п. 1149 См. прим. к п. 1147.
п. 1153 Собирание жемчуга, вернее раковин-жемчужин, выброшенных волной на берег, одно из любимых развлечений в те времена. Жемчуг везли в дар императору, его собирали, чтобы привезти в подарок возлюбленной или жене.
п. 1154 “И будем собирать мы жемчуг дорогой” — см. п. 1153.
п. 1155 “Остатки разные, прибитые волной” — имеются в виду водоросли, раковины и т. п., остававшиеся на берегу во время отлива.
п. 1156 В память о замечательных местах обычно окрашивали платье глиной тех берегов или цветами и травами лугов и долин.
Тоодзатоону — место, которое, судя по песням М., славилось окраской тканей. Об окраске одежды цветами хаги см. выше п. 20.
п. 1157 Срезание водорослей в часы отлива было не только занятием рыбаков, но и служило развлечением для путешественников.
п. 1161 Гуси считаются вестниками из дома и домой, посланцами от возлюбленной и т. п. (СН) (см. п. 1614).
п. 1162 В песне отражена обычная картина перед началом бури или непогоды.
п. 1164 “И, верно, кружат возле берегов” — во время отлива журавли обычно кружат над берегом в поисках пищи.
п. 1166 См. п. 1156.
п. 1167 Песня сложена в аллегорическом плане: трава “имя-назови” — метафора девушки; с какого острова рыбак ее срежет — т. е. кто сделает ее своей женой.
п. 1169 В песне упоминается древний обычай связывать травы (куса-мусуби) с мольбой о благополучном путешествии, о долголетии, о счастье и т. п. (см. п. 10).
п. 1171 Песня человека, оставшегося в столице и полном дум об императорском корабле, отправившемся в плавание, на котором, по-видимому, находился кто-то из близких.
п. 1173 Люди из Хида — славились как лесорубы, плотники, сплавщики леса. Поэтому выражение “люди из Хида” стало нарицательным. Священный лес (маки) — под этим названием в песнях М. воспеваются деревья хиноки, суги, а также сосны.
п. 1175 Песня человека, направляющегося из Ямато в восточные провинции.
п. 1176 Песня жены рыбака, ожидающей мужа.
п. 1177 Озеро Миката — Миката-уми. — Уми в старину означало не только “море”, но и “озеро”, “пруд” и т. п.
п. 1181 Песня человека из Ямато, любовавшегося горой Тацута, славящейся красотой алых кленов.
п. 1183 Томо — “щит” — перевод условный, так как это по сути кожаная повязка, которая надевается на левую руку во время стрельбы из лука, чтобы защитить ее от удара тетивой.
п. 1187 Песня странника.
п. 1188 Азалия (Rhododendron indicum) — цуцудзи, горная азалия — ивацуцудзи.
п. 1189 Возможно, песня-заговор. Об авторе песен 1189–1195 см. п. 1195. Птицы синагодори — см. п. 1140.
п. 1190 “Проплыть бывает трудно мимо” — имеется в виду необыкновенная красота берегов.
п. 1191 В песне отражено народное поверье: если конь споткнется, значит дома по тебе тоскуют (норума-но цумадзуку-но ва ути-но моно-га котира-о омоу тамэ да — поговорка).
п. 1194 Песня путешественника из провинции Ямато (МС).
п. 1195 После песни следует примечание: “Семь вышеприведенных песен [1189–1195] были сложены царедворцем Фудзивара. Год и месяц неизвестны”.
В то время были известны два царедворца Фудзивара: Южный и Северный. Южный, говорят, не слагал песен, поэтому считают, что это песни Северного князя — любителя литературы — Фудзивара Фусасаки. К. утверждает, что это его песни и что иероглиф “северный” просто пропущен в тексте.
п. 1197 См. п. 1147.
п. 1199 “Собирающие водоросли в море” — см. п. 917.
п. 1204 По-видимому, это вариант народной песни; сходные песни встречались выше (252 и др.).
п. 1205 Вторая строка переведена согласно редакции ИЦ.
п. 1208–1210 Гора Сэ [нояма] — “Любимый” находится около горы Имо-[нояма] — “Любимая” в провинции Кии,
п. 1213 В песне отражена древняя вера в магию слов (см. п. 1097, п. 1147).
п. 1315 Яшмовый остров — см. Тамацусима; славился необыкновенной красотой.
п. 1216 Песня странника из Ямато.
п. 1218 “Алым цветом все сверкает” — имеется в виду красный цвет женской одежды, отражающийся в воде. В старину красный (алый) цвет был одним из праздничных цветов.
