Вообще фейсконтроль был такой, будто мы не в игровое заведение пришли, а в какой-то секретный штаб. И только после тщательной проверки к нам подошла миловидная девушка в коротком облегающем платье с слишком откровенным декольте, и широко белоснежно улыбнувшись, пригласила следовать за ней. Она отворила перед нами дверь и повела к стойке обмена, медленно покачивая задом и то и дело, оглядываясь и широко улыбаясь.
Мы обменяли ратаны на игровые фишки. Здесь все было, как и в земных казино. Круглые фишки трех цветов. По тысяче, по пять и десять тысяч. Были и золотые по сто. Но столько у нас денег не было. Я купил себе и Джамиру фишек на пятьдесят тысяч.
А затем, следуя за девушкой, мы направились и в сам игровой зал.
Здесь было прохладно и пахло новой кожей и кофе. Играла спокойная музыка, и ярко светили, заманивая посетителей, игровые автоматы. Я обращал внимание на камеры, на работников зала в темно-фиолетовой форме клана Вайш с изображением золотого вола на спине; на охрану, переговаривающуюся в рацию. Людей здесь было немало. Я обратил внимание, что в зале много молодых парней. Видимо студенты Сафф-Сурадж вернулись с каникул и в ожидании начала занятий прожигают время и родовые деньги.
В казино было два этажа. Первый был с автоматами и играми наподобие крепса и рулетки, на втором этаже находились картежные столы в специальных вип-кабинках. Мы отправились туда.
Я сразу увидел те карты, которые мне предстояло стащить. За одним из столов уже сидела компания из пяти пожилых мужчин и двух дам, парень в форме раздавал карты с синими рубашками и гербом Вайш на них.
— За вторым столом есть свободные места и за восьмым, — вежливо сообщила девушка.
— За восьмым стихийники с третьего курса, денег у них много не будет, — шепнул мне на ухо Джамир, — а за вторым — я их не знаю.
Я взглянул на второй, там сидели двое мужчин лет сорока. С этими можем выиграть нужную сумму, но если поймают, можем и заработать проблемы. Но со студентами, Джамир прав, двести тысяч не выиграть. Я подманил девушку.
— Свамены за вторым не знаешь, из какого клана? — спросил я ее.
Девушка, не переставая улыбаться, выдала вежливую заученную фразу:
— По правилам нашего заведения мы не можем разглашать данные посетителей.
Что ж этого и следовало ожидать. Значит, будем рисковать. Предвкушение кутежа и вспыхнувшего азарта разгоняло по венам кровь. Кончики пальцев закололо, я невольно размял пальцы. Давно я этого не ощущал. И даже немного ностальгия подкатила. Будто бы я очень-очень давно обчищал карманы, будто бы мы грабили дом Джонсона не три месяца назад, а в далекой, а может и прошлой жизни.
— Идем за второй, — сказал я Джамиру.
Он на миг остановил меня, потянув за рукав.
— На всякий случай, — сказал он, — здесь не принято называть имена. Поэтому лучше не расспрашивать. Максимум, можем сказать из какого мы клана, но и то, в нашем случае лучше солгать.
Я кивнул и уверено зашагал к вип-кабинке, цепким взглядом выискивая кого-нибудь из крупье. Мне нужно понять, куда они девают старые отыгранные колоды. И я сразу же нашел. Из-за шестого стола поднялись две женщины средних лет с недовольными лицами, за столом остался усмехающийся старик, а парень в форме казино, который работал за этим столом, собрал карты и понес их к барной стойке.
— Закажу нам что-нибудь, — бросил я Джамиру, резко сменив направление, рванул к барной стойке.
Кажется, девушка-хостес хотела что-то возразить, что, мол, нам принесут, но я ее не слушал. Мне нужно было туда.
Я подошёл к стойке в тот же момент, что и парень с картами. Я его грубо отодвинул, изображая нахального избалованного аристократа. Сразу прикинул, где расположены карты и встал ровно так, чтоб прикрыть от них свою жертву.
— Плесни два стакана чего-нибудь не слишком крепкого, — велел я бармену.
