Я лишь пережидаю ночь, и боль не дает мне передышки.
Если этим признанием он рассчитывал заслужить сочувствие Аратана, то явно промахнулся.
– Я намерен избежать подобной судьбы, отец. Мудрость, которой вы со мной поделились, не та, которую вы хотели мне передать, так что я с полным основанием могу счесть ее самым драгоценным даром.
Драконус криво усмехнулся:
– Ты вновь пробудил во мне жалость к Сагандеру, и я имею в виду вовсе не его отрезанную ногу.
– Сагандер давно пригвоздил себя к земле железными кольями, отец. Он не сдвинулся бы с места – и никогда не сдвинется, даже будь у него обе ноги.
– Ты слишком поспешно судишь о других. Но от того, что ты сказал, наставник не становится менее опасен.
Аратан пожал плечами:
– Только если мы сойдемся слишком близко. Для меня Сагандер теперь уже в прошлом, отец. Сомневаюсь, что когда-либо снова его увижу.
– Да, вы вряд ли встретитесь, – согласился Драконус. – И все же я порой думаю, не дурно ли с ним поступил. С тобой нелегко общаться, Аратан. Смотри, нас ждет дом.
Юноша посмотрел вперед, куда показывал его отец. Менее чем в ста шагах, будто возникшее из ниоткуда, виднелось невысокое строение. Его длинная крыша просела посередине, в покрытой мхом черепице зияло несколько черных дыр. Грубо отесанные каменные стены были покрыты красными пятнами. Дом окружал вытоптанный, лишенный травы двор.
– Он что, сотворен магией? – спросил Аратан.
– Я бы сказал – скорее придуман, – ответил Драконус.
Они направились к дому. Тот выглядел заброшенным, но Аратан был уверен, что это лишь видимость. Прищурившись, он взглянул на черные прямоугольники окон по обе стороны от прочной двери, которая, казалось, была вырублена из цельного куска серого камня, но не сумел различить никакого движения в тени внутри.
– Нас ждут?
– Не просто ждут, Аратан. Мы здесь необходимы.
– Настолько необходимы, что тут появился этот дом?
– Именно.
– В таком случае, отец, вера обладает куда большей силой, чем вы готовы признать.
– Я никогда не подвергал сомнению силу веры, Аратан. Я лишь предупреждал тебя, что она способна на сомнительные чары и редко склоняет к тому, чтобы проанализировать собственные поступки, не говоря уже о желании в чем-то себя упрекнуть.
– То есть в магию нельзя вникать слишком глубоко? Иначе она потеряет силу?
– Иначе она перестанет существовать, Аратан. Какой смысл в существовании бога, если нет безграничной готовности верить в него?
– Теперь вы наделяете веру всемогуществом. Понимаю, оно настолько привлекательно, что могло бы очаровать любого, даже бога.
– С каждым днем, сын, ты удивляешь меня все больше. Никак хочешь меня напугать?
Замечание отца застигло Аратана врасплох. Он уже успел пожалеть о своих жестоких словах.
«Как будто я могу рассуждать о любви, – подумал он. – Я знал лишь одну игру – в обладание. Не стоит относиться к любви, словно ребенок к игрушке. Ферен, прости меня за все, что я сделал, за все, кем я был и кем не был».
– Я никого не пугаю, отец. Я просто размахиваю оружием, которое для меня чересчур велико, чтобы удержать его в руках.
– Как и все мы, – проворчал Драконус.
Когда они подъехали ближе, за одним окном возникло какое-то движение, и мгновение спустя из него выбрался молодой мужчина, немногим старше самого Аратана. На нем была свободная шелковая одежда, заляпанная кровью, а плечи покрывала темно-зеленая шерстяная накидка с поднятым воротником. Темноволосый, чисто выбритый, незнакомец отличался довольно-таки приятной внешностью, хотя, когда он вылезал из окна, лицо его было сильно нахмурено.
Драконус натянул поводья, остановившись на краю бесплодного двора. Аратан последовал его примеру.
– Идем со мной, сын, – велел Драконус, спешившись, и в голосе его послышались какие-то непонятные нотки: он то ли волновался, то ли, напротив, испытал облегчение.
К ним приближалась стая неизвестных птиц, заполонив все небо позади дома. Полет их выглядел довольно странно, и Аратану стало не по себе. Он соскользнул с седла.
Незнакомец – наверняка очередной азатанай – наполовину пересек двор и остановился напротив Драконуса. Хмурое выражение сменилось насмешливой улыбкой, тут же лишившей лицо молодого мужчины всяческого изящества. Аратан представил, как его кулак врезается прямо в эту улыбку, сметая ее прочь, и ощутил тепло от злорадного удовлетворения.
Взгляд незнакомца упал на юношу, и его вкрадчивая улыбка стала шире.
– Может, предпочтешь удостоиться моего поцелуя? – спросил он.
– Не поддавайся на его приманки, сын, – сказал рядом с Аратаном его отец. – Земля всегда дрожит под его ногами.
Незнакомец поднял брови:
– Зачем же судить столь жестоко, Драконус? Разве не мое искусство связало нас обоих?
– Вряд ли эта связь продлится еще хоть мгновение, Эррастас. Дар принесен, и, судя по всему, тобой. И я его приму.
– Буду только рад, – ответил Эррастас, но не сдвинулся с места; впрочем, как заметил Аратан, при нем не было ничего, что можно было бы счесть подарком.
«Хотя, возможно, он приносит дар в том же смысле, в каком это предстоит сделать мне самому», – подумал юноша.
– На твоей одежде кровь, Эррастас, – заметил Драконус. – Какой мрачный путь остался за твоей спиной?
Молодой мужчина взглянул на пятна на своих шелках:
– Это не моя кровь, Властитель Ночи. Во всяком случае, большая ее часть. Путешествие, в которое ты меня отправил, оказалось полным опасностей. Я никогда прежде не связывал могущество с каким-либо предметом, не отдавая при этом хотя бы частицу самого себя. И этот опыт стал весьма… поучительным.
– Ночь нельзя считать нежеланной гостьей, Эррастас, а хаос не требует крови, и точно так же нельзя заставить его проливать ее.
Аратан почувствовал растущее в воздухе напряжение. Стая птиц подлетела ближе, и стал слышен странный шум – не крыльев, но множества сверхъестественно высоких голосов. Пожалуй, это не птицы. Но он никак не мог понять, к какой породе принадлежат диковинные существа. Юношу била дрожь, во рту пересохло. Эррастас явно ему не нравился.
В ответ на слова его отца этот тип лишь пожал плечами, а затем наклонил голову:
– Не спеши с выводами, Драконус. Ты даже представить себе не можешь, какие открытия я совершил. Мое путешествие было невероятно богато событиями, что мог бы подтвердить сопровождавший меня Сешуль Лат, и, возможно, ты считаешь, что награда ждет тебя уже сегодня. Пожалуй, для тебя это и в самом деле так. Но что касается меня – что ж, я ведь еще только начал. – Он показал неровный черный диск величиной чуть больше своей ладони. – Смотри же, Властитель: вот Врата Ночи.
– Я получу их.
Вновь улыбнувшись, Эррастас шагнул ближе:
– А ты когда-нибудь думал о том,
