В эти же месяцы Хрущев пытался добиться аннулирования известных процессов, которые в 1936–1938 гг. подняли волну сталинского террора против партии, и реабилитации осужденных: сначала Бухарина, а потом, по его словам, Зиновьева, Каменева и других[57]. Этого от него требовали немногие оставшиеся в живых после репрессий старые большевики и родственники пострадавших.
Всего этого Хрущев не сумел добиться. Более того, в конце 1962 г. ортодоксальные идеологи перешли к контратаку, вынуждая его к отступлению. Наступление началось с ряда собраний и статей в печати. Оно не было направлено прямо против Хрущева; однако при этом не поколебались напомнить ему о возможности возбудить вопрос об ответственности, которую он вместе с другими нес за сталинское прошлое[58]. Перед объединенным фронтом почувствовавших опасность ортодоксов Хрущев как глава партии вынужден был выбирать: принять самому руководство и определенный контроль над идеологической кампанией или быть опрокинутым новой консервативной волной, которая была более опасной для него после некоторых экономических и внешнеполитических неудач (карибский кризис закончился, но началась открытая полемика с китайцами). Он выбрал первый путь. Тем самым он решил сражаться на ненадежной для себя почве идеологических и культурных проблем, что привело к столкновению с теми настроениями интеллигенции, которые он поощрял своей критикой Сталина.
Его отступление отмечено рядом громких эпизодов: от первого столкновения в декабре 1962 г. с группой художников-абстракционистов до ряда встреч руководителей партии с представителями культуры. Тогда он второй раз был вынужден публично отречься от большей части своей критики Сталина[59].
Это было его поражением. Завершил поражение Пленум ЦК в июне 1963 г., полностью посвященный проблемам идеологии. Созыв этого Пленума, о котором много лет говорили в Москве, под разными предлогами откладывался. Однако и Хрущев больше не мог избегать его. Пленум проходил под лозунгом: «Мирного сосуществования /507/ идеологий не было, нет и быть не может»[60]. Имелось в виду не то, что борьба идей в мире должна продолжаться, — это было и так ясно — а то, что в СССР не разрешается выражать мысли, отличные от официальной ортодоксии. В этой области не должно быть не только мирного сосуществования, но даже столкновения и сопоставления идей. Хрущев, который сделал приведенную формулировку своей[61], был после Пленума в жалком состоянии, но все еще в седле. Похороненным оказался его неопределенный ревизионизм, а с ним — его самые смелые и новаторские проекты.
После Пленума волнение улеглось не скоро. Начиная с XXII съезда КПСС политическая жизнь в СССР некоторое время переживала расцвет, которого не знала с 20-х гг. В партии существовали две созданные Хрущевым параллельные структуры. Экономические школы спорили, предлагая разные методы планирования и управления экономикой, с разной степенью самостоятельности отдельных производственных единиц. В культурном мире сталкивались две группы, которые обобщенно можно назвать сталинистской и антисталинистской. Имя Сталина было не столько именем исторического лица, сколько границей между теми, кто защищал авторитарную традицию Советского государства, и теми, кто хотел большей свободы слова. В собственно литературных кругах эти группы объединялись соответственно вокруг журналов «Октябрь» и «Новый мир».
Главный редактор «Нового мира» Твардовский, защитник Солженицына и его повести, был одним из наиболее проницательных деятелей культуры и политики этих лет. Коммунист, избранный на XXII съезде членом ЦК, он поощрял сотрудничество в своем журнале весьма критически настроенных людей, например Солженицына. Он был убежден, что их слово может и должно стимулировать общие усилия, направленные на дальнейшее развитие страны и социалистического общества[62]. Он считал, что на данном этапе развития СССР критики могут быть союзниками, а не врагами. Он знал, что критики ищут способ выражения. После идеологических заморозков 1963 г, книги, которые не могли быть опубликованы в открытой печати из-за цензуры, стали ходить по рукам в машинописных копиях. Так родился «самиздат» (ироническое название, которое можно перевести как «самоиздание») — первый признак явления, которое позднее станет известно как диссидентство.
В начале 60-х гг. в СССР в зачаточном виде, но бесспорно появилась множественность мнений — явление новое, волнующее, но ненормальное в государстве, от которого ортодоксы требовали монолитности. Противоречие было несомненным. Чтобы идти дальше, нужно было либо покончить с плюрализмом, либо реформировать сталинское государство. В какой-то момент казалось, что есть и третий путь. Политическая деятельность Хрущева, хотел он того или нет, способствовала созданию такого положения. Стремление избавиться от него было весьма сильным. Казалось, что избавления от него достаточно, чтобы снова привести все в порядок. /508/
Примечания
1. О единоначалии см. Дж. Боффа. Указ. соч., т. 1; G. Procacci. Op. cit., p. 122–123.
2. Наиболее важные из этих работ: М. Tatu. Op. cit.; Carl A. Linden. Khrushchev and the Soviet Leadership. 1957–1965. Baltimor, 1966; Robert Conquest. Power and Policy in the USSR. New York, 1961.
