обладала над присутствующими просторцами магической властью.
Прошло не так много времени, прежде чем Эдмунд развернулся и жестом приказал своим людям возвращаться назад. Никто так и не произнёс ни слова. И без них было понятно, что сегодня Тиреллы испытали самое болезненное и позорное поражение в их истории. Словно олицетворяя данную мысль прекрасный шатёр Мейса Тирелла рухнул, задетый одним из древесных корней. Препятствовать отходу Гарденера и его людей никто не стал, да и не мог бы. Уж точно не сейчас. Люди были разбиты и опустошены. Под гробовое молчание живых, стоны раненых и разгорающийся пожар, избранник Семерых покинул просторский лагерь также, как и пришёл – на своём коне. Победитель взял своё и горе было проигравшим. От некогда грозного войска осталось, дай Семеро, едва десятая часть от изначального количества. С такими силами Хранителю Юга уже никогда не взять Королевскую гавань, прейди он туда сейчас, то станет посмешищем в глазах короля и Малого совета.
Большего Эдмунду и не надо было. В очередной раз он показал Тиреллам, что только и ждёт момента, чтобы поставить их на место, а после взять своё. Сегодняшний день войдёт в историю, как разгром в Королевском лесу, а ведь вскоре то же самое ожидает штормовиков во главе с Ренли Баратеоном. Восстание Праведных ещё не окончено и Гарденера всё ещё ждали дела, однако, после этого количество желающих поддержать его притязания определённо прибавиться, чем избранник Семерых с удовольствием воспользуется. Сейчас он возвращался с победой в ставшие родными леса, но уже завтра он будет готов снова броситься в бой, если только потребуется.
Эмоции, которые испытывал Эдмунд в этот момент приятным чувством растекались где-то внутри него. Стычки с железнорождёнными и дорнийцами из его юности не могли сравниться с сегодняшними, ведь он выступал всегда в роли знамени, наследника, в то время как основные решения принимали более опытные командира. Сегодня же он сам сковал свою победу, повёл людей на бой и победил. Да, то было не полноценное сражение армий, но для последнего Гарденера это не было важным. Триумфатором был он и никто другой. Ему это было в новинку. Ему это нравилось, очень нравилось.
Впрочем, после эйфории от победы всегда наступает время подсчёта потерь. Эта вылазка поставила жирную точку в возможности Простора оказать помощь Железному трону на ближайшее время, но ещё оставались куда более опытные силы Штормовых земель, которым ещё только предстояло ощутить на себе всю мощь тактики партизанского ополчения и зеленого ада. Для этого Гарденеру нужны были все его силы и люди, а в этой стычке он потерял примерно столько же людей сколько за всю неделю затяжных боев, проще говоря, треть опытных воинов и сотня смелых крестьян в данный момент кормили собой червей, что не могло не вызвать у Эдмунда горечь. О том, что вместе с этим он похоронил и часть армии собственного родного королевств Гарденер старался не думать – это было бы излишним в данной ситуации.
Возвращение в лагерь выдалось триумфальным, хоть и скорбным. Однако, люди хотели праздника, особенно те, для кого так или иначе воинское ремесло и убийство людей было в новинку. Любому человеку очень важно сохранять некий баланс между деятельностью и отдыхом, ибо в ином случае можно было значительно подорвать здоровье собственных тела и разума. Так что Гарденер не стал отказывать людям в этом удовольствии и присоединился к веселящимся людям.
Последние соглядатаи возвращались. По их донесениям остатки армии Тиреллов в спешке возвращались по освобождённому тракту обратно в Простор, собрав все оставшиеся пожитки и раненых в один большой обоз. Многих они просто оставили или же добили из жалости, что вызвало у Эдмунда очередной приступ вины, а с другой стороны, уважение к тому, что просто так умирающих воины Осадника бросать не стали. Пожалуй, это был единственный верный выбор, который оставался у грандлорда Простора в нынешних непростых обстоятельствах. Появись он перед королём и его братьями в таком виде, то от позора было бы уже не отмыться.
Также в лагерь принесли тела убитых, которых собирались похоронить следующим днём после того, как септон Виллам проведёт над ними службу, да и после победы отношение к противникам заметно поменялось. Так что об оставленных телах просторцев также собирались позаботиться, земляки всё-таки. Привели в лагерь ещё и сотню раненых вместе с некоторым количеством дезертиров, те сами изъявили желание к ним присоединиться, естественно то были представители черного сословия, но после краткого совета с Корбреем и другими рыцарями гнать их Эдмунд не стал, предоставив еду и кров. У них действительно была значительная нехватка людей, так что отказывать подарку в виде новобранцев пусть и из стана бывших противников Гарденер не стал, лишь наказал приглядывать за новичками.
Празднество длилось несколько часов и скоро должен был начаться рассвет, так что избранника Семерых в какой-то момент и вовсе уговорили произнести речь перед собравшимися. Чуть охмелевшему просторскому принцу было не с руки отказывать в подобной просьбе, тем более что это как-никак было одной из его обязанностей. Выйдя на небольшую плотную земляную горку перед толпой, Эдмунд поднял перед собой кубок, разглядывая многочисленные, чуть грязные лица людей с которыми он прошёл довольно значимый отрезок времени. Глаза их словно сверкали в отблесках факелов, все разговоры прекратились, а взгляд их неотрывно устремился к фигуре последнего Гарденера, их лидера и защитника веры.
- Что же, скажу коротко. – немного растерялся от столь пристального внимания к своей персоне Эдмунд. Смотрели на него сейчас абсолютно все без исключения: наёмники, рыцари, крестьяне, раненые и дезертиры, а также небольшое количество присутствующих здесь септонов. – Вы справились.
- Вам удалось сделать совершенно невозможное – вы победили. Победили армию многократно превосходящую вас в численности и пусть с нами нет многих из тех, кто должны быть сегодня здесь, но я верю, что они улыбаются нам с семи небес. Эта неделя доказала, что вы не только кровь и плоть Простора, но и меч способный защитить устои и веру, кто бы на них не покусился. Сегодня я пью за вас, друзья мои. – поднял Гарденер свой кубок, как можно выше. – Пью и горжусь тем, что стою бок о бок с вами в нашей борьбе. И не только я! – повысил он свой голос. – Сегодня вами гордятся ваши предки! Сами Семеро гордятся вашей борьбой! Выпьем же!
После чего толпа словно бы взорвалась от энтузиазма. Звучали тосты и здравницы, не обошлось и без восхвалений самого
