1900. Д. 996. Л. 25).
996
Л. П. Шейдакова вышла замуж за И. И. Гильгенберга.
997
Имеется в виду В. Э. Ваховская.
998
См.: Сидоров А. А. Из записок московского цензора, 1909–1917 // Голос минувшего. 1918. № 1/3. С. 93–114; В Киеве, 1904–1909: (Воспоминания бывшего цензора) // Там же. 1918. № 4/6. С. 221–229; В Киеве: (Из воспоминаний бывшего цензора) // Там же. 1918. № 7/9. С. 133–145.
999
Летом 1904 г. издатель газеты Л. В. Ходский, живший в своем имении в Бекове Саратовской губернии, ответил В. И. Семевскому, который рекомендовал В. В. Водовозова в качестве постоянного сотрудника «Нашей жизни», что считает отдел иностранной политики «очень важным, требующим для заведования хорошего знатока и современных политических отношений, и их истории, и внутренней политической жизни иностранных государств». Ему указывают несколько таких лиц, в числе которых упомянут и Водовозов, но хотя имя его, как и личность, «очень симпатично», смущает, что для этого он должен переселиться в столицу. Впрочем, 8 сентября Ходский сам обращается к кандидату: «Многоуважаемый Василий Васильевич. Основываясь на письме Василия Ивановича Семевского и предполагая, что содержание его Вам по существу известно, я полагаю, что Вы принципиально ничего не имеете против того, чтобы принять более или менее деятельное участие в затеянной мною газете. Если это так, то Вы сделали бы мне большое одолжение, если бы сообщили, на каких условиях Вы могли бы решиться перебраться в Петербург, чтобы сделаться членом редакции “Н[ашей] ж[изни]” в качестве заведующего иностранным отделом» (ГАРФ. Ф. 539. Оп. 1. Д. 2538. Л. 6–7).
1000
Учреждение судебных установлений, Уставы уголовного и гражданского судопроизводств и Указ о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, были утверждены 20 ноября 1864 г. императорским указом Правительствующему сенату.
1001
См.: Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании. СПб., 1914.
1002
«Киевские отклики» выходили до 21 января 1906 г., а затем газета издавалась под другими названиями («Отголоски жизни», «Киевские отголоски жизни», «Киевский голос»); последние номера вышли в июне 1907 г.
1003
Имеются в виду публичные собрания, организованные «Союзом освобождения» в ноябре — декабре 1904 г.; всего состоялось более 120 «банкетов» в 34 городах, в Петербурге — 20, 21, 28, 30 ноября и 2, 14, 30 декабря (см.: Крылова Е. Н. Банкетная кампания на страницах либеральной печати в 1904 году // Вестник Череповецкого государственного университета. 2014. № 7. С. 40–42).
1004
Первый банкет, на котором присутствовало более 650 человек, по поводу 40-летия судебных уставов прошел в Петербурге 20 ноября 1904 г. под председательством В. Г. Короленко; см.: Наша жизнь. 1904. № 17, 22. 22, 27 нояб.
1005
Неточность: 25-летний юбилей литературной деятельности В. Г. Короленко отмечался в сентябре 1903 г., то есть до начала банкетной кампании.
1006
См. воспоминания И. В. Гессена: «Назначение князя Святополк-Мирского преемником Плеве последовало лишь 26 августа [1904 г.], и его заявление [при вступлении в должность 16 сентября], что внутренняя политика должна покоиться на доверии к обществу, было воспринято как отказ от политического абсолютизма убитого министра, как провозглашение “весны”. Усматривая в этом подтверждение правильности моего прогноза, я тотчас прервал свой отдых и в очень взволнованном состоянии выехал через Киев в Петербург. В Киеве я застал возбужденное настроение, провинция вообще была более непосредственна, более порывиста, и — скажу — более искренняя, чем холодный, рассудочный Петербург. Местная группа Освобождения — Н. Бердяев, С. Булгаков, В. Водовозов, кн. Е. Трубецкой — насчитывала много интересных и выдающихся представителей интеллигенции. <…>. Впервые видел я блестяще образованного государствоведа Водовозова, настоящего начетчика — ходячий справочник по государственному праву, — и справка давалась всегда с исчерпывающей обстоятельностью, и голос был обстоятельный, отчеканивающий и ударяющий на каждом слоге. Партийные программы были его стихией, в которой он чувствовал себя как рыба в воде. По поводу его строгой принципиальности циркулировал в товарищеских кругах больше похожий на анекдот рассказ, как на пирушке в загородном ресторане он серьезно просил эстрадную хористку, присевшую к нему на колени, оставить его, так как партийная программа Трудовой группы, к которой он принадлежал, не предусматривает такого случая. А исповеданием веры его была “четыреххвостка” — всеобщее, равное, прямое и тайное избирательное право» (Гессен И. В. В двух веках: Жизненный отчет // Архив русской революции. Берлин, 1937. Т. 12. C. 180).
1007
Пресса сообщала, что на затянувшемся далеко за полночь «ужине по подписке» с участием свыше 500 человек, проходившем в большом зале Литературно-артистического общества, с речами, которые «сопровождались и прерывались бурными аплодисментами», выступили профессора Киевского университета В. Я. Железнов, И. В. Лучицкий, кн. Е. Н. Трубецкой и Политехнического института В. Г. Бажаев, С. Н. Булгаков, Ю. Н. Вагнер, С. А. Иванов, присяжный поверенный Л. А. Куперник, помощник присяжного поверенного М. Б. Ратнер, литераторы В. В. Водовозов, И. М. Стешенко и др. (см.: Празднование 40-летия судебных уставов // Киевские отклики. 1904. № 324. 22 нояб.; К банкетам // Наша жизнь. 1904. № 20. 25 нояб.).
1008
Как докладывал 22 ноября 1904 г. начальник Киевского охранного отделения, «устроителями сего обеда» явились профессор Ю. Н. Вагнер и литератор В. В. Водовозов, которые и собирали подписи желавших принять в нем участие, число каковых достигло 600. Хотя секретарь Литературно-артистического общества И. М. Стешенко заявил, что допустит в зал не более 360 записавшихся, за столами и на хорах оказалось еще до 200 человек: студентов, слушательниц зубоврачебных и фельдшерских школ, рабочих. Ораторами было произнесено до 15 речей политического характера, причем С. Н. Булгаков коснулся роли журнала «Освобождение», Водовозов «старался выяснить преимущество демократического образа правления», указывая на «необходимость требовать политической свободы», а Вагнер, призвав собрание «почтить память борцов, павших и пострадавших за свободу, вставанием», резюмировал общий итог речей: «1) «требовать созыва учредительного собрания народных представителей, выбранных прямым тайным голосованием всего народа, без различия состояния, пола и религии, для передачи в его руки управления страной и 2) предъявить требование немедленного освобождения и полной амнистии для всех политических». Уже после того, как собрание объявили закрытым, а председатель общества Н. П. Рузский удалился, Водовозов остановил публику, собиравшуюся разойтись,
