Несколько секунд Пнумы тихо совещались. Наконец один прошептал:
— Твои требования будут выполнены.
— В таком случае выведите нас на равнины Сивиша.
Омытые последними закатными лучами янтарного солнца, равнины казались бесконечными. Опустившись за базальтовые скалы, Карина-4269 заставила сиять башни Дирдиров. Рейш и Зэп-210 подошли к старому складу. Из конторы выглянул тощий Анахо и поспешил им навстречу.
— Воздушный плот готов.
— Тогда поспешим. До сих пор не могу поверить, что все получилось.
Они направились на север.
— Куда мы держим путь? — осведомился дирдирмен.
— В степи Котана, к югу от того места, где мы с тобой впервые встретились.
Они летели всю ночь над бесплодной центральной частью Кислована, затем над морем и болотами Котана.
На рассвете показались степи. Адам стал внимательно изучать пейзаж. Наконец он увидел внизу знакомый лес, указал друзьям на поляну:
— Здесь наша шлюпка разбилась; так я оказался на Тчаи. Лагерь людей Эмблемы лежал к востоку отсюда. Вот тут, возле зарослей кустов, мы с Тразом закопали эмблему Онмале. Садимся!
Они приземлились. Рейш вышел и медленно зашагал к лесу. Что-то блеснуло впереди. Из укрытия вышел Траз. Когда Адам подошел к другу, юноша сдержанно произнес:
— Я знал, что ты вернешься.
Он не просто возмужал — приобрел уверенность в себе, цельность. На плече был прикреплен медальон из металла, камня и дерева.
— Ты выкопал эмблему.
— Да. Она звала меня... Куда бы я ни пошел, всюду слышал голоса всех вождей Онмале, призывающих извлечь Онмале из тьмы. Я выкопал ее; теперь голоса молчат.
— А корабль?
— Готов к отлету. Здесь четверо механиков. Один остался в Сивише; двое не выдержали и отправились по степи в Хедаджу.
— Чем быстрее мы покинем Тчаи, тем лучше. Только оказавшись в открытом космосе, я поверю, что мы наконец достигли цели.
— Тогда в путь!
Юноша кочевник, дирдирмен и девушка поднялись на борт космического корабля. Рейш бросил последний взгляд на янтарное небо, наклонился, зачерпнул горсть земли планеты, приютившей его на долгие годы. Затем присоединился к друзьям. Люк захлопнулся, загудели генераторы. Корабль взлетел. Тчаи становилась все меньше, превратилась в янтарный шар, уменьшилась до серовато-коричневого мячика и вскоре стала еще одной звездочкой, сияющей в непроглядной тьме космоса.
Послесловие
Кто-то однажды назвал Джека Вэнса «аляповато раскрашенной кистеперой рыбой, которая находит свою кровавую добычу в миллионах вымышленных миров». Оставим это сравнение на совести его недоброжелателей. К сожалению, Вэнса чаще всего причисляют к «научным» фантастам, хотя по духу многие его произведения приближаются скорее к жанру «фэнтези».
В самом деле, при ближайшем рассмотрении книги Вэнса не столько развивают, сколько разрушают жанр, к которому они принадлежат. Одной из наиболее характерных особенностей творчества писателя является его неисчерпаемая выдумка по части создания экзотических, но при этом вполне достоверных социальных образований, которые в изобилии встречаются на страницах его романов. Так, например, герои «Большой планеты» («Big Planet») путешествуют сразу по восьми мирам. Однако эта их фантастическая способность оборачивается бедой, когда герои (а вместе с ними и читатели), едва привыкнув к одной реальности, внезапно перебрасываются в совершенно иной мир.
Лишь в последних работах Вэнса его галактики оказываются заселенными преимущественно гуманоидами. Инопланетные создания, если таковые встречаются, как правило, не стремятся поддерживать добрососедские отношения с землянами. Так, в «Нопалгарте» («Nopalgarth»), первоначально изданном под названием «Мозги Земли» («The Brains of Earth»), когда земляне и «ксаксаны» объединяют силы, чтобы дать отпор телепатическим паразитам, один из главных героев открыто заявляет, что «ни о каком братстве в перспективе не может быть и речи». В большинстве случаев отношения между обеими расами строятся исключительно как отношения хозяина и раба. Так, например, в «Повелителях дракона» («Dragon Masters») драконы и люди используют генетических мутантов друг друга. Самыми известными, пожалуй, являются инопланетяне Вэнса из его популярнейшей серии «Сага странствий» («The Planet of Adventure»), в которой главный герой помогает соплеменникам вырваться из плена поработивших их четырех враждебных общин.
При Описании своих миров Вэнс не жалеет красок для создания как можно более правдоподобной панорамы неземных цивилизаций, щедро снабжая текст языком, сносками, эпиграфами и пояснениями. Вэнс снискал заслуженную славу в первую очередь благодаря своему стремлению ничего не упустить из реалий создаваемых им сообществ, помпезный фасад которых нередко скрывает за собой ущербность их экономической основы. В «Домах Изма» («Тhе Houses of Iszm») обрисовываются тщетные попытки демократических элементов нарушить монополию на дешевое жилье; «Эмфирио» («Еmphyrio») описывает стремление аристократии поставить под свой контроль торговлю, и тем самым укоренить в стране феодальные порядки, а «Вист: Аластор 1716» («Wyst: Alastor 1716») знакомит читателя с обществом, презирающим труд и потому впадающим в состояние хронической стагнации.
Интересно, что в созданных Вэнсом цивилизациях альтруизм не в почете. Когда тот или иной герой произносит слово «доверие», его собеседник обычно переспрашивает: «А это сколько стоит?» Предлагаемый путеводитель гласит: «ЗА БЕСПЛАТНО НИЧЕГО НЕ БЫВАЕТ — разве что воздух, которым вы дышите». Эта гротескность лишний раз подчеркивает доселе недооцененную сторону романов Вэнса: все они проникнуты тонким, изящным юмором, так, например, поступки пылающих страстью персонажей описываются нарочито будничными, почти «протокольными» фразами. «Космическая опера» («Space Орега») — пожалуй, самая забавная его книга — озадачивает читателя полным несоответствием названия романа его содержанию. Режиссера, взявшегося за постановку «Фиделио», загадочно предупреждают, чтобы он не пытался полностью удовлетворить вкусам инопланетян: «Заигрывая с партнером, они опрыскивают его клейкой жидкостью. Не уверен, что ты смог бы подстроиться под их стандарты».
Литературные творения Вэнса обычно отмечены явным стремлением к свободе и независимости, о чем красноречиво говорит название одного из его романов — «Смелые свободные парни» («The Brave Free Men»). Герой «Повелителей дракона» настаивает на том, что колдуны и таинственные мудрецы, вопреки их внешности, отнюдь не всегда оказываются на поверку добрыми и благожелательными. «Откуда мы знаем, что они пацифисты? Зато мы твердо знаем, что они — люди!» Впрочем, Вэнс подчас отвергает всякие условности. Так, в романе «Слуги Ванкхов» («Servants of the Wankh») уже инопланетянам приходится избавляться от тирании, навязанной им бывшими слугами-людьми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
