что, Кэдрик понимал, его искусство боя ничто, в сравнении с умением вейлингов чувствовать опасность. А потому никогда бы не посмел первым нанести удар. Коля знал это совершенно точно, и когда проснулся среди ночи от ощущения нависшей опасности, очень удивился. Неужели «поющий» все-таки решился? Или Волк его заметил?
Ночная тишь позволяла разобрать даже легкую поступь пантеры. Но ни звука не доносилось снаружи палатки, где он спал. Покрытый холодным потом, старавшийся сохранить ровное дыхание спящего, Коля сжал рукоять меча. Ничего не происходило. Однако сердце громко бухало в груди, по спине пробежалась холодная волна. Все еще сжимая меч, Коля осторожно выглянул из палатки. Никого.
Вдали занималась заря, лошади пряли ушами и пофыркивали, в предвкушении скорой езды. Караульные бродили вдоль каравана и, судя по всему, ничего не предвещало опасность. Тогда почему руки у него дрожат, прямо как в тот самый день, перед атакой гворров? Кнут ужаса хлестнул сознание. Беда приближалась. Закрыв глаза, Николай отдался своим внутренним ощущениям, открываясь, прислушиваясь к робкому шепоту природы, выведенной из равновесия. Тихий ветерок — предвестник смерча, мелкие песчинки — гонцы урагана. Скоро он настигнет караван, завертит животных, людей и их имущество в бешеной пляске песков, похоронит под своим белоснежным гнетом. Надо немедленно предупредить главного караванщика.
— Ром! Ром! — Коля ворвался в палатку товарища.
— Что? Что такое? — спросонья он не мог понять, что от него хотят.
— Слушай. Ты должен найти главного караванщика и передать ему…
— Какого тролля ты будишь меня среди ночи? Я…
— Нет времени объяснять! Приближается буря! Если мы не двинемся сейчас, то угодим в самый эпицентр…
— Какой эписентр? Что ты несешь? — Ром удивленно хлопал глазами.
— Ураган! Ты понимаешь? Сюда движется у-ра-ган! Сколько нам осталось идти до Зинада? — Коля начинал терять терпение. На объяснения уходило слишком много времени.
— Дня три наверное.
— Проклятье! Не успеем. Он будет здесь к полудню.
— Ты уверен? — похоже, смысл сказанного, наконец, достигнул своей цели.
— Я похож на шутника? Скорее! Иди к главному! Что-то можно придумать?!
— Да-да, хорошо.
Ром, на ходу натягивая куртку, бросился к выходу. Николай очень надеялся, что у караванщика окажется хоть что-нибудь способное если не остановить, то хотя бы ослабить бурю. В самом деле, ураганы в пустыне — не такое уж и редкое явление.
Как ни странно, предупреждению вейлинга поверили, и через час караван вновь двинулся в путь. Сумерки еще не успели развеяться, и путешественников сопровождало унылое серо-голубое полотно песков. Коля старался держаться в тени, боясь быть узнанным. Надеть шлем в ночи мог только безумец. Однако скоро пришлось надеть защиту, и вовсе не из-за света. Его лучи так и не коснулись земли. Небо заволокли тяжелые тучи, ветер усиливался с каждой минутой, бросаясь песчинками в открытые лица всадников. Лошади взволнованно храпели, предчувствуя грядущие перемены в погоде, переминались с ноги на ноги, норовя броситься вскачь.
К полудню, как и предсказывало волшебное чутье, ураган усилился настолько, что двигаться дальше оказалось невозможным. Караван остановился. Практически сразу же над ним голубоватым куполом взметнулась прозрачная стена, защищая от ветра и песка. Коля почувствовал ток магических частиц — в караване присутствовал волшебник и поставил щит против буйства стихии. Купол гудел, всполохи синего света пробегали по его поверхности, ветер прорывался внутрь, однако уже не такой сильный, как снаружи. Если все будет продолжаться в том же духе, у них есть шанс спастись.
— Мне нужно видеть господ Пэвара и Люция, — к Николаю подъехал на муле маленький человечек и вопросительно на него посмотрел.
— Как мне Вас представить? — автоматически бросил тот.
— Олгас, главный караванщик.
Удивленный, Коля кивнул. Он бы ни за что не подумал, что неприметный путник, в потертой одежде, с усталым лицом и взъерошенными волосами может отвечать за весь огромный караван. Получив разрешение немедленно пропустить гостя, Коля остался рядом с повозкой. Олгас, конечно же, не представлял никакой опасности, но вот принесенные им новости могли оказаться весьма полезными.
— Я говорю вам, маг не справляется с силой урагана. Мы вынуждены ограничить площадь защитного щита.
— И что нам предлагается? Бросить товар? — послышался недовольный возглас Пэвара.
— Нет. Все, что сочтете нужным, вы должны переместить в начало каравана. Так же как и другие… мммм… состоятельные люди.
— А остальные?
— Остальным, тем, кто едет в конце каравана, боюсь, грозит остаться в пустыне. Навсегда.
Холодный пот выступил на лбу. Сердце оборвалось, а в ушах бешено застучала кровь. Жалкие трусы! Они собираются отдать ни в чем не повинных людей на растерзание урагану! Его друзей, Эдель! Коля с ненавистью пнул песок, вымещая на нем всю злобу. Нельзя ему отдаваться своим чувствам, если не хочет вызвать гворра. Глубоко вздохнув и выдохнув, он постарался успокоиться. Надо найти способ справиться со стихией, а не метаться в бессильной ярости. Из повозки послышался шорох и, мгновение спустя, оттуда вылез Олгас. Не обращая внимания на стоящего рядом охранника, он направился к мулу.
— Подождите, — Коля ухватил караванщика за локоть. — Вы не можете поступить так!
— Как, юноша? — печально произнес Олгас.
— Бросить остальных!
— Подслушивать, юноша, нехорошо.
— Мой проступок ничто, в сравнении с Вашими намерениями! Вы хоть понимаете, что приговариваете их к гибели?
— Вам-то что. Вы следуете с Пэваром. Вам ничего не грозит. А теперь пустите меня. У меня много дел и без Ваших замечаний! — Олгас взобрался на мула.
— Подождите! — отчаянно вскрикнул Коля. — У меня друзья там, в конце…
— Они богаты?
— Ну…
— Сожалею. Вы ничем не можете им помочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
