Приняв из рук кардинала Метца кубок со своим любимым византийским вином, скончался папа Пасхалий II, так и не дождавшись заката Константинополя. По иронии судьбы, через пару недель умер и антипапа Сильвестр, ставленник Генриха V, императора Священной Римской Империи. Кардинал Метц, надевший тиару и принявший имя Геласия II прожил ровно один год... Мудрецы из Нарбонны выполнили свое обещание и докончили то, что так хотелось видеть Пасхалию II: василевс Византии Алексей Комнин как-то утром был найден мертвым в своей постели. Престол перешел к его сыну и наследнику Иоанну. Но окончательное разрушение империи было отложено на неопределенное время... Безумный перс, Старец Горы Дан Хасан ибн-Саббах нанес два точных укола: в Мевре был убит правитель сельджуков Мухаммед, и царскую корону надел его сын, последний великий сельджукид Санджар; а в Иерусалиме зарезан в собственном дворце пробравшимися туда ассасинами Бодуэн I. Случайно ли, но со смертью Иерусалимского короля прекратилось и царствование подземного Тафура... Корона перешла к сводному брату монарха - Бодуэну II. Но на этом бесчинства убийц-фидаинов в Иерусалиме не закончились. Одновременно подверглись нападению два рыцарских Ордена - госпитальеров и тамплиеров. Иоанниты вытерпели настоящую осаду, во время которой был заколот их великий магистр барон Жирар. События же в Тампле развивались несколько иначе...
За день до условленной встречи Гуго де Пейна с клюнийским монахом и ломбардцем Бером, около полудня, возвращавшийся в Тампль граф Норфолк столкнулся возле ворот с группой нищих, одетых в рубища. Было их семь человек. По Уставу Ордена тамплиеров, в обязанности его членов входило непременное правило: помогать сирым и обездоленным, жертвуя ради них даже последним.
- Милостыни! Милостыни! - запричитали нищие, окружив коня графа Норфолка. Грей соскочил на землю и постучал в ворота. Верный клятве тамплиера, граф не мог не помочь страждущим в беде, в отличие от Бизоля, который частенько игнорировал это правило, - и не потому, что был ожесточен сердцем, а по той простой причине, что не мог терпеть попрошаек с той поры, как Гуго распорядился отдавать лучшие куски провизии стекавшимся со всего Иерусалима к Тамплю голодным. Ворота чуть приоткрылись и высунулась голова Гондемара.
- Идемте за мной! - распорядился граф Норфолк. - Вас накормят и напоят в столовой.
Распахнув ворота, он повел за собой нищих... Но не успел он сделать и двух шагов, как страшная боль пронзила его левую лопатку. Развернувшись, Норфолк успел лишь до половины вытащить меч из ножен: вторым ударом ножа прямо в сердце он был сражен насмерть. Так подло и предательски был убит ассасинами славный тамплиер, избежавший злой участи во множествах сражений, чье благородство и отвага стали живой легендой еще при его жизни... Одновременно с ним, не успев выкрикнуть ни слова, был заколот и его верный оруженосец Гондемар, впустивший убийц в Тампль. В раскрытые ворота вбежало еще два десятка фидаинов, прячущихся неподалеку и посланных безумным Старцем для расправы над тамплиерами, чей Орден вызывал у него особую ненависть. Толпа убийц ринулась во двор, а оттуда - в замок, не щадя никого из встречающихся на пути, вырезая слуг, женщин и пилигримов. Проникнув во внутренние покои, рассыпавшись по всему Тамплю, они учинили тут невиданную по жестокости резню, проливая невинную кровь безоружных людей. Отчаянное сопротивление они встретили лишь на втором этаже, где привлеченные шумом, навстречу им ринулись Христофулос, Корденаль и Иштван, вернувшийся к тому времени в Тампль. Возле дверей в комнаты Сандры, где она находилась со своими малютками, яростно сражался Раймонд Плантар, возведенный два дня назад в рыцарское достоинство, один против шестерых фанатиков-ассасинов. Он выдерживал их натиск только благодаря тому, что узкий коридор не позволял обойти его с боков. Из своей спальни выскочил полураздетый, безоружный Бизоль де Сент-Омер, думая, что случился пожар. На него тотчас же набросилось несколько ассасинов, напоминая взбесившихся ос, чьи смертоносные жала были нацелены в грудь великана. Бизоль, выломав дубовую дверь, укрылся за ней, как за щитом, а потом повалил ее на фидаинов, раздавив несколько из них словно клопов. К несчастью, Гуго де Пейна в это время не было в Тампле; с раннего утра он уехал на прогулку по окрестностям Иерусалима, но должен был вернуться с минуты на минуту. С кошачьей ловкостью уворачивался и дрался Джан...
