Грохот продолжался несколько минут, а потом разочарованный Пвент приказал подчиненным снова построиться, и отряд двинулся дальше. Они промчались под естественным сводом, сделали несколько поворотов, потом попали в более широкий коридор с обтесанными стенами и ровным полом. Пвент прищелкнул пальцами, поняв, что они находятся юго-западнее Мифрил Халла. Он знал это место, и за поворотом здесь должен был быть дворфский охранный пост. Пвент первый скрылся за углом и проворно вскарабкался по баррикаде, громоздившейся почти до самого потолка, надеясь обнаружить своих по ту сторону. Однако, поднявшись наверх, берсерк застыл, и улыбка сошла с его лица.
На каменном полу лежал десяток мертвых дворфов, а вокруг валялась целая куча гоблинов и орков.
Пвент слетел со стены, с грохотом приземлился, но тут же снова вскочил на ноги. Пробираясь среди изуродованных тел, он печально качал головой. Этот пост был надежно укреплен, сзади стояла высокая стена, а впереди, там, где коридор круто поворачивал влево, — низкая.
У левой стены, перед поворотом, было установлено хитроумное орудие, смертоносная катапульта с коротким рычагом, метавшая снаряды не вперед, как обыкновенные катапульты, а вбок. Сейчас рычаг был отведен назад перед выстрелом, но Пвент сразу же заметил, что снарядов больше не было, — дворфы продержались до последнего.
Пвент чувствовал запах не до конца сгоревших снарядов и видел блики, плясавшие по стене бокового коридора. Даже не выглядывая за поворот, он знал, что там вдоль стен лежит огромное множество трупов врагов.
— Что ж, это была славная гибель, — сказал он своим солдатам и Биддерду, когда те тоже перелезли через баррикаду и увидели погибших товарищей.
Внезапно и бесшумно из-за поворота появилось несколько дроу с мечами наголо.
Если бы Биддерду Гарпелл не был настороже (и не обнаружил в ворохе бумаг единственную страницу, которую еще можно было разобрать), тут бы и нашел свой скорый конец отряд «Веселые мясники». Но чародей быстро произнес заклинание и вызвал ослепительный, сияющий шар света.
От неожиданности дроу замешкались на мгновение, но этого было достаточно, чтобы «веселые мясники» ринулись в бой. Теперь они дрались семь на пять, и дроу потеряли преимущество внезапности. Семеро берсерков против пяти дроу, и, к несчастью последних, дворфы сражались над телами мертвых соплеменников.
Они кололи, били, лягались, скакали, визжали и кидались головой вперед без страха и сомнений, совершенно не обращая внимания на раны, стремясь заслужить одобрение своего безумного командира. Они буквально втоптали двух темных эльфов в пол, а один из дворфов оторвался от своих и с ревом ринулся за угол.
Пвент оттеснил одного дроу в сторону, поймал рукой в металлической рукавице летящий на него меч и нанес удар свободным кулаком, даже не дав темному эльфу вытащить второй меч.
Мощный кулак с шипами на перчатке пробил череп противника, и голова дроу буквально разорвалась.
Пвент ударил еще и еще разок, а потом швырнул мертвое тело к трупам его четырех собратьев. Затем командир обвел взглядом своих учеников, покрытых пятнами свежей крови, и обнаружил, что одного не хватает, да еще заметил, что Биддерду бьет крупная дрожь и он громко лязгает зубами. Берсерк хотел спросить, что с ним такое, но тут из бокового коридора раздался такой жуткий вопль, что кровь застыла в жилах даже у много повидавшего Пвента. Он бросился вперед и выглянул из-за угла.
Коридор длиной пятьдесят футов был просто завален телами — зрелище, которого не ожидал даже берсерк. Здесь полегло множество рабов, и кое-где еще горел огонь, такой густой была горючая смола из снарядов катапульты.
В другом конце туннеля показался громадный неясный силуэт, но берсерк понял, что это дроу, хотя и не знал, что они бывают такими огромными. В руках гиганта был здоровенный трезубец, а на нем все еще корчился насаженный на зубья один из «веселых мясников». Из-за спины великана показался еще один дроу, но Пвент его даже не заметил, сейчас его не поколебал бы вид и сотни темных эльфов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Берсерк гневно взревел, но вперед не бросился. Настал один из тех редких моментов, когда здравый смысл в нем перевесил ярость, и Пвент снова скрылся за углом.