Пока бармен суетился, я краем глаза следил за своей жертвой. Он уже достал колоду и, косясь на меня, постукивал этой самой колодой по барной стойке. Очевидно, он ее отдает бармену, а тот уже либо выкидывает, либо сдает обратно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Бармен поставил передо мной два полных стакана с прозрачным напитком и плавающими кубиками льда. Теперь нужно действовать.
Парень протянул бармену карты, и в этот же миг, я, подхватив стаканы, навалился на него. Содержимое одного из стаканов улетело в бармена, который уже тянул руку к колоде. Содержимое второго выплеснулось на парня крупье.
— Да что б вас всех! — злобно выругался я. — Какого ракшаса ты так много наливаешь?
Я раздраженно грюкнул стаканами по барной стойке. Оба парня были заняты мокрой одеждой, а моя цель мирно покоилась на стойке. Мимолетное движение, я подался вперед, махнув рукой и вот — колода уже у меня в рукаве.
— Ракшас! Всю одежду испачкал! — снова возмутился я, осматривая куртку. Хотя на самом деле, на мне не было и капли.
— К столу принесешь, — бросил я бармену, — и больше столько не наливай! — И ворча про испорченную одежду, я направился в туалет, чувствую, как адреналин отбивает в ушах победную барабанную дробь.
Я закрылся в кабинке и быстро отсортировал карты. Те, что приносили больше всего очков, засунул в рукава. Те, что средние, ушли в потайные карманы, а те, от которых шел самый малый счет, я на всякий случай отправил в нижние карманы подкладки.
О том, что ребята у бара обнаружат пропажу, я сильно не переживал. Скорее всего, они решат, что карты в суматохе уже успели убрать или выкинуть, либо — что они улетели куда-нибудь за стойку.
Теперь я шел знакомиться со следующими жертвами. С теми, кто поможет вернуть нам тиару наследника.
Джамир уже сидел за столом и непринужденно общался с нашими соперниками.
— А вот и он, мой друг, — улыбаясь, сказал Джамир.
Я пожал руки мужчинам, оценивая их. Один был худым, лысым и щуплым, с печатью надменности и сварливости на лице, этого я про себя нарек — ворчун. Второй был покрупнее, круглощекий, с морщинками в уголках глаз, такие бывают у тех, кто много смеётся и сам не против пошутить, с блуждающим взглядом и задумчивой, где-то даже мечтательной улыбкой. Его я назвал весельчаком.
— А мы тут обсуждали войну Сорахашер и Нага, наши соперники как раз из клана Нага, — Джамир непринужденно улыбался, насколько в этот момент это вообще было возможно. Я внутренне напрягся, но внешне сохранял спокойствие, тоже вежливо улыбнулся и сел за стол.
— И что же там, на войне? — спросил я. — Слышал, у вас временное перемирие.
— Да, перемирие, — хохотнул весельчак, — отсрочка конца Сорахашер. Для Нага это удача.
— Почему же? — спросил я. Джамир меня пнул ногой под столом. Но я не мог не спросить.
Весельчак не ответил, зато ответил ворчун:
— Ходят слухи, император прикажет Сорахашер вывести все войска с завоеванных территорий. У нас будет время укрепить позиции.
— А мы нигде не встречались? — придирчиво изучая мое лицо и усмехаясь, спросил весельчак.
— Это вряд ли, я почти никогда не покидаю территории клана, — ответил я.
Интересно, а из какого мы клана? Наверняка ведь не из Сорахашер. И Джамир, будто бы прочитав мои мысли, тут же пришел на помощь.
— Карену к счастью предпочитают держать нейтралитет. Так что, не будем о войне, мы ведь сюда не за этим пришли.
О клане Карену я почти ничего не знал, но доверял Джамиру. Я смотрел на наших соперников и думал: а не узнают ли они нас и что будет, если узнают. Но ничего в их поведении и лицах я не увидел. Мы были для них такими же незнакомцами, как и они для нас. Но мы знали, что они из Нага. Здесь я был уверен, что они не лгут. Сама судьба нам подкидывала шанс, а мотивация сразу подскочила до предела. Потому что для меня нет ничего приятнее, чем обыграть и обвести вокруг пальца Нага.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Так что? Начнем игру или еще подождем людей? — Джамир снова улыбнулся. Ворчун недовольно поджал губы, уложив руки на стол и сцепив их в замок, весельчак же просто продолжал улыбаться:
— С каких ставок начнем? — спросил он.