3. Заседания Верховного Совета СССР 14–15 января 1960 г., с. 51. О прецедентах см. Дж. Боффа. Указ. соч., т. 1.
4. T.W. Wolfe. Op. cit., p. 160–194. R. e Z. Medvedev. Krusciov, p. 180. Поскольку речь идет о сочинении, принимаемом с оговорками, некоторые указания на поведение военных кругов можно проследить (опять же подходя критически) в работе: La spia Penkovskij. Milano, 1966, p. 247, 256–257.
5. Carl A.Linden. Op. cit., p. 69–71, 105–108.
6. XX съезд КПСС.., т. 1, с. 88–89; Заседания Верховного Совета 5–12 февраля 1957 г., с. 605–616.
7. А. Н. Косыгин. Указ. соч., с. 286–287.
8. Некоторые примеры можно найти в: Всесоюзное совещание историков, с. 29, 173–174, 312, 335, 338. Об одной из редких открытых дискуссий см. М. С. Джунусов. О советской автономии и пережитках национализма. – «История СССР», 1963, № 1. Кроме того, см. R. е Z. Medvedev. Krusciov, p. 177.
9. Справочник партийного работника, с. 532–536.
10. Там же, с. 533–534; A.Levi. Op. cit., p. 378–387.
11. Заседания Верховного Совета 22–25 декабря 1958 г., с. 638. О тексте новых основ права см. там же, с. 618–688.
12. Пленум Центрального Комитета. 18–21 июня 1963, с. 40–41; XXII съезд КПСС и вопросы идеологической работы. М., 1962, с. 46–49, 82; Всесоюзное совещание историков, с. 251–252, 349–350.
13. П. К. Курочкин. Эволюция современного русского православия. М„ 1971, с. 92–93.
14. XXII съезд КПСС.., т. 3, с. 317–318.
15. Развитие социалистической экономики.., с. 61–67.
16. A.Gramsci. Quaderni del carcere. Torino, 1975, v. 3, p. 1939.
17. XX съезд КПСС.., т. 1, с. 98; XXII съезд КПСС.., т. 3, с. 5.
18. XX съезд КПСС.., т. 1, с. 98; XXI съезд КПСС.., т. 1, с. 112; XXII съезд КПСС.., т. 1, с. Ill; XXIII съезд КПСС.., т. 1, с. 86.
19. XXIII съезд КПСС.., т. 1, с. 86.
20. И. Н. Юдин. Социально-классовая природа КПСС и закономерности роста ее рядов. – «Вопросы истории КПСС», 1969, № 4, с. 112–113; XX съезд КПСС.., т. 1, с. 278–279; XXIII съезд КПСС.., т. 1, с. 86; Т. Н. Rigby. Op. cit., p. 325.
21. XXII съезд КПСС.., т. 1, с. 114. Сравни: Народное хозяйство СССР в 1962 г., с. 225; КПСС в резолюциях.., т. 7, с. 370–371.
22. XXIII съезд КПСС.., т. 1, с. 86.
23. Т. Н. Rigby. Op. cit., p. 309, 407, 439, 443–444.
24. И. П. Прусанов. Повышение организационного и направляющего влияния партии в Вооруженных Силах. – «Вопросы истории КПСС», 1965, № 2, с. 11.
25. В. Зазорин. Приемом в партию надо руководить. – «Партийная жизнь», 1963, № 8, с. 15; XXII съезд КПСС.., т. 1, с. 112; КПСС в резолюциях.., т. 8, с. 308.
26. К такой интерпретации ясно призывают следующие авторы, см. О. К. Антонов. Указ. соч., с. 177–180. См. также G.Boffa, Gilles Martinet. Dialogo sullo stalinismo, p. 196–197.
27. Типичный пример: XX съезд КПСС.., т. 1, с. 97. Подобные символы звучат не только в речах Хрущева, но и в его частных беседах: G. Amendola. Il rinnovamento del PCI, p. 147–148.
28. G. C. Pajetta. Op. cit., p. 125. Его сердечности отдает дань уважения и Улам (A. Ulam. Storia délia politica estera sovietica, p. 870).
29. XXI съезд КПСС.., т. 1, с. 117; XXII съезд КПСС.., т. 1, с. 119;
30. XX съезд КПСС.., т. 1, с. 107–108; XXI съезд КПСС.., т. 1, с. 113; XXII съезд КПСС.., т. 1, с. 113; КПСС в резолюциях.., т. 8, с. 11 – 17.
31. XXI съезд КПСС.., т. 1, с. 113–114.
32. XX съезд КПСС.., т. 1, с. 103–104, 112–114; Пленум Центрального Комитета. 24–29 июня 1959, с. 461–462; Пленум Центрального Комитета. 24–26 марта 1965, с. 83.
33. XXII съезд КПСС.., т. 1, с. 109.
34. Всесоюзное совещание историков.., с. 70, 75, 258, 268–275, 361–362, 368–369 и далее.
35. Лучшее разъяснение см. Дж. Боффа. Указ. соч., т. 1.
36. XXI съезд КПСС.., т. 1, с. 107.
