тоже ничего.
– Особенно с красным носом, – улыбнулась я.
– Тебе нравится ее красный нос? – смеясь, обратился Клим к Бергману.
– Он в особенности, – серьезно ответил тот.
– Видишь, Елена Прекрасная, никаких проблем. Ему нравится твой красный нос.
Он зашагал к воде, надел маску.
– А здесь довольно глубоко, – заметил Клим, оказавшись по пояс в воде почти у самого берега. – С виду лужа лужой… Может, и не один труп вытащим. – Он стал не спеша погружаться и вскоре исчез под водой.
– А если это все-таки Нелли? – вдруг сказала я, точнее, подумала вслух. – Обе жены чем-то похожи. Длинные темные волосы, высокий рост…
Максимильян не ответил, он смотрел прямо перед собой и вряд ли меня слышал, настолько был сосредоточен на собственных мыслях в тот момент.
– Эй, – позвала я. – О чем ты думаешь?
– О том, что ты выберешь только одного. Остальным придется смириться, – улыбнулся он.
– Это что, шутка?
– По-моему, звучит довольно грустно.
– Начни за мной ухаживать. Вдруг это тебя развлечет.
Он привлек меня к себе, одной рукой убрал с лица выбившиеся из-под шапки волосы и поцеловал в переносицу.
– Ты ничего не путаешь? Поцелуй прямо-таки отеческий.
– Сегодня хороший день, – сказал он. – Ты на меня не злишься.
– Я тебя обожаю.
– Боюсь, это ненадолго.
– Я тоже боюсь. Хорошо зная твои привычки…
Над водой появилась голова Клима. Он быстро приближался к берегу.
– Ну, что? – не выдержала я.
– Сейчас увидишь.
Он тянул за собой какой-то тюк. Очень скоро стало ясно, что это. Завернутый в мешок и стянутый веревками труп.
– К ногам была привязана сумка, набитая камнями, – пояснил Клим. – Ну что, посмотрим, кого бог послал?
– Подождите, – нахмурилась я. – Мы должны сообщить в полицию, а им не понравится…
– Девушка права, – сказал Максимильян и достал мобильный. – Нам все равно потребуется их помощь.
Пока он разговаривал с дежурным, Клим освободился от костюма и оделся.
– Мы могли бы по крайней мере узнать, мальчик это или девочка, – подмигнул он. – Удовлетворить любопытство.
– Вряд ли нас ожидало бы приятное зрелище.
– Это точно.
Бергман закончил разговор и повернулся к нам:
– Отправляйтесь домой, я дождусь полицию.
– Ты уверен? Что ты им скажешь?
– Гулял по лесу, вышел к озеру и увидел в воде вот это. Взял палку, подтащил тюк к берегу и вызвал полицию.
– Только не увлекайся подробностями, – сказал Клим. – Чем меньше слов, тем лучше. Вот это подойдет?
Он подобрал с земли крепкую ветку, довольно длинную, и бросил ее рядом с тюком.
– Удачи.
– Встречаемся у меня, – сказал нам вдогонку Максимильян.
– О чем вы так мило беседовали? – минут через пять поинтересовался Клим.
– Я думала, ты был занят трупом.
– Обожаю делать пять дел сразу.
– Хвастун.
– Ты не ответила.
– Его беспокоит, что будет с нами дальше, – нашла я вполне приемлемый ответ.
– Он умеет беспокоиться?
– Уверяет, что да.
– Чудеса.
– Ты несправедлив к нему. – Сейчас я упрекала Клима в том, в чем с таким же успехом могла упрекнуть себя. Но не хотела.
– Возможно.
Клим мгновенно потерял интерес к разговору, а я мысленно чертыхнулась: «Почему, почему я все делаю не так и неправильно?»
Бергман вернулся поздно. Все это время мы ждали его в гостиной. Димка, как всегда, уткнулся в компьютер, Клим возился с телефоном с видом отстраненно-равнодушным, я бродила от окна к двери, прислушиваясь, не подъедет ли машина. Пыталась читать, но без особого толка. Лионелла, дважды возникнув на пороге, выразила неудовольствие, что давно следует ужинать, а хозяина все нет.