п. 1219 Песня странника из провинции Ямато.
п. 1222 Яшмовый остров — см. п. 1215.
п. 1223–1224 Песни странника.
п. 1227 “Морскую собирать траву” — см. п. 917.
п. 1230 “О боге грозном острова Сика” — один из местных богов, повелевавший морем, к которому обращались во время путешествий, моля о защите. Возможно, что это не только божество моря, но и божество, охраняющее родные места (МС).
п. 1236 В песне отражено древнее поверье: человек, которого видишь во сне, думает о тебе.
п. 1240 По горам священным (Миморо но яма) — чаще всего в М. — это горы Мива (см. п. 1118). Там обитал бог Ямато-но кунидама и др., которых чтили как богов — предков племени идзумо, одного из основных племен, населявших древнюю Японию. С этими горами связано много старинных легенд.
п. 1241 “Черные волосы” (Куроками) — гора на север от столицы Пара.
п. 1242 Песня, сложенная странником. Некоторые комментаторы считают, что речь идет о веселой женщине, ожидающей гостя (ТТ), другие — о девушке, стоящей у ворот и ожидающей возлюбленного (К). Второе вернее, так как последний образ характерен для многих песен М.
п. 1244 Текст песни не совсем ясен. По старинному обычаю девушки до 15–16 лет носили распущенные волосы, а в 15–16 лет начинали делать прическу. Возможно, автор, глядя на гору Юу, вспоминает о юной возлюбленной, оставленной дома, так как юу значит “делать прическу”. В старину это могло носить характер определенного обряда, который, возможно, совершали у этой горы, почему она так и названа. В этом убеждают названия других гор, рек, местностей, которые хранят память об обычаях или событиях, связанных с ними. Горы в древности часто служили местом совершения различных обрядов.
п. 1245 Песня напоминает песни сакимори — песни пограничных стражей, т. е. песни крестьян, уходивших, согласно существовавшей в те времена государственной повинности, в пограничные стражи, однако никаких примечаний по этому поводу нет.
п. 1247 Боги Онамути и Сукунамиками, согласно мифам, записанным в “Идзумо-фудоки”, создали Поднебесную. Онамути — одно из имен Окунинуси-но ками, сына Сусаноо — брата богини солнца Аматэрасу. Сукунамиками — одно из имен Сукунахикона-но ками, сына Камимусуби но ками, одного из творцов вселенной (см. п. 355, 963).
О горах “Любимый” и “Любимая” см. п. 1208.
п. 1248 Песня странника, тоскующего в пути о любимой, обращена к рыбакам.
п. 1249–1250 Возможно, это парные песни, песни-переклички.
п. 1253 Знак запрета — священная рисовая веревка, которой огораживали поле в знак запрета вступать на него посторонним (подробнее см. п. 70, 151). Есть предположение, что здесь иносказательно говорится о том, чтобы не стесняли свободу действий, поступков другого человека (СН). Однако отмечается, что диалог между человеком и птицами характерен для детских песен (см. п. 1251).
В примечании к тексту сказано, что в двух приведенных выше песнях поется о птицах,
п. 1253 Песня человека высокого социального положения, возможно, столичного жителя (СН), который хочет посмотреть, как рыбаки ныряют в море.
п. 1254 Ответная песня рыбаков. Предполагают, что обе песни сочинены одним лицом (СН). Однако возможно, что это народные песни-переклички двух хоров. Любопытно, что две первые строки звучат народной поговоркой. В тексте примечание: “В приведенных выше двух песнях поют о рыбаках”.
п. 1259 Цветы унохана (Dentzia crenata) — летние цветы белого цвета, обычно воспеваются в народных песнях об урожае. Раннее осыпание цветов было плохой приметой для урожая. Возможно, песня исполнялась в мае, когда обычно происходит посадка риса и устраиваются обрядовые хороводы, танцы и т. п.
п. 1260 Пестрые яркие платья окрашиваются обычно растениями хаги (см. п. 20).
Песня звучит аллегорически, и существует предположение, что в ней говорится о любви к очень юной девушке (СН).
п. 1261 Некоторые комментаторы считают, что эта песня сложена брошенной возлюбленной, но убедительнее толкование, что она сочинена третьим лицом, наблюдавшим, как страж ходил к возлюбленной в село (МС).
п. 1262 Песня сложена крестьянкой при виде охотника, чья жизнь ощущается ею отличной от ее жизни, как и жизнь его жены (К.Маб. МС).
п. 1284 “Я на западный базар в столице”—в Нара в те времена было два базара: восточный и западный. Некоторые комментаторы считают, что песня сложена в аллегорическом плане.
