— Что-нибудь осталось от страны за пределами Колорадо? — спросил Эл Харди.
— Опять-таки не знаю, — ответил Бейкер. — Учитывая, какие шли ливни, думаю, что погиб весь средний запад: урожая нет, транспорта — нет, люди массами умирающие голодной смертью…
— И убивающие друг друга, чтобы завладеть тем, что еще сохранилось, — добавил Эл Харди. Поочередно провел взглядом собравшихся, и все кивнули, соглашаясь: да, Твердыне повезло. Более, чем повезло — потому что у них был сенатор, и здесь царил порядок. Крошечный островок безопасности в мире, стоящем на краю гибели.
Почему так повезло именно нам? — подумал Гарви Рэнделл. Сообщение Джонни Бейкера не удивило его. Вернее, не очень удивило. Он размышлял на эту тему уже немало. Дело в том, что фактически не было никаких радиосообщений. Конечно, из-за беспрерывных атмосферных помех трудно ожидать, что услышишь чью-либо передачу, но должно же было бы быть хоть что-то, хоть один раз за все время. А практически ничего не было, что означало, что никто не ведет передачу, ни у кого нет для этого сколько-нибудь постоянных возможностей.
Но одно дело предполагать, а другое знать, что здесь — всего лишь один из очень и очень немногих клочков, где остается возможность выжить.
Что происходит в мире? Революции в Латинской Америке. Может быть это и является ответом, так происходит повсюду. Что не доделали Молот и Русско-Китайская война, старательно завершают те, кто выжил.
Эл Харди нарушил молчание:
— Не похоже, чтобы из-за гор выехала кавалерия Соединенных Штатов, направленная спасать нас.
Дик Вильсон горько рассмеялся:
— Армия превратилась в орду людоедов. Вот это мы, во всяком случае видели сами.
— Нам придется сражаться, — сказал Джордж Кристофер. — Этот проклятый Монтроз…
— Джордж, у вас не может быть уверенности, что во главе их стоит именно он, — сказал Эл Харди.
— Какая разница? Если командует не он, это еще хуже, значит верховодят эти траханые каннибалы. Раньше или позже, а нам придется сражаться. Так лучше драться пока люди Дика еще на нашей стороне.
— Я и явился сюда за этим, — сказал Дик Вильсон. — Если только…
— Если только — что? — спросил Кристофер. Голос его был полон внезапно прорвавшегося подозрения.
Вильсон развел руками. И Гарви не мог не заметить: хотя Вильсон был высокого роста мужчиной, на деле он был маленьким — в два раза меньше, чем полагалось бы по его одежде и росту. Слишком уж он был испуган.
— Если только вы не оставите нас одних, — сказал Вильсон. — Если вы не пустите нас к себе. Мы тогда сможем отбить нападение этой банды. У вас здесь холмы и горы, их удобно оборонять. На моей земле никаких гор и холмов нет. Все, что у меня есть — это то, что я смог создать, построить, но нет ни гор, ни естественных укреплений на границах, нет ничего. Но здесь мы сможем отбиваться от этих ублюдков, пока они не передохнут с голода. Может быть, нам кстати, удастся этому способствовать. Пошлем диверсионную группу, чтобы она сожгла их припасы.
— Мерзость, — сказал Гарви Рэнделл.
— Разве и без того, чтобы сжигать посевы и запасы пищи, недостаточно людей умирает голодной смертью?! Господи! По всему миру одно и то же: то, что не довершил Молот, мы заканчиваем своими собственными руками! Здесь это тоже должно произойти, да?
— Дик, мы не сможем прокормить всех ваших людей, всю зиму, — сказал Эл Харди. — Простите меня, но я это точно знаю. Наши запасы слишком скудны. Мы не можем пойти на это.
— У нас пока еще слишком мало информации, — заговорил сенатор Джеллисон. — Может быть с этим Новым братством можно прийти к соглашению.
— Ерунда, — сказал Джордж Кристофер.
— Нет, не ерунда, — ответил ему Гарви Рэнделл. — Я знал Монтроза, и, черт побери, он не сумасшедший, он не людоед, и он, не злодей — даже если он приходил к вам на ферму, пытаясь помочь рабочим организовать профсоюз…
— Сделаем так, — сказал Джеллисон. И сказал он это очень твердо. — Джордж, я предлагаю подождать возвращения Гарри. Нам необходимо узнать побольше о том, какая складывается обстановка. Я пришел к выводу, что помимо того, что нам рассказал Дик, он ничего не знает. Гарви, вы еще располагаете свободным временем, или у вас есть иные неотложные дела? — тон Джеллисона не оставлял сомнений, что присутствие Гарви Рэнделла в библиотеке не является обязательным.
— Если вы отпускаете меня, то есть кое-что, что мне надо бы доделать… — Гарви встал и пошел к выходу. И едва не рассмеялся, услышав, как вслед за ним пошел Джордж Кристофер.
— Я посмотрю карты, когда они будут готовы, — сказал Кристофер. — Меня тоже ждут кое-какие дела. Рад был встретиться с вами, генерал Бейкер, — и вслед за Гарви вышел из библиотеки. — Подождите минутку.
Гарви шел медленным шагом, гадая, что сейчас должно произойти. Сенатору явно не понравилась вспышка, которую позволил себе Гарви. Он здорово разозлился, думал Гарви. Он пытался развести нас в разные стороны, но это не удалось…
— Так что мы будем делать? — сказал Кристофер.
Гарви пожал плечами.
— Мы просто знаем пока слишком мало. Кроме того, у нас есть еще несколько дней. Может быть, если бы мы решились на совместную вылазку вместе с людьми Дика, удалось бы добыть достаточно удобрений и материала для теплиц, чтобы все люди Дика могли, переселившись к нам, пережить эту зиму…
— Я хотел поговорить не об этом, — сказал Кристофер. — Нам нужно вступить в бой с этими проклятыми людоедами, и следует это сделать не откладывая — до того, как они станут еще сильнее. Взять на вооружение каждое ружье, каждого мужчину, достаточно взрослого, чтобы поднять это ружье. Выйти и задать им жару. Я не намерен провести всю зиму в оглядку. Когда кто-то внушает тебе страх, есть лишь один путь: сбить его с ног и топтать, пока не убедишься, что он уже не сможет причинить тебе вреда. Не сможет никогда.
Или удирать сломя голову. Или завести долгие переговоры, подумал Гарви, но вслух ничего не сказал.
— Мне не по душе то, что происходит между вами и Маурин, — сказал Джордж.
— А мне Маурин тоже нравится, — заявил Гарви. Он стоял у закрытой двери на кухню и глядел прямо в лицо Кристоферу, оставшемуся в узком коридоре. — Если вы собьете меня с ног и будете топтать, это вызовет немалые затруднения. Действуйте.
— Пока не буду. Когда вы вконец разозлите меня — вас попросту выгонят отсюда. А сейчас перед нами одна и та же проблема.
— Да-а, мне так тоже кажется, — ответил Гарви. — Вы намерены выгнать его?
— Не говорите глупостей. Он герой. Выйдем отсюда, — Кристофер первый вышел через кухню из дома. На улице никого не было. Лишь Гарви и Кристофер шли в полутьме сумерек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
