наполнились слезами. Она, наконец, поняла истинный смысл этой фразы: «… … Значит, быть хозяином своей судьбы».
Даже если это самая обычная судьба.
Но никто не может помочь другим сделать выбор.
Что такое судьба — —
Это меч и огонь, железо и кровь. Это стихотворение, передающееся из поколения в поколение. Жизнь полна препятствий, но, в конце концов, это выбор. Как только выбор будет сделан, меч судьбы вернется в руки смертных.
В этот момент Скарлет держала меч в руке.
Смутно ей казалось, что армия из десятков миллионов человек мчится к черной как смоль полной луне в небе на странных транспортных средствах.
Она видела летающих драконов, странных искусственных существ, валькирий, великанов и всевозможных существ, которые существовали только в мифах и легендах. Десятки тысяч из них атаковали гигантскую тень над облаками.
Она увидела серебристоглазых эльфов с заостренными ушами, волшебников в белоснежных одеждах, людей, гномов, с ревом начавших контратаку против темной армии на горизонте. Десятки тысяч солдат сражались друг против друга.
Затем она увидела себя.
Темнокожая девушка с длинным рыжим хвостиком, стиснув зубы, и глазами, полными непоколебимой решимости, переходила от четырнадцати к девятнадцати годам.
Это была девушка из гор Шабли. Она должна была быть такой незаметной, но стечение обстоятельств заставило ее стоять здесь в этот момент.
И в этот момент она хотела принять решение, о котором не пожалеет, как и мудрецы прошлого.
Скарлет подняла копье в руке, и над облаками раздался слабый резонанс. Луч света тут же пронзил тучи и пошел прямо вниз.
Четыре печати Лазурного Копья были выпущены подряд.
Невидимая рябь распространилась во все стороны, и банкет внезапно погрузился в хаос. Дворяне, которые еще не успели отреагировать, были оттеснены силой Пеймонэнга. Рыцари были потрясены, и они вытащили свои мечи и бросились. Вдалеке придворные волшебники поднимались в небо, распевая длинное заклинание.
Но все это.
В этот момент в глазах Скарлет это было похоже на замедленную съемку. Она взглянула вверх и зарычала, и внезапно вспыхнули тучи, и полил гром, как ливень. Придворные рыцари, обнажавшие мечи, были внезапно отброшены, а только что вознесшиеся волшебники падали один за другим, как камни.
Тело Скарлет было окружено электрическими змеями, а в ее глазах сверкали электрические разряды. Она была похожа на легендарного бога грома. Она снова подняла копье, и с периферии Сада Белой Розы упала вспышка электричества. Королевская гвардия, ворвавшаяся снаружи, была внезапно опрокинута.
Дворяне вокруг нее все отступили. Конрад потащил растерянную Генриетту и закатился под ближайший стол. Только горный принц Огеос, сильный как медведь, все еще стоял перед ним.
Последний тоже был в шоке.
Скарлет даже не подумала и направила на него копье.
Молния толщиной с ведро воды устремилась к Огеосу. Принц горцев не успел вовремя среагировать. Если бы не его охранники, которые пожертвовали собой, чтобы спасти его, его бы избили до полусмерти. Но даже при этом двое его охранников все равно превратились в древесный уголь.
Но Огеос даже не взглянул на них.
В этот момент он смотрел только на Скарлет и только на копье в ее руке с бесчисленными изысканными узорами на его поверхности.
Это были изображения гор и бурь, земли и неба.
Было только одно копье с такими узорами на нем.
Он родился между горами и бурями и зимовал под горами и землей.
Святое Копье Неба.
Легендарная святыня горцев.
«Копье Богов и Демонов, Габолуг…» Глаза Огеоса наполнились фанатизмом, и он пробормотал в народе легендарное имя Лазурного Копья. Он был почти пьян, когда потянулся к Скарлет: «Как ты это взял, быстро, дай мне копье, дай его своему человеку…»
В этот момент в его голове была только одна мысль. В легенде горцев миром мог править тот, у кого было Лазурное Копье.
Да, он был судьбой. Марта использовала эту женщину, чтобы отправить ему копье, и с этого момента он уже считал Скарлет своей частной собственностью.
Он станет королем горцев и снова будет править горами Лаче Ва. Это был не просто маленький клочок земли Империи, но он восстанавливал свое первоначальное значение, титул Вонде горцами.
Эта женщина была его будущей королевой.
И его копье.
Мало кто знал, что Огеос родился с силой Высшего Золота и что он Избранный. Горцы тщательно скрыли эту новость, потому что каждый Избранный в истории со временем изменит мир.
Прямо как Король Пламени Гретель.
Как и предшественник Эруин, Эрик.
Или Святой Меч Земли, Дариус.
Огеос тоже верил в это. Он родился другим, и в этот момент это было доказательством того, что судьба увенчала его.
Неподалеку Генриетта спряталась под стол, а Конрад крепко зажал рот. Он смотрел, почти думая, что принц горцев сошел с ума.
«Этот парень такой высокомерный?. . »
Хотя его разум был в беспорядке, он не мог не задаться вопросом: что делала Ее Величество? Это было настоящее Лазурное Копье?
Скарлет нахмурилась.
Она почувствовала угрозу со стороны гуманоидного зверя перед ней. Первоначально она думала, что принц горцев был почетным гостем, приглашенным Серебряной Королевой, и пока она будет угрожать этому человеку, она сможет заставить королеву отпустить феодала.
За последние несколько месяцев до нее дошли слухи об отношениях между горцами и Империей от служанок горцев. Она догадалась, что, поскольку Серебряная Королева хочет подкупить горцев, она не допустит, чтобы что-то случилось с принцем горцев в Саду Белой Розы.
Но правда немного превзошла ее ожидания.
Она не ожидала, что этот парень будет таким безрассудным, и что заставило ее чувствовать себя еще более беспомощной, так это то, что Ее Величество, казалось, не видела этой сцены, и не сказала ни слова, холодно наблюдая со стороны.
Дворяне во дворе уже разбежались, а поднявшийся с земли Рыцарь тут же защитил Серебряную Королеву Констанцию, находившуюся на главном месте лестницы.
Последняя только смотрела на сцену невыразительно, как будто банкет этот был устроен не ею, но в глазах ее был какой-то немного странный взгляд, как будто она о чем-то думала.
Служанки рядом с ней дрожали, не понимая сложившейся перед ними ситуации. Все, что происходило сейчас, было ужасно. Не только Ее Величество потеряет лицо, но и престиж королевской семьи резко упадет.
Но чего они не понимали, так это почему Ее Величество, обычно обращавшая на это внимание, в этот момент хранила молчание. Еще более неудобным для них было то, что если верховное лицо Империи ничего не скажет, они не посмеют ничего сказать.
Они могли только дрожать и ждать —
На поле