– Вам бы о другом беспокоиться, Лионелла Викторовна, – не отрываясь от компьютера, сказал Соколов.
– О чем же это? – нахмурилась она.
– Допустим, рассказ вашего хозяина покажется неубедительным. И ему придется не только ужинать в казенном доме, но там и заночевать.
– Глупость, – отрезала она и больше не показывалась.
– Обожаю ее, – хмыкнул Димка и подмигнул мне.
Однако после его слов я начала волноваться. Переместилась к окну, откуда был хорошо виден подъезд к дому.
– Девушка ждет своего героя, – съязвил Клим, обратив внимание на мою маету.
– Лучше бы подумал, что мы будем делать, если у Джокера действительно неприятности.
– Он справится, – усмехнулся Клим.
– Хорош к ней цепляться, – влез Димка.
– Боже избави. Я лишь выразил восхищение открывшейся моим глазам картиной.
Наконец я увидела «Ягуар» Бергмана и сказала с облегчением:
– Приехал.
– Бросишься встречать? – спросил Клим.
– Непременно, – я направилась к двери.
Димка, отложив компьютер в сторону, присоединился ко мне.
– Почему так долго? – спросила я, помогая Бергману снять пальто.
Лионелла, которую я на мгновение опередила, поджала губы.
– Машина правосудия дико неповоротлива, – засмеялся Максимильян. – В остальном – полный порядок.
– Они поверили в твой рассказ?
– А что им еще оставалось? Кстати, я умираю от голода.
– Ужин готов, – с достоинством сообщила Лионелла.
– Тогда я в душ. Встречаемся в столовой.
Клим остался на ужин. Наверное, оттого, что придумать внятного отказа не смог. Впрочем, возможно, кое-какую роль сыграло любопытство.
После ужина Бергман за чашкой кофе рассказал, как прошло общение с полицией. Никаких особых трудностей у него не возникло.
– У них есть какие-нибудь предположения, кто это может быть? – спросила я.
Максимильян пожал плечами:
– Учитывая, где обнаружили труп… я думаю, они подозревали, что это Нелли Зорина.
– То есть труп женский?
– Именно. И у женщины темные длинные волосы. Судя по состоянию трупа, он находился в воде довольно долго. Месяц или чуть меньше, что подтверждает их версию: это может быть Нелли Зорина.
– Выходит, я ошиблась, и она была уже мертва…
– Ты не ошиблась, – заявил Клим.
– Тогда… получается, убитая женщина не имеет отношения к нашему делу.
– Я бы не спешил с выводами, – мягко сказал Бергман. – Давайте подождем результата экспертизы.
Вскоре после этого Клим уехал, а мы разбрелись по своим комнатам.
Утром, еще до завтрака, у нас появился Зорин.
Выйдя из душа, я услышала, как он препирается внизу с Лионеллой.
– Мне нужно срочно с ним увидеться. Вы понимаете? Срочно!
Когда я вышла в коридор, Бергман появился из своей комнаты, выглядел, как всегда, безукоризненно. Мокрые после душа волосы зачесаны назад, вельветовые брюки, белоснежная рубашка и стеганая куртка. Аристократ. Впрочем, он и в джинсах смотрелся человеком с длиннющей родословной.
– Кажется, события начинают развиваться, – сказал он, поздоровавшись. – Где Поэт?
– Спит, наверное. Он поздно ложится и поздно встает. И шум ему не мешает.
Можно подумать, Бергману это неизвестно.
Мы вместе прошли в кабинет, откуда Максимильян связался с Лионеллой.
На лестнице стало шумно, похоже, Зорин поднимался бегом. И вскоре влетел в комнату. Выглядел, мягко говоря, взволнованным. Галстук набоку, верхняя пуговица рубашки расстегнута, точно ему не хватало воздуха. Рубашка
