Димана буравила взглядом Гавина.
- Говори, - сказал Гавин сул'дам.
- Кровавые Ножи не живут долго, - начала Кайси. - Единожды получив задание, они от него не отступятся. Они получают свои способности от Императрицы, да живёт она вечно, и кольца-тер’ангриалы, которые обращают их в великих воинов.
- Так это кольца размывают их очертания, - сказал Гавин. - Когда носитель находится рядом с тенями.
- Да, - подтвердила Кайси, в удивлении от того, что ему это известно - Их невозможно победить. Но, в конечном счёте, их убивает собственная кровь.
- Их собственная кровь?
- Они отравлены собственным служением. Получив приказ, они зачастую, живут не больше нескольких недель. Самое большее - месяц.
Взволнованный Гавин поднял нож.
- То есть, мы просто должны дождаться, пока они сами не умрут.
Кайси засмеялась.
- Этого не случится. Прежде, чем они умрут, они выполнят задание.
- Этот потихоньку убивает людей, - сказал Гавин. - Одного каждые несколько дней. До сих пор убитых можно счесть по пальцам.
- Проба почвы, - сказала Кайси. - Он определяет сильные и слабые стороны, отыскивая, где он может ударить, не будучи обнаруженным. Если убитых всего несколько, то вы ещё не видели, как действуют Кровавые Ножи в полную силу. Они оставляют не «единицы», а десятки трупов.
- Если только я его не остановлю, - сказал Гавин. - В чём их слабости?
Кайси вновь рассмеялась.
- Слабости? Великий лорд, разве я не сказала, что они лучшие воины Шончан, усиленные и осенённые милостью Императрицы, да живёт она вечно?
- Прекрасно. А что тогда с тер'ангриалом? Он помогает убийце, только когда тот находится в тени? Как я могу ему помешать? Может быть с помощью яркого света нескольких светильников?
- Не бывает света без тени, великий Лорд, - сказала женщина. - Чем больше света, тем больше теней.
- Должен быть способ!
- Кайси уверена, что если он существует, то вы его отыщете, великий лорд, - в ответе женщины промелькнула насмешка.
- Дозволено ли Кайси дать совет, великий лорд? Если вы выжили в схватке с Кровавым Ножом, то можете считать себя счастливчиком. Должно быть, не вы были его или её настоящей целью. Для вас было бы благоразумнее затаиться до истечения месяца. Позвольте Императрице - да живёт она вечно - исполнить её волю, и благодарите за данные вам предзнаменования - достаточные, чтобы спастись и остаться в живых.
- Достаточно, - сказала Димана. - Полагаю, что вы узнали всё что желали, лорд Траканд?
- Да, спасибо, - сказал взволнованный Гавин. Он едва заметил, как Кайси поднялась и женщина из Родни увела свою подопечную.
«Если выжили, можете считать себя счастливчиком… Должно быть, не вы были его настоящей целью…»
Гавин осмотрел зажатый в руке метательный нож. Несомненно, настоящей целью была Эгвейн. Зачем бы ещё Шончан применили столь грозное оружие? Возможно, они считали, что её смерть низвергнет Белую Башню.
Эгвейн нужно предупредить. Невзирая на её возможный гнев, невзирая на неповиновение её желаниям, он должен доставить ей эту информацию. Она может спасти ей жизнь.
Он всё ещё не сдвинулся с места, размышляя, как подобраться к Эгвейн, когда его отыскала служанка в красно-белой униформе. Она несла поднос с запечатанным конвертом на нём.
- Милорд Гавин?
- Что это? - спросил Гавин, взяв письмо и используя Кровавый Нож, чтобы вскрыть конверт.
- Из Тар Валона, - сказала служанка, отвесив поклон. - Его доставили через Переходные Врата.
Гавин развернул тонкий листок бумаги, скрывавшийся внутри. Он узнал почерк Сильвианы.
«Гавин Траканд, - прочёл он. - Амерлин очень рассержена, обнаружив твоё отсутствие. Тебе не разрешалось покидать город. Она просила меня отправить это послание, дабы напомнить, что у тебя было достаточно времени, чтобы отдохнуть в Кэймлине. Твоё присутствие необходимо в Тар Валоне, куда тебе надлежит вернуться со всей поспешностью».
Гавин прочёл письмо, затем перечёл снова. Эгвейн накричала на него за то, что он нарушил её планы, и почти что вышвырнула его из Башни, а теперь рассердилась, обнаружив, что он покинул город? А чего ещё она от него ожидала? Он едва не рассмеялся.
- Милорд, - осведомилась служанка, - желаете ли написать ответ?
На подносе были перо и бумага.
- Меня предупредили, что он будет.
- Отправьте ей это, - сказал Гавин, бросив Кровавый Нож на поднос. Внезапно, он почувствовал такой гнев, что все мысли о возвращении улетучились. Проклятая женщина!
- И передайте ей, - добавил он после мимолётного раздумья, - что убийца шончанин и владеет особым тер'ангриалом, который делает его трудноразличимым в тенях. Лучше зажечь дополнительный свет. Убийства были нужны для того, чтобы проверить нашу охрану. Истинная цель - она. Подчеркните, что убийца очень, очень опасен, но это не та особа, на которую она думала. Если ей нужны доказательства, то она может поговорить с шончанами здесь в Кэймлине.
Служанка выглядела озадаченной, но когда продолжения не последовало, она ретировалась.
Гавин попытался успокоиться. Он вернётся, но не сейчас. Это выглядело бы так, словно он приполз назад по одному её повелению. У неё были свои «тщательно составленные планы и ловушки». Она заявила, что в нём не нуждается. Раз так, то ей придётся какое-то время и вправду обойтись без него.
Глава 34. Приговор
- Я хочу, чтобы разведчики наблюдали за окрестностями, - с нажимом сказал Перрин. - Даже во время суда.
- Девам это не понравится, Перрин Айбара, - ответила Сулин. - Если они из-за этого упустят шанс потанцевать с копьями…
- И, тем не менее, они сделают именно так, - ответил Перрин, обходя лагерь в компании Даннила и Гаула. Позади следовали Ази и Вил ал’Син - его дежурные телохранители на этот день.
Сулин изучающе оглядела Перрина и кивнула:
- Будет сделано, - и ушла.
- Лорд Перрин, - спросил Даннил, в запахе которого чувствовалось волнение. - В чём дело?
- Я пока не знаю, - ответил Перрин. - Воздух как-то неправильно пахнет.
Даннил озадаченно нахмурился. Ну, Перрин тоже был озадачен. Озадачен, и вместе с тем его уверенность всё больше росла. Это выглядело противоречиво, но дело обстояло именно так.
В лагере царила суматоха - армии собирались на встречу Белоплащникам. Не его армия, а именно что армии. Между ними существовало столько разногласий: Арганда и Галленне переругались из-за лучшей позиции, двуреченцам не нравились только что принятые отряды наёмников, а бывшие беженцы оказались раздавлены между прочими сторонами. И, конечно, есть ещё и Айил, сторонившиеся остальных и творящие что им вздумается.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
