Киваю. В такие моменты я люблю её ещё сильнее.
Машина начинает тормозить, та, что ехала впереди — тоже. Жду. Осматриваюсь, кажется, мы в каком-то не слишком популярном парке, из тех, куда разрешено на машине приезжать. Всё ухожено и аккуратно подстрижено, только, по-моему, слишком безлико.
Дверь тёмно-вишнёвого гравикара поднимается, из салона кто-то выходит. Направляется ко мне. Узнаю подростка, которого когда-то девица вела в окровавленном ошейнике. Надо же, изумляюсь. Показывает жестами, чтобы открыл.
Пытаюсь припомнить, что там говорила Келла. Вроде бы ничего конкретного. Если Уиллу нейтрализовали, куда дели мальчишку? По логике — должны были сдать в рабский детдом. Не похоже что-то. Впрочем, нигде в сети не видел никакой информации о скандалах в высших семействах, поэтому что бы там ни случилось, всё произошло тихо.
Колеблюсь, осматриваюсь, но кроме него никого. Рискую открыть. Знаю, что глупо, но не буду же я убегать от мальчишки! Надеюсь, мне не придётся справляться с ним. Однако парализатор на всякий случай не опускаю. Чувствую себя отвратительно, целясь в почти ребёнка.
— Привет, — говорит смущённо. Киваю, залезает вовнутрь, закрываю дверь. Показывает пустые руки, снова киваю, парализатор опускаю, но не убираю. Опять у Тали будут неприятности, если он кому-нибудь расскажет. Кажется, снова начинаю злиться.
Но ведь кому-то что-то от меня нужно. И этот "кто-то" следил за мной и верно спрогнозировал, что именно этого мальчишку я, скорее всего, впущу. В голову лезут мысли о беглом рабе, только в сети и о нём практически ничего. Толи организация слишком хорошо следы заметает, толи её и нет вовсе, так, какие-нибудь любители попытались побег провернуть, да быстро попались.
— Как ты? — интересуюсь. Всё-таки выглядит значительно лучше, и что бы там ни было, я этому рад. Даже если он пришёл меня убивать. Неприятно думать, что пацана могли в такое втянуть, но мне ли не знать, чего не сделаешь, лишь бы чип подольше помолчал.
Впрочем, убивать меня не заставляли. Можно сказать, везло.
— Этот разговор должен остаться в тайне. Ради твоей же безопасности, — говорит, стараюсь не улыбнуться. Так во взрослого играет. Впрочем, тут и на самом деле повзрослеть придётся скоростными темпами. — У тебя хозяйка нормальная, выпытывать не станет, — добавляет. Киваю молча. Не полезу же я камеру отключать. Ещё и Тали распереживается, полицию поднимет или банду во главе с Олинкой сюда притащит. С неё станется, Тали иногда как выкинет что-нибудь. До сих пор вспоминаю, наш спуск по пожарной лестнице. Да и честно говоря… пока моё доверие, как ни странно, на стороне хозяйки. А уж как она в Олинку целилась!
В конце концов, если это какой-то отвлекающий манёвр, Тали хоть будет знать, кто меня поймал. Что ей с того, правда…
— Я теперь свободен, — сообщает. Молчу, слушаю. — Чип удалили, и если ты пойдёшь со мной, тоже станешь свободным.
— Что ж домой не отправили? — не удерживаюсь. Хороша свобода. Хмурится:
— Улететь с Тарина слишком сложно.
Или кому-то нужно тебя использовать, а доверять тем, кто использует детей… не тянет.
— Ты сам-то откуда? Родственники остались? — интересуюсь. Вдруг получится найти. Помню, что обещал Тали не лезть за пределы таринской сети, но может она и сама не будет против.
— Тебе-то зачем? — отвечает мрачно.
Пожимаю плечами.
— С Лады, — бурчит. Что-то я такое слышал… неблагополучная планета, и, по-моему, из лояльно настроенных к Тарину. — Мама поехала на Голконду, на какую-то временную подработку. Не знаю, где она сейчас.
— Не побоялась оставлять, — говорю.
— Она меня часто оставляла, — вскидывается. — Одна воспитывала. Короче, речь не обо мне. За тобой давно наблюдают, это твой шанс.
— Слишком уж ваша организация… влиятельная, — говорю, указывая парализатором на гравикар, из которого пацанёнок вышел. Не особо верится, что у какого-нибудь забитого таринского подполья может быть выход на дорожную систему или покровитель в высших аристократических кругах.
— У нас хакеры хорошие, — улыбается.
— Что ж тогда не грохнут всю рабскую базу вместе с пультами? — говорю.
— Ты мне не веришь?
Увы, малыш. Ты будешь делать и рассказывать то, что велят хозяева. Кому как не мне знать. Наличие или отсутствие чипа мы не проверим.
— А должен? — поднимаю брови. Понимающе кивает.
— Жаль, — говорит. — Но меня предупредили, что скорее всего будет так. И просили передать… На острове Далгнеров поищи вход.
— Какой вход? — переспрашиваю.
— В старом городе, ещё со времён первых колонистов. Ты поймёшь.
— Что там? — уточняю. Не думают же они, что я просто так полезу искать какой-то вход. Хотя зная Тали… Очень может быть, что её любопытство не удержится.
— Там твоя свобода, — говорит.
— А если без пафоса? — хмыкаю. Смотрит на меня сердито.
— Я не знаю. Доволен? Я только знаю, что это важно. И что на Тарине мало людей, которые могут попасть на этот остров и кому можно доверить… такое дело.
— А мне, значит, можно? — снова хмыкаю. — У меня-то чип по-прежнему стоит.
— Тебе предлагают его удалить.
— Совершенно бескорыстно.
— Почему же. Такие, как ты, всегда нужны.
Лучше бы ты не пытался мне льстить. Я-то себя больше кого бы то ни было знаю и обманывать не привык. Возможно, вы надеетесь на Ямалитину мягкость и на то, что никто посторонний до меня не доберётся. Но вряд ли считаете, что буду вас покрывать даже под пытками.
— Информация передана? — спрашиваю. Мальчишка вспыхивает, ругаю себя. Ну зачем с ним так сурово, он тоже пешка в чьей-то игре и поступает в меру своих сил и возможностей.
Улыбаюсь, протягиваю ему руку:
— Я рад за тебя, — говорю. Смотрит как-то странно, но руку пожимает.
— Спасибо тебе, — вдруг бормочет, отворачивается, спешит покинуть машину.
Не дожидаюсь, пока сядет и уедет, набираю курс домой, всё исправно работает. Кажется, успокаиваюсь, посматриваю, чтобы никто за мной не ехал. Но похоже, больше я никому не нужен. По крайней мере, пока.
Испытываю какое-то странное желание посоветоваться с Тали. Даже облегчение от того, что мне не придётся выбирать, рассказывать ли ей, или молчать. Ни выдавать неизвестных, особенно если они действительно имеют отношение к освобождению рабов, во что верится слабо, ни врать Ямалите совсем не хочется.
Чем больше обдумываю, тем больше кажется, что вокруг разыгрывается какая-то многоходовая комбинация, в которой я — всего лишь разменная монета. Да и, в общем-то, все мы.
Тамалия
Вижу через сетевик, что Антер подъезжает к дому. Вздыхаю с облегчением, объявляю перерыв, стараюсь оказаться возле двери к моменту его прихода. Гости всё ещё возбуждены, кто-то занимает моё место, ну и пусть. Зато мешать не будут. Я и так последние полчаса больше в микросетевике провела, чем в игре, столько ошибок наделала — хорошо, что им всё это мало знакомо, не замечают.
