Ответив на вопросы любопытных, я смог нормально пообедать и пообщаться со Снежаной в общей столовой, куда набилось больше пяти сотен детей. Естественно, все они пришли не столько поесть, сколько поглазеть на дракона-оборотня, но мне это не мешало. Слушая рассказ веселой графини, я подмечал, что и дочки ее уже не выглядят так, будто вернулись из голодного края, и сама она значительно похорошела, так что еще может найти себе приличного мужа, да и в школьной столовой кормят очень прилично. Не как в королевском дворце, но мне понравилось. Сразу чувствовалось, что Фариам на детях не экономил.
После ужина, простившись со всеми, я опять перекинулся под восторженные детские голоса, посадил себе на шею Алону с сундучком и полетел в Дар. Всю дорогу сестренка щебетала и делилась впечатлениями о посещении Школы. От увиденного у нее проснулось острое желание сделать и в Подгорном королевстве нечто подобное, потому что одна только Школа Магии наверняка не удовлетворит возросшие потребности королевства в образованных и высококвалифицированных специалистах. Я лишь посоветовал ей связаться с Фариамом и узнать всю подноготную процесса создания Школы, а потом поговорить со Снежаной и обсудить все технические и хозяйственные моменты. А если после этого желание заниматься этим не пропадет, только тогда договариваться с Шаракхом и набирать учителей. Алона серьезно пообещала так и сделать, а я подумал, что у нее вполне может что-нибудь выйти. Однако я в этом участия принимать не собирался.
Сгрузив около полуночи сестренку с сундучком в Даре, я отправился в гнездо, где вырубился, едва опустившись на полянке, успев напоследок подумать, что еще одно обещание я выполнил. Наутро снова были полеты и тренировки, а также передача памяти Лару. Подготавливая свой уход, я оставлял ему все песни и всю музыку, какую мог вспомнить. Процесс был долгим, так как я даже и не представлял, сколько всего помню. Естественно, я не работал плеером, а сбрасывал мыслеобразы, стараясь охватить весь свой репертуар. Лар с легкостью запомнил все, что я ему передал, сильно меня успокоив. Теперь, даже если каждый день он будет в полетах использовать по одной-две свежих мелодии, моего репертуара ему должно хватить лет на пять.
После этого я с новыми силами взялся за обустройство гнезда. Теперь я уже не старался тщательно скруглять потолки и стены, и даже не обжигал их огнем. Это все могли сделать в мое отсутствие. Я лишь закончил черновой вариант всех проходов, пещер и площадок, потратив громадное количество силы, но абсолютно не почувствовав этого. Судя по всему, тело дракона также представляло собой некий вариант источника, забирая силу из пространства, поэтому никакого дискомфорта после того, как вылил прорву энергии, я не ощущал.
Глубокой ночью я опять уединился с Марой, подарив ей наслаждение, а после того, как пришел в себя, еще долго смотрел на звезды, слушал равномерное дыхание подруги и думал. Думал о том, что уже сделал уже все возможное, чтобы без меня стая не испытывала никаких неудобств. Шаракх не станет наглеть и настаивать на том, что драконам покажется неприятным, а Мудрейшая и Сар всегда помогут и подскажут гномам, как все сделать лучше. Гнездо я создал, отношения наладил, стаю укрепил, замену себе вырастил… Теперь можно идти дальше, не оглядываясь назад.
Но почему же мне так тяжело об этом думать? Быть может оттого, что я понимаю — моя жизнь в качестве дракона, подошла к концу? И когда я продолжу свой путь, то уже стану кем-то новым, но уже никогда не вернусь к тому, кем был. И это было печально. Но я знал — что бы со мной не произошло, как бы я не изменился, со мной останется та радость полета, которую я могу испытать, со мной останется любовь и забота о моей стае, со мной останутся мои крылья. И с этой мыслью и улыбкой на лице я заснул.
Утром, когда драконы проснулись, я собрал всех и, дождавшись тишины, сказал:
— Сегодня я покину стаю.
После этого заявления крылатые на некоторое время ошеломленно замолчали, а потом на меня посыпалась куча вопросов. Все хотели выяснить причину этого, а также то, почему я не могу остаться с ними. С трудом утихомирив драконов, я в который раз пояснил про необходимость идти по выбранному мной пути, но понимания не добился. Никто из драконов не пожелал меня отпускать, многие хотели лететь со мной, куда угодно, а Мара вообще вбила себе в голову, будто это она в чем-то виновата, и просила у меня прощения за свои поступки. С горечью я подумал, что не такого финала для себя хотел — уходить, никем не понятым, чтобы родные посчитали, что я их просто предал и бросил одних. Но внезапно ко мне подошла Мудрейшая и, подождав, пока крики улягутся, спросила:
— Ты это решил окончательно?
— Да, — ответил я. — Прости, я не могу иначе. Но я обязательно буду прилетать в гости, потому что здесь с вами останется частичка моей души.
Старая драконица печально вздохнула и сказала:
— Я знала, что так и будет, но все же надеялась, что это случится не так скоро. Я понимаю твое желание и не осуждаю тебя. У каждого из нас свое небо, поэтому лети с миром, Алекс. Лети, и не оглядывайся. В твоей жизни еще будет много разного, хорошего и плохого, интересного и страшного, но знай — мы всегда будем тебя ждать, и всегда придем на помощь. Ты — наш вожак, и останешься им навсегда.
— Спасибо, — сказал я бабушке и потерся о ее щеку. — Спасибо, что поняла… А ты случайно не хочешь рассказать, что меня ждет в будущем?
Мудрейшая лукаво подмигнула и ответила:
— Нет, Алекс. Если ты выбрал свой путь, то не пытайся его облегчить.
Вот хитрюга, ухмыльнулся я. Ведь все прекрасно знает, но будет молчать до последнего. Ну, думаю, смерть в ближайшем будущем мне не грозит, а все остальное — по барабану! Мудрейшая кивнула и отошла в сторонку, а ее место заняла Мара, которая крепко обхватила меня за плечи и жалобно спросила:
— А может быть, ты останешься? Ведь без тебя в стае станет пусто.
— Нет, Мара. Поверь, если бы я мог, то нисколько бы не раздумывал. И не переживай, стая прекрасно обойдется и без меня. У вас есть Лар, который меня отлично заменит, у вас есть новое гнездо, которое я почти обустроил, у вас есть новая работа и новые соседи, с которыми будет интересно и полезно общаться. Я хорошо постарался, поэтому теперь могу улететь хоть и с тяжестью на душе, но со спокойствием в сердце.
— Я буду скучать по тебе, Алекс, — со слезами на глазах сказала драконица.
— Я тоже, красавица, — честно ответил я и прижался к ней щекой, даря чувство заботы, нежности и ласки.
Место плачущей Мары вскоре занял Сар и просто сказал:
— Мы будем ждать тебя, вожак.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