— Что там такое, самый неистовый из берсерков? — в один голос воскликнули трое «веселых мясников».
Пвент не ответил. Одним прыжком он занял место снаряда в катапульте и, полоснув острием на перчатке, отрезал удерживавшую рычаг веревку.
Когда Пвент вместо снаряда полетел в глубь туннеля, Утегенталь Армго только что стряхнул с трезубца докучливую ношу. Оружейник выпучил глаза; и Пвент, и Утегенталь одновременно заорали. На мгновение здоровенный дроу пожалел, что избавился от тела, ведь его можно было бы использовать вместо щита. Но он все равно не растерялся. Дернув своего спутника за ворот пивафви, он выставил его перед собой.
Пвент влетел в несчастного не только острием на шлеме, но вошел на полголовы, пробив его насквозь и даже слегка ранив Утегенталя.
Пока Пвент освобождался от трупа, Утегенталь справился со смятением. Равно разъяренные, противники сошлись, рыча и фыркая. Пвент сразу нанес несколько ударов, но могучий и умелый Утегенталь отвечал не хуже.
Древком трезубца он с силой ткнул берсерку в лицо, и у того потемнело в глазах. Он отступил на несколько шагов и сразу с ужасом понял, что этого пространства противнику будет достаточно, чтобы насадить его на зубья.
Но вдруг откуда-то сбоку появился громадный серебристый волк, бежавший на задних лапах, бросился на Утегенталя и сбил его с ног.
Пвент сильно тряхнул головой, приходя в себя, и с благодарностью поглядел на странного зверя. Оглянувшись затем, он увидел, что из-за поворота спешат другие берсерки и один из них показывает пальцем на волка и восторженно кричит.
— Биддерду, — догадался Пвент.
Утегенталь сбросил с себя оборотня Гарпелла и вскочил на ноги. Но Пвент ринулся на него, даже не дав оружейнику полностью выпрямиться.
Сверху запрыгнул еще один дворф, потом другой и третий, и вскоре весь отряд «Веселые мясники» повис на Утегентале.
Утегенталь дико взревел, почувствовав в себе силу великана. Он выпрямился, весь обвешанный дворфами, и, резко раскинув руки, разбросал их, как котят.
Пвент стукнул его в грудь с такой силой, что таким ударом можно было бы убить корову средних размеров.
Утегенталь зарычал и нанес такой ответный удар, что дворф отлетел на несколько шагов.
— А ты ничего, — похвалил Пвент, поднимавшийся шатаясь, пока Утегенталь надвигался на него.
Впервые за всю свою безумную жизнь (не считая, наверное, только непреднамеренного столкновения с Дзиртом До'Урденом) Тибблдорф Пвент понял, что противник сильнее его — даже сильнее всего отряда! — и что неминуемая гибель близка. Дворфы, стеная, лежали вокруг, и ни один из них не смог бы задержать этого невероятно сильного дроу.
Даже не пытаясь подняться, Пвент закричал и бросился вперед на четвереньках. Он вскочил в последний момент, вложив всю силу и инерцию движения в правый хук.
Но Утегенталь на ходу поймал его руку. Пальцами другой он накрыл лицо берсерка и сжал его.
Сквозь растопыренные пальцы Пвент видел искаженное яростью лицо врага. Кое-как ему удалось вывернуться и нанести увесистый удар по руке оружейника.
Но Утегенталь даже не моргнул.
Пвент всхлипнул.
Оружейник вдруг резко закинул голову. Пвент думал, что сейчас услышит торжествующий клич победителя, но Утегенталь не издал ни звука, только секунду спустя что-то странно заклокотало у него в глотке.
Пвент почувствовал, что враг ослабил хватку, и, не мешкая, вывернулся. Выпрямившись, берсерк увидел такую картину: серебристый оборотень бросился на дроу со спины и вцепился ему в шею. Биддерду висел на Утегентале, все сильнее сжимая челюсти, ломая позвонки и разрывая нервы.
Они надолго застыли так; все «веселые мясники», пришедшие к тому моменту в себя, собрались вокруг и дивились силе Биддерду и тому, что необыкновенный воин-дроу все еще как-то умудрялся стоять на ногах.
