А затем — он увидел её.
— Кэлен!
Она обернулась на его голос, не понимая, откуда он раздался; Ричард схватился за прутья изо всех сил так, что они чуть не согнулись. Несмотря на то, что она не была далеко, он понял, что она, вероятно, не может услышать его во всём стоящем шуме. Все солдаты вокруг приветствовали парад идущих команд.
Её длинные волосы рассыпались по её плащу. Ричард подумал, что его сердце разорвётся, — так сильно оно билось в его груди.
— Кэлен!
Она еще больше повернулась в его сторону.
Их глаза встретились. Он смотрел прямо в её зелёные глаза.
Когда Джегань начал оборачиваться, она тут же отвернулась, смотря прочь, куда он следил. Он повернулся вместе с нею. А потом она ушла, скрывшись позади солдат, фургонов, лошадей, и палаток, растворяющихся в отдалении. Ричард сполз по стене, задыхаясь.
Джонрок сел возле него.
— Рубен — что-то не так? Ты выглядишь так, будто увидел призрака, идущего среди всех тех солдат.
Ричард смог только пристально взглянуть, его глаза расширились оттого, что он задыхался.
— Это была моя жена.
У Джонрока высвободился безрассудный смех.
— Ты имеешь ввиду, что видел женщину, которую ты захочешь, когда мы победим? Коммандер говорит, что, если мы побьём команду императора, мы сможем добраться до того, чтобы делать подобный выбор. Ты видел ту, которую ты хочешь?
— Это была она...
— Рубен, ты похож на человека, который только что влюбился.
Ричард понял, что его улыбка, вероятно, сможет разорвать его лицо.
— Это была она. Она жива. Джонрок, мне жаль, что ты не можешь видеть её. Она жива. Она выглядит точно так же. Добрые духи, это была Кэлен. Это была она.
— Я думаю, что ты бы лучше всего попридержал своё дыхание, Рубен, или ты рискуешь упасть в обморок прежде, чем мы получим шанс сломать некоторые головы.
— Мы будём играть с командой императора, Джонрок.
— Нам придётся выиграть много игр для начала, чтобы иметь такой шанс.
Ричард едва слышал человека. Он ликующе смеялся, будучи неспособным остановить себя.
— Это была она. Она жива. — Ричард перекинул свои руки вокруг Джонрока, сильно обняв его. — Она жива!
— Как скажешь, Рубен.
* * *
Кэлен осторожно следила за дыханием, пробуя заставить своё несущееся галопом сердце замедлиться. Она не могла понять, почему она была столь потрясена. Она не знала того человека в клетке. Она только мельком увидела его лицо, пока фургон катился мимо, но по каким-то причинам это пробрало её до самой души.
Когда во второй раз человек выкрикнул её имя, Джегань отреагировал так, будто подумал, что услышал кое-что. Кэлен обернулась назад так, чтобы он не ничего не заподозрил. Она не понимала, отчего это казалось так отчаянно важным. Было бы неверно. Она действительно знала почему. Человек сидел в клетке. Если он знал её, Джегань, возможно, избил бы его, даже убил бы его.
Но это было ещё не всё. Тот человек знал её. Должно быть, он был связан с ней в прошлом. Прошлое, которое она хотела забыть. Но когда она посмотрела в его серые глаза, всё изменилось в одно биение сердца. Её оцепенелое решение рухнуло. Больше она не хотела, чтобы её прошлое было похоронено. Ей внезапно захотелось узнать всё.
Взгляд этих глаз человека был настолько глубоко мощным — настолько заполненный чем-то важным, чем-то жизненным — подобно её дороге домой, насколько могла быть важной её собственная жизнь. Видя взгляд в его серых глазах, Кэлен поняла, что она обязана узнать, кем она была. Невзирая на последствия, невзирая на цену, ей нужно узнать правду. Она должна вернуть свою жизнь назад. Правда — единственный путь.
Угрозы Джеганя по поводу того, что он сделает с ней, могли бы быть вполне реальными последствиями, но она внезапно поняла, что реальная опасность состояла в том, что он запугивал её, чтобы она отреклась от жизни, её желаний, её существования... чтобы она передалась в его контроль. Своими угрозами того, что он сделает с ней, как только она вновь узнает, кем она была, он пытался распоряжаться её жизнью, поработив её. Если бы она согласилась с его желанием, то это случилось бы только потому, что она сдалась.
Она не могла позволить себе так мыслить. Её жизнь означала больше чем это. Она может быть его пленницей, но она не была его рабыней. Раб — это состояние ума. Она не была рабом. Она не сдаст ему свою волю. Она вернёт свою жизнь назад. Её жизнь принадлежит только ей, и она вернёт её назад. Ничего Джегань не сможет сделать, ничем он не сможет грозить ей, чтобы отнять это у неё.
Кэлен почувствовал катящуюся слезу радости вниз по её щеке. Тот человек, которого она даже не помнила, только что подарил ей волю вернуть свою жизнь, разжёг огонь страсти, чтобы жить. Она почувствовала себя, как будто впервые реально вдохнула воздух, с тех пор, как она потеряла свою память. У неё осталось только одно желание — поблагодарить его.
Глава 58
Никки прошла через громадный зал Народного Дворца, замыкая Кару, Натана, и толпу охранников. Каждый раз, когда кто-то называл Натана «Лордом Ралом», его нервы натягивались до придела. Она знала, что это было необходимо, но в её сердце единственным Лордом Ралом был Ричард.
Она бы всё отдала, чтобы увидеть его серые глаза снова. Находясь во дворце, у неё создавалось впечатление, что она почти могла почувствовать его присутствие во всём окружающем её. Она предполагала, что во всём строении Дворца была магия. Дворец был построен в форме заклинания для Лорда Рала. Ричард был Лордом Ралом. По крайней мере, в её мыслях.
Справедливости ради, она знала, что были и другие — Кара, например — кто чувствовал то же самое. Когда она оставалась наедине с Карой, а это бывало часто, обе они, казалось, понимали друг друга без всяких слов. Обе разделяли одинаковую боль и тоску. Обе хотели вернуть Ричарда.
Кара вышла вперёд, возглавляя шествие сквозь сеть маленьких служебных помещений к железной лестнице ведущей вверх тёмного туннеля. Добравшись до вершины, она одним движением распахнула дверь. Они были приветственно встречены люминесцентным освещением, когда вышли на обзорную веранду. Ощущения, когда стоишь на самом краю внешней стены, на краю плато, были такие, словно стоишь на краю мира.
Ниже, у основания, распространившаяся до самого горизонта подобно чёрной инфекции, стояла армия Имперского Ордена.
— Теперь видишь, что я имел в виду? — сказал Натан, подойдя к ней, и показал на строительство вдали. Поначалу было трудно заметить, но затем она разглядела.
— Вы правы, — сказала она. — Это действительно похоже на строительство склона. Вы думаете, что они смогут на самом деле достроить склон досюда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
