Недавно читал я произведение одного рабочего автора, который пишет, что в августе месяце ходят желтые пушистые гусята, что колхозники, не начиная молотьбу, получают авансы хлебом. Человек пишет, не зная того, что не выдают авансы, не обмолотивши ржи, как первой созревающей культуры, что в августе не бывает желтых гусят. И колхозники, читая эту литературу, думают: «Какие же бывают писатели и как можно этим писателям верить?»
Если каждый из нас пороется в памяти, то в прочитанном сможет найти примеры того, как пишут о рабочем быте и производстве, недостаточно зная этот быт и производство, недостаточно распознав все тонкости и детали. А без такого исключительно вдумчивого, глубокого познания материала нет настоящего произведения.
На вашем заводе существует литкружок и существует институт инспекторов по качеству – людей, которые в высокой степени освоили каждый свою специальность, которые блестяще владеют своими инструментами. В описании той или иной детали эти старики, которые следят за качеством выпускаемой вами продукции, должны прийти на помощь вашим растущим молодым писателям. Мы, писатели, просим вас, старых рабочих, о большом одолжении: чтобы не только мы помогали вашим молодым писателям, но чтобы и вы это делали.
Я уверен, что единение, которое устанавливается между рабочими-читателями и советскими писателями, будет крепнуть, и только при этом условии советская литература будет давать произведения все более и более высокого качества.
1934
М. Шолохов о спектакле «Поднятая целина»
Приехавший в Москву писатель М. Шолохов побывал на днях в театре-студии Р.Н. Симонова, где он в первый раз смотрел «Поднятую целину».
Спектакль шел для пролетарского студенчества Москвы. Узнав о присутствии в театре М. Шолохова, молодежь приветствовала писателя горячими рукоплесканиями.
После спектакля состоялась встреча автора с артистами и руководителями театра. Делясь своим впечатлением, М. Шолохов высказал свое удовлетворение по поводу проделанной театром работы, особенно над ролями Нагульнова (Черноволенко), Давыдова (Прокофьев), Лушки (Волкова) и др. Наряду с достоинствами постановки автор романа отметил также ее недостатки, проистекшие, по его мнению, оттого, что молодой театр мало знаком еще с темой романа, с бытом донского казачества. Шолохов внес ряд поправок, которые театром будут реализованы. Писатель рассказал артистам о жизни донских казаков, об их обычаях и нравах, что, несомненно, поможет исполнителям углубить их понимание пьесы и отдельных ее образов.
59 дней за границей
Беседа с Михаилом Шолоховым
Вчера поздно вечером наш сотрудник беседовал по телефону с Михаилом Шолоховым, автором «Поднятой целины» и «Тихого Дона», находящимся в Париже.
– Трудно сказать просто: два месяца назад я выехал из Москвы, – говорит тов. Шолохов. – Оставляя Советский Союз, начинаешь чувствовать, что время состоит не из месяцев и недель, а дней. Поэтому, когда вы спрашиваете меня, сколько я уже нахожусь за границей, я отвечаю – 59 дней.
– Через три дня я буду в Москве. Как ни приятны встречи с друзьями в Париже, как ни дороги часы бесед с Мальро1 и Жан Ришар Блоком2, с которыми мы так недавно были вместе на съезде советских писателей, – я покидаю Францию сегодня, на третий день пребывания здесь.
– Я тороплюсь в Москву и по дороге нигде больше не остановлюсь. Мне обязательно хочется попасть в Москву на открытие Всесоюзного съезда советов. Поэтому так стремителен мой отъезд.
– За два месяца пребывания за границей видел, слышал и записал очень многое. Подробно обо всем расскажу через несколько дней, а сейчас простите за короткую беседу: через час отходит мой поезд. Привет Москве!
Л. Городков
Применением удобрений добьемся высокой урожайности
5 февраля состоялся пленум Вешенского районного комитета ВКП(б), посвященный итогам смотра готовности колхозов к весеннему севу.
На пленуме выступил М.А. Шолохов, передавший впечатления о состоянии сельского хозяйства в скандинавских странах, откуда писатель прибыл в конце января.
– Швеция – небольшое государство, имеющее до 440 тысяч хозяйств. В смысле рентабельности земледельческие хозяйства там стоят на высоком уровне.
За 1934 год Швеция ввезла до 450 тысяч тонн химических удобрений, то есть по одной с лишним тонне на хозяйство. Сейчас Швеция сократила ввоз химикатов извне, переходя к широкому использованию хозяйственных отходов.
Тов. Шолохов приводит конкретные примеры использования животных удобрений.
– При посещении ряда хозяйств я видел цементированные полы в конюшнях и коровниках. Там используется буквально все: моча коров и лошадей стекает по желобку в специальный чан, затем идет на удобрение.
Ставя эту хозяйственную бережливость как необходимый пример, тов. Шолохов подчеркивает недооценку этого в наших условиях.
– Зайдите на любую ферму, в конюшню и на воловий баз. Вы там увидите кучи навоза, разбросанного всюду. У нас варварски гибнет, совершенно не используется ценное удобрение. А ведь известно, что навоз – питательная пища для земли. При использовании животных удобрений в Швеции довели урожайность пшеницы до трех – трех с половиной тонн с га.
Мы можем перекрыть урожайность Швеции, если всерьез возьмемся за удобрение нашей земли. Сделать это можно легко, так как земли многих колхозов близко расположены к хуторам. А навоза у нас хватит, и «импортировать» его не придется.
Когда я был в Швеции и Дании, меня спрашивали, какая у нас урожайность с гектара по чернозему. Стыдно было сознаться, так как урожайность наших полей служит предметом посмешища.
В скандинавских странах земля глинистая, но в нее вложено множество человеческого труда. Поэтому – слова «сорняк» там не существует так же, как неизвестно и слово «чесотка».
Тов. Шолохов предлагает не откладывать в долгий ящик разрешение вопроса о применении удобрений и заняться этим сейчас же, в наступающую весну.
Если посевная площадь в колхозе 1000 гектар, неужели трудно произвести удобрение на площади хотя бы в 50 – 100 гектар?
При нашем организованном труде это вовсе не трудно. У нас под ногами золотое дно, но мы его не используем. Наша истощенная земля при удобрении и культурной обработке может дать 2 —
3 тонны зерна с гектара. Все дело зависит от нас.
Когда я сопоставлял наши колхозы с единоличными хозяйствами скандинавских стран, убеждался, что по механизации Советский Союз стоит на самом высоком уровне.
Под давлением кризиса там идут назад, в средневековье, отказываются от тракторов. Во всех виденных мною хозяйствах самый новый трактор был покупки 1924 года. Позднейшего приобретения сложных орудий не встретишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
