Лан отошёл, раздавая указания. К нему с испуганным видом подбежал принц Кайсель.
— Что с ним случилось, лорд Мандрагоран?
— Скорее всего, это Принуждение, — ответил Лан. — Мы сейчас словно кролик, запутавшийся в силке. Петля медленно, но верно затягивается вокруг нашей шеи. Кто-нибудь скажите мне, что у наших Аша’манов ещё достаточно сил, чтобы открыть Врата! И доставьте мне сведения о восточном фланге! Тем лучникам понадобится поддержка. Отправьте им в помощь все оставшиеся резервы.
Пока Лан распоряжался, принц Кайсель попятился схватившись за меч. Побледнев, он широко раскрытыми глазами смотрел на лорда Агельмара.
— Мы в самом деле проиграли? — спросил он у Лана, когда тот закончил отдавать приказы, и порученцы умчались их доставить.
— Да, — ответил Лан. — Проиграли.
— Лан! — внезапно обратился к нему лорд Агельмар, открыв глаза.
Лан обернулся.
— Королева Тенобия, — произнёс Агельмар. — Сам того не понимая, я отправил её навстречу опасности. Кто бы ни поместил этот план в мою голову, он определённо хотел её гибели!
Лан тихо выругался и выбежал из лагеря на склон ближайшего холма. Добравшись до вершины, он вытащил из-за пояса зрительную трубу. Находившиеся наверху разведчики посторонились. Но и без зрительной трубы всё было ясно. Обшарив взглядом поле боя, он увидел королевский штандарт.
Она была окружена. На какую бы помощь ни рассчитывала королева, та не была к ней направлена. Лан открыл было рот, чтобы отдать приказ, но слова застряли в горле. Маленький бело-серебристый вымпел, под которым сражалась Тенобия, исчез под нахлынувшей массой троллоков. Он пал, и через мгновение Лан уже не мог разглядеть на этом участке битвы ни единого живого солдата.
Отрешённость. Он ничего не мог сделать для Тенобии. Вопрос о спасении отдельно взятых людей уже не стоял.
Ему повезёт, если к исходу дня от его армии хоть что-то останется.
* * *
Мэт с Туон ехали верхом вдоль берега реки, по которой проходила западная граница Арафела. Они направлялись на юг, к полю боя.
И, разумеется, куда бы ни отправилась Туон, туда же направлялась и Селусия. А теперь ещё и Мин. Туон желала иметь свою Видящую Рок всегда под рукой. Она без остановки расспрашивала Мин про образы, а та неохотно объясняла, что видит.
Мэт пытался уговорить её сказать, что она видит, будто над его головой парит шляпа. Может, это убедит Туон не настаивать, чтобы он избавился от шляпы? Со стороны Мин это было бы полезнее, чем рассказывать про глаз на весах, кинжал и прочие треклятые штуки, которые она видела вокруг Мэта.
Ещё за Туон повсюду следовали не меньше сотни Стражей Последнего Часа. А также при ней были Галган с Куртани, которая чувствовала себя виноватой в том, что не сумела быстро помочь Мэту. Отряд сопровождавших Туон Стражей возглавлял Фурик Карид. Находиться с ним рядом было всё равно что иметь удовольствие обнаружить у себя в кошельке чью-то руку, но Фурик был хорошим солдатом и заслужил уважение Мэта. Было бы интересно посмотреть, кто кого победит в гляделки — Лан или Карид. Они могли бы просидеть друг напротив друга несколько лет кряду.
— Мне нужен обзор получше, — заявил Мэт, оглядывая поле боя, когда они достаточно приблизились. — Едем туда.
Он развернул Типуна и поехал к возвышенности, которая находилась неподалёку от того места, где сражающиеся стороны обменивались сокрушительными ударами на берегу реки. Туон молча последовала за ним. Когда они добрались до возвышенности, он заметил, как сердито глядит на него Селусия.
— Ну, что не так? — спросил её Мэт. — Я-то думал, ты обрадуешься моему возвращению. Будет на кого хмуриться.
— Императрица повсюду следует за тобой, — сказала женщина.
— Так и есть, — ответил Мэт. — А я, как полагаю, последую туда, куда отправится она. Надеюсь, нам не придётся ходить кругами. — Он принялся изучать поле боя.
Река была не очень широкой — возможно, спанов пятьдесят, — но течение было быстрым, и по обе стороны брода было очень глубоко. Вода служила хорошим препятствием, и не только для троллоков. С другой стороны, брод был мелким и легко проходимым — всего-то по колено, а также достаточно широким. Здесь одновременно могли проехать по крайней мере двадцать всадников в ряд.
На дальнем берегу, посреди шаранской армии, верхом на ослепительно белой лошади восседал человек. Мэт едва-едва мог разглядеть его сквозь зрительную трубу. На нём были сверкающие доспехи, не похожие ни на одни, которые Мэту доводилось видеть. Хотя на таком расстоянии было трудно разглядеть детали.
— Я так полагаю, это и есть наш Отрёкшийся? — спросил он, указав в ту сторону ашандареем.
— Кажется, он призывает Возрождённого Дракона, — произнёс Галган. Как раз в это время над полем прогрохотал голос Демандреда, усиленный плетением Единой Силы. Отрёкшийся требовал, чтобы Дракон вышел с ним на поединок.
Мэт ещё раз рассмотрел его в зрительную трубу.
— Значит, это и есть Демандред? Мне кажется, или он немного не в себе?
Что ж, теперь Мэт знал, от какого места на растреклятом поле боя нужно держаться подальше. Он не обещал сражаться с Отрёкшимся. Если честно, он не помнил, чтобы вообще что-то обещал. Его просто-таки на каждом треклятом шагу принуждали во всё это ввязаться, обычно силой, и каждый раз при помощи какой-нибудь дурёхи — то одной, то другой.
С Демандредом пусть разбирается Эгвейн или эти Аша’маны. Ранд говорил, что Аша’маны больше не будут сходить с ума, но это ненадёжное обещание. Мэт считал, что любой мужчина, который захотел направлять Единую Силу, уже сошёл с ума. Стать более сумасшедшим — всё равно что подливать чай в уже полную до краёв чашку.
По крайней мере, дамани Туон сумели отвлечь на себя тех шаранских направляющих. Взрывы от их ударов разрывали поверхность земли по обе стороны реки. Невозможно было точно определить, что там происходит. Слишком большая неразбериха.
Мэт снова повёл зрительную трубу в южном направлении вдоль реки и нахмурился. В той стороне, всего в паре сотен шагов от брода, был разбит военный лагерь, но его внимание привлекло не хаотичное расположение палаток. С восточной стороны лагеря просто стоял на месте большой кавалерийский отряд. Мэт заметил фигуру человека, который в явно скверном настроении прохаживался вдоль шеренг своих солдат. Пусть у Мэта и не хватало одного глаза, но узнать Тайли было нетрудно.
Он опустил трубу, поскрёб подбородок, поправил шляпу и приладил ашандарей на плечо.
— Я отлучусь на пять минут, — сказал он, пришпоривая Типуна и переводя его в галоп вниз по склону в надежде, что Туон позволит ему ехать одному. В кои-то веки она так и поступила, хотя, добравшись до подножия возвышенности, он представил себе, как она пытливым взглядом смотрит ему вслед. Кажется, любой его шаг она находила любопытным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
