часть протестующих это иностранные граждане? В основном - это граждане разных стран Европы, американцы, японцы, куда уж без них, есть ещё китайцы, да и прочих тоже немало, я уж не говорю о наших с вами согражданах, они там тоже присутствуют. И вы что, готовы всех их задержать?
- А почему бы и нет? – не смущается главный полицейский. – Налицо нарушение законов нашей страны, к тому же я не думаю, что из-за каких-то 70 иностранцев будет большой скандал, думаю, что тем же европейцам не сильно понравилось если бы к ним кто-то приехал из Кореи и начал протестовать у какого-нибудь государственного учреждения. Поэтому я уверен, что только наша решительность и быстрота пресекут это незаконное мероприятие под стенами женской тюрьмы Анян.
- Скажите господин ХиГын. – вкрадчиво спрашивает женщина. – А почему вы так уверенны что иностранных поданных там всего 70 человек? Откуда у вас такая информация?
- Ну как же госпожа президент. – немного удивлен полицейский. – Конечно же эта информация мне предоставлена непосредственно с места событий. – Я вчера утром читал доклад господина Сон СиБака, это глава полиции в Аняне. В нем он докладывал о задержании 64 протестующих, причем все они граждане других стран, по-моему, там была только одна кореянка, да и то переводчица при этих.
Прошло почти двое суток, и если количество этих протестующих и увеличилось, то думаю, что ненамного, сейчас их человек 70, может максимум 100, поэтому 450 человек полицейских плюс при необходимости приданные силы из Анянской полиции на месте легко решат проблему этого незаконного митинга.
(на самом деле рапорт от Сон СиБака о значительном увеличении количества протестующих граждан разных стран у Анянской тюрьмы поступил и сегодня утром, и вчера вечером, но помощница господина Юн ХиГына не придала этим рапортам значения, так как до этого услышала, как отреагировал на предыдущий панический доклад этого СиБака ее босс – «Что за трусость такая? Полиция не может справиться с шестью десятками пьяных вегугинов под стенами тюрьмы? Он там вообще мышей не ловит что-ли? Ну да ладно, поможем мы этому Анянскому паникеру, отправим туда 300, нет даже пусть будет 450 полицейских из нашего подразделения «NPA», заодно и они потренируются, а то что-то застоялись уже, поэтому срочно готовь приказ ДаЫн, я подпишу. И доведи этот приказ до всех лиц в части их касающейся».
Ну, а после подготовки и подписания нужного приказа о направлении специального подразделения полиции «NPA» в Анян, помощница главного полицейского Квон ДаЫн уже не особо внимательно читала рапорта, поступающие от начальника Анянской полиции. Других бумаг тоже было с избытком, и при этом не менее важных на ее взгляд!
К тому же, разве существует проблема, с которой не справятся … 450 бравых корейских полицейских уже почти выдвинувшиеся к месту событий? То-то же! Поэтому оставить панику и забыть о такой проблеме как пьяные вегугины под стенами тюрьмы!).
- Легко решат проблему? – с определённым сарказмом переспрашивает у главного полицейского глава государства. – Господин ХиГын вы что совсем не владеете обстановкой и не знаете, что происходит сейчас перед стенами тюрьмы Анян?
- Но почему же не знаю. – начал было свой ответ полицейский, но был грубо прерван главной в стране. – Помолчите господин ХиГын, если вы не в курсе, как и ваша служба, то знайте наше Министерство юстиции уже попробовало вступить в контакт с этими протестующими, они направили туда своего специального человека.
Не правда ли, господин Квон ЧеДжин? Можете вы нам что-то по этому поводу доложить, как министр юстиции?
Министр юстиции, тот самый господин Квон ЧеДжин, главный начальник Квака ЮнГи, но это и так понятно, поднялся со своего места и медленно кивнул.
- Совершенно верно госпожа президент. Нами действительно была предпринята попытка вступить в переговоры с этими протестующими в этом лагере перед тюремными стенами – «Вместе с Агдан!»
- Чего там вместе с Агдан? – это не понял главный полицейский страны.
- Лагерь который организован возле тюрьмы Анян носит можно сказать официальное название – «Вместе с Агдан» господин ХиГын. – хмыкнул министр юстиции. – Вы что, не знали этого?
- Ладно, черт с ним с этим названием. – вмешивается президент. –докладывайте, чем завершилась эта ваша попытка поговорить с этими протестующими?
- Нами был направлен очень опытный сотрудник из подразделения, отвечающего за пенитенциарные учреждения в нашей стране по работе с личным составом, господин Квак ЮнГи, он и провел эти, ну даже, наверное, все-таки не переговоры, а так общее знакомство с людьми, стоящими во главе всего этого, выяснил их цели и настрой.
По его докладу, там собрались в основном иностранные граждане, главной у них там гражданка Италии некая Беатриче Грассо, так ее зовут. Да и помощницы тоже иностранцы, точнее иностранки одна вроде как испанка, а вторая англичанка или ирландка, но есть и наши, корейцы.
Так что всем там заправляют иностранные поданные, хотя, как я сказал присутствуют и наши с вами сограждане. В основном насколько я понял это члены довольно популярного с определённого времени клуба поклонников Агдан, в нашей стране, некий клуб «RedAlert».
(на этом госпожа президент и Ли ИнБок переглянулись, наверняка это название напомнило им про партию «За традиционные ценности и развитие Кореи», с которым этот клуб вел какие-то хитрые дела).
Если коротко, то разговор этот хоть и состоялся, но удачным его точно не назовешь. Руководство этого лагеря наотрез отказалось выполнить требование господина ЮнГи свернуть этот лагерь.
Переговоры длились довольно долго и не один раз, но стороны та и не пришли к какому-то соглашению, сколько бы не убеждал мой сотрудник принять протестующих наши условия, на все он получал категорический отказ.
- Наверное плохо убеждал. – проворчал главный полицейский. – Эх был бы я там, я бы им показал.
- Ну, не знаю, что вы бы им там показали на этой встрече, но смею вас заверить, что господин Квак ЮнГи который вел эти переговоры косноязычием и недостатком ума не страдает.
