Но если бы в конце концов и обнаружилось, что существуют два Тексара, а не один, то, вероятно, и в этом случае невозможно было бы дознаться, который же из них был участником того или иного преступления. Впрочем, в конечном-то счете оба они в равной мере были преступниками, ибо каждый являлся если не главным виновником, то хотя бы сообщником в любом из преступлений, так часто совершавшихся за последние годы в Северной Флориде. И если бы кара постигла того или другого из двух братьев или же того и другого вместе - в любом случае она была бы вполне заслуженной.
Что касается недавних событий в Джэксонвилле, то после свержения в городе законных властей оба брата, вероятно по очереди, играли одну и ту же роль. Когда Тексар 1-й отправлялся куда-нибудь, чтобы осуществить задуманную ими преступную махинацию, его обязанности исполнял Тексар 2-й, причем никто из их приспешников этого не замечал. Поэтому можно считать, что они в равной мере были причастны к насилиям, совершенным в этот период над уроженцами Севера, переселившимися во Флориду, и над плантаторами Юга, разделявшими взгляды северян на рабовладение.
Оба Тексара, разумеется, всегда были в курсе того, что делается в центральных штатах Союза, где война, как и во Флориде, не раз принимала совершенно неожиданный оборот. Они приобрели большое влияние среди сторонников рабовладения - наименее достойной части населения Флориды, в числе которой были испанцы и даже американцы. Устраивая свои сложные махинации, братья часто вынуждены были обмениваться письмами, устраивать тайные свидания друг с другом, обсуждать свои действия, договариваться между собою о том, как подготовить очередное алиби.
Известно, что, когда один из них находился под арестом на корабле эскадры северян, другой готовил преступное нападение на Кэмдлес-Бей, и мы уже видели, что военный суд в Сент-Огастине вынужден был оправдать заведомого преступника.
Как уже было сказано, феноменальное сходство двух братьев с годами нисколько не уменьшилось. Но ведь случись с одним из них какое-нибудь несчастье, получи он ранение или увечье, и тогда полное тождество между ними было бы нарушено. У одного из Тексаров появилась бы особая примета, что несомненно помешало бы успеху их махинаций.
Оба брата вели жизнь бурную, полную опасностей и приключений. Каждый из них мог попасть в такую переделку, которая оставила бы неизгладимые следы на всю жизнь. Как бы он стал тогда выступать в роли своего двойника?
Но если все-таки случалось иной раз, что абсолютное сходство между ними на время нарушалось, они тотчас же принимали меры, чтобы его восстановить.
Так во время одного ночного нападения, вскоре после прибытия Тексаров во Флориду, пистолетным выстрелом в упор одному из братьев опалили бороду. Тогда другой Тексар спешно обрился, чтобы стать таким же безбородым, как и его двойник.
Был и другой еще случай, о нем упоминалось в начале этой истории, когда речь шла о посещении одним из Тексаров Черной бухты. Но тут необходимо кое-что пояснить.
Читатель помнит, вероятно, что однажды ночью, находясь еще на острове в блокгаузе, Зерма видела, как Скуамбо татуировал испанцу руку. Понадобилось это вот для чего. Брат Тексара был в числе флоридских путешественников, взятых в плен семинолами и отпущенных после того, как на левую руку каждого из них было поставлено неизгладимое клеймо. Немедленно в блокгауз была прислана копия этой татуировки, и Скуамбо мог в точности воспроизвести ее на руке испанца. И тождество двух братьев таким образом было восстановлено.
Вообще можно, пожалуй, поручиться, что, если бы Тексар 1-й почему-либо лишился руки или ноги, Тексар 2-й подверг бы себя такой же ампутации.
Одним словом, в течение многих лет братья Тексары вели эту двойную жизнь, причем так ловко и осторожно, что до сих пор им удавалось ускользнуть от всех преследований правосудия.
Удалось ли братьям разбогатеть с помощью всех этих махинаций? В какой-то мере да. В результате краж и грабежей у них скопилась кругленькая сумма, которую они спрятали в блокгаузе Черной бухты. Отправляясь на остров Карнерал, испанец из предосторожности захватил с собою эти деньги, и можно было поручиться, что он не оставит их в вигваме, если ему придется бежать к Багамскому проливу.
Однако сумма эта казалась братьям недостаточной. Им хотелось увеличить ее, а потом уж и удалиться в какой-нибудь штат Северной Америки или в Европу, чтобы жить там в свое удовольствие и наслаждаться награбленным богатством.
Узнав, что коммодор Дюпон намерен в скором времени очистить Флориду, братья подумали, что им предоставляется случай еще больше нажиться и отплатить северянам за временное занятие штата федералистами. Они решили выждать, а потом отправиться снова в Джэксонвилл и при поддержке своих приспешников и всех сторонников Юга, замешанных в беспорядках, захватить опять власть, которую они однажды уже добыли при помощи мятежа и которую только мятеж и мог вернуть им снова.
У Тексаров был, впрочем, и другой способ разбогатеть и разбогатеть весьма изрядно.
В самом деле, почему бы им не согласиться на предложение, сделанное одному из них Зермой? Почему бы не возвратить Ди ее безутешным родителям? Джемс Бербанк, конечно, не пожалел бы ничего ради освобождения своего ребенка. Он дал бы, кроме того, обязательство не преследовать испанца и не возбуждать против него дела.
Но голос ненависти и мести заглушил в братьях даже алчность: им очень хотелось разбогатеть, но не меньше того им хотелось, прежде чем они покинут Флориду, отомстить Бербанкам.
Теперь читателю известно о Тексарах все самое важное. Остается только подождать развязки этой истории.
Нечего и говорить, что, внезапно очутившись в присутствии близнецов, Зерма все поняла. В ее сознании разом возникла картина их прежних деяний. Пораженная тем, что она увидела, мулатка, держа девочку на руках, словно приросла к полу. К счастью, в комнате, где сидели Тексары, воздуху было больше, и приступ удушья у ребенка прошел.
Но для самой Зермы, оказавшейся в присутствии обоих братьев, разоблачение их тайны было равносильно смертному приговору.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ Побег
Как ни умели владеть собою Тексары, но, увидав Зерму, они потеряли всякое самообладание. Ведь это несомненно впервые, если не считать раннего детства, посторонний человек заставал их вместе. И человеком этим была Зерма, их смертельный враг. Вот почему их первым движением было броситься на мулатку, убить ее, чтобы сохранить свою тайну...
Между тем девочка приподнялась на руках у кормилицы и, цепляясь за нее ручонками, крикнула:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
