Оставив мужика под стенкой ждать того, кто его найдет и оберет, я отправился дальше. Однако удача отвернулась от меня. Больше одиноких личностей мне не попалось. Народ предпочитал шастать по темным местам толпой. За себя я был спокоен. Щит я поставить мог, иллюзиюпугалку тоже мог явить недоброжелателю. А теперь еще и «шок» в рукаве. Если еще учесть, что я чувствовал настроение встречных, то в общемто застать меня врасплох было сложно. Пошарахавшись по улицам примерно с час, сопровождаемый внимательными, оценивающими, подозрительными взглядами, я сообразил, что вечер только начался и поэтому до появления крепко выпивших одиночек еще часа тричетыре.
Это же будет уже ночь, прикинул я в уме, что ж мне, полночи тут бродить, конкурируя с местным криминалом за одинокие тела? Не, это не мой вариант! Вообще в идеале мне бы лучше всего подошел один и тот же объект. Чтобы на нем можно было проделать серию испытаний с изменением силы воздействия. Тогда можно будет составить какуюто картину… Но где же взять этот «точильный камень», чтобы откатать на нем серию? Где? Раздумывая над этим вопросом, я направился в сторону центральных улиц, благо до них уже было недалеко. Но дойти до них я не успел. Меня остановили примерно гдето в районе перехода приличных улиц в дорогие улицы.
– Молодой человек не желает поразвлечься? – раздался сбоку женский голос.
Оборачиваюсь направо – девица! А наштукатуренаа! Вульгарненькая такая. По виду проститутка. Жрица любви. Но ведь это же… Это же то, что мне сейчас нужно!
– У мадам Мари – замечательные девушки! Очень красивые, ласковые и умеют доставить удовольствие мужчине! – интерпретировав мое молчание как сомнение, принялась уговаривать меня она. – Вы не пожалеете!
– И где это столь замечательное место, в котором живут столь замечательные девушки? – поинтересовался я.
– Так вот, – показала девушка рукой на дом на противоположной стороне улицы. С полукруглыми ступеньками небольшой лестницы, ведущей к двустворчатым дверям, со здоровущим красным фонарем над ними, – дом мадам Мари!
– Что ж, благодарю тебя, – ответил я ей. – Прямо сейчас и зайду! Скажи, а выносливые у нее есть?
Веселый дом
– Ой, господин, хихи, щекотно!
– Ну дай мне свое ушко!
– Ай, щекотно! Господин, вы меня защекочете до смерти! Хихихи!
– Зови меня Нолом!
– Хорошо, господин Нол.
– Ну дай, дай я тебя поцелую за ушком!
– Ой щекотно!
«Ну, где же он ходит? – раздосадованно подумал магвоздушник второго курса Ноленик Артенгоф, усаживая сидящую у него на коленях девушку так, чтобы ее попа пришла в большее соприкосновение с одной его очень бодрой частью тела. – Договорились ведь! Уже на двадцать минут опаздывает!
Нол имел в виду Доменика Шасто, обещавшего устроить кутеж и оплатить все расходы. Доменик был единственным сыном у своего отца, владельца обширных земель и двух богатых серебряных рудников. Поэтому деньги он тратил легко и непринужденно, ибо они у него всегда были. Причем тратил он их и на друзей. Правда, за это приходилось признавать его полное и безоговорочное главенство, но ничего такого постыдного для себя Нол в этом не видел. Доменик был вполне нормальным парнем и какихто несуразностей, которые могли запятнать дворянское имя и честь, не совершал. Просто у него было много денег, а у Нола их было мало. Вполне возможно, что, будь у него их столько же, сколько у Доменика, Нол бы тоже тратил их на своих друзей. Вместето веселее! Три часа назад Доми предложил кутнуть друзьям с девочками, пообещав, что все оплатит. Нол и еще Леторий, тоже из их компании, пришли в назначенное время, выбрали себе девочек, заказали им выпить и, усевшись на диванчики в небольшой гостиной, принялись ждать. Девчонки уже полчаса ерзали у них на коленях, а Доми все не было.
«Где ж он ходит? – еще раз с неудовольствием подумал Нол и переключился на стройные ножки в темных чулках и красных туфельках, видные изпод задравшейся легкой полупрозрачной юбки прелестницы. – Можно ведь не в кровати, а стоя… Нагнуть… закинуть юбку ей на голову… – улетел в фантазии Нол, внезапно ощутив, как его сердце забилось гдето в горле, мешая дышать. – Хель с ним, с Доми! Сколько можно! Если не придет сейчас, сам заплачу! Дорого, конечно… У мадам Мари очень дорого… Но и девочки тут красивые. Если сейчас он не придет…»
Прозвенел колокольчик над дверью.
Нол обернулся на звук. Не Доменик! В гостиную зашел…
«Так ведь это с нашего университета! – подумал Нол, разглядывая вошедшего. – С первого курса. Он еще на два факультета ходит, целителей и темный… Как его там? Эээ… Эриадор! Точно! Эриадор! Тоже поразвлечься пришел?»
– Добрый вечер, молодой человек!
Мадам Мари, весьма крупная женщина, лет сорока, затянутая в черные шелка, с большими золотыми кольцами на толстых пальцах, величественно встала со своего красного кресла с высокой спинкой. Мадам сидела в нем, поджидая клиентов и присматривая за тем, что творится в гостиной. Нол уже успел поймать ее недовольный взгляд, брошенный ею сначала на часы, а потом на них с другом.
– Ваши друзья уже заждались вас! Да и моим девочкам не терпится показать, на что они способны! Девочки! На выход! У нас гости!
Мадам приветливо улыбнулась пухлым лицом и захлопала в ладоши. На этот звук из соседней комнаты вышли с десяток девушек и построились в одну линию, лицами к клиенту.
– Увы, мадам, – сказал после небольшой паузы Эриадор, оглядев ее работниц, – я не с ними.
Он чуть качнул головой в сторону магов, сидящих с девицами на руках.
– Да? О, прошу меня простить, – слегка растерялась хозяйка салона. – Они просто ждут своего товарища, и я подумала, что это вы и есть!
– Вы ошиблись. Я сам по себе! – улыбнулся ей во всю ширь Эриадор и, чуть прищурив глаза, глянул в сторону сидящих на диванах.
– Но… вы же пришли сюда за тем же, что и они? Выбирайте! Смотрите, какие они красавицы! Все очень ласковые и умелые! Какую вам? А может… и не одну?
– Да, симпатичные… – кивнув, согласился Эриадор. – Мне, собственно, подойдет любая из них, но с единственным условием…
– Каким? – слегка насторожилась мадам.
– Мне нужна самая выносливая!
На диванах громко и отчетливо фыркнули. Два раза. Мадам после секундного изумления стиснула зубы, дабы не дать губам разъехаться в ухмылке. Но это ей удалось плохо. На лице вышла гримаса.
– О! Конечно, конечно! Не сомневайтесь, – затарахтела она, разжав наконец зубы. – Все мои девушки очень выносливые… выносливые, как… как…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