- Меч! Меч! - кричал Бизоль, отбиваясь от ассасинов, чем попало; в ход шли кресла, выломанные из стола доски, рыцарские трофеи, развешанные по стенам. К этому времени были уже убиты Корденаль и Иштван, ранен в плечо Раймонд, свесившись через перила истекал кровью Христофулос. Наконец, Бизолю удалось завладеть мечом одного из убитых молодых оруженосцев, проходивших стажировку в Тампле. С необузданной яростью набросился он на ассасинов, кого пронзая насквозь острием, а кому выбивая мозги ножкой от стола, которую он держал в левой руке... Когда последние фидаины бежали со двора Тампля, рассеявшись среди собравшейся вокруг толпы зевак, появился Гуго де Пейн, стремительно влетевший в распахнутые ворота, и заставший тяжело дышащего, окровавленного Бизоля, склонившегося над графом Норфолком, устремившего неподвижные голубые глаза в такое же голубое небо. Все было кончено. Молча друзья посмотрели в лицо друг другу.
На следующий день Гуго де Пейн, в чьих волосах и бороде появилось еще больше седых волос, объявил клюнийскому монаху свое решение. Оно было настолько неожиданным, что даже видавший виды бенедиктинец от удивления смутился и побледнел.
- Вы не ослышались! - повторил де Пейн, холодно глядя на него. - Отныне вы - именно вы - становитесь не только великим магистром Ордена тамплиеров, но и... принимаете мое имя.
- Как... как это понимать?
- Именно так, как я и сказал. Вы принимаете в свои руки весь Орден, все его сбережения, финансы, недостроенные крепости и прочее. Вы не становитесь моим преемником - отныне вы превращаетесь в человека, которого зовут Гуго де Пейн. Я же - исчезаю. И я не буду вам объяснять причины, по которым делаю это. Все равно вам не дано понять. Вы можете возразить, что меня слишком хорошо знают?.. Пустое. Никто не знает никого. Достаточно мне уйти, и через полгода меня забудут. Вы же, привыкшие называть черное - белым, а зло добром, легко убедите людей в чем угодно; хоть в том, что вы - Юлий Цезарь. Деньги и власть помогут вам разрушить все преграды в сознании людей. Я же не хочу больше участвовать в ваших играх... Граф Шампанский знает, где хранятся сокровища и наследие царя Соломона, вместе вы без труда отыщете их. Прошу лишь, когда вы докопаетесь до них, предать могиле тело благородного маркиза де Сетина, которого я на его беду увлек за собой к безумной цели... - Гуго де Пейн помолчал, добавив: - Как, впрочем, и всех остальных. Бог мне судья, не вы! Что такое имя? - продолжил он. - Пустой звук, оболочка, которую можно надеть и сменить. Покажи людям осла, но скажи, что это конь, - и они поверят, потому что они хотят обманываться, и нет ничего слаще обмана... Вы легко столкуетесь с Бером. Вступайте в союзы с Орденом Сиона, с Мудрецами, с ассасинами, хоть... с самим сатаной! Мне больше нет до вас никакого дела! Прощайте! Завтра я покину Тампль навсегда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
