он прошел, Хью, мы не были на его месте, так что не суди его.
— Я его не осуждаю, — ответил Хьюи, подняв руки вверх. — Мне просто жаль его — и их всех. Я помню, когда Шэннон впервые начала общаться с Клэр. Он был таким чертовски колючим и защищал ее. Я никогда не мог этого понять. Мы не ходили в одну начальную школу или что-то в этом роде, но мы были одного возраста, и я не мог понять, почему он так сильно заботился о своей младшей сестре. Я, блядь, терпеть не мог Клэр, когда мы были маленькими, но Джоуи? Он повсюду таскал Шэннон с собой. Теперь я знаю почему.
— Как долго его не будет? — Спросил Фели.
— Лето, — ответил я, чувствуя, как онемели кости, когда я забивал доску молотком. — Это девяностодневная программа, но это зависит от того, как он справится. Это может занять больше времени. Это может занять меньше. — Пожав плечами, я добавил: — Он хочет это сделать.
— Это хорошо, — согласился Гибси ровным тоном, передавая мне другую доску, чтобы я забил молотком. — Ему всего восемнадцать. У него не меньше шансов, чем у любого другого, победить его.
— А остальные? — Спросил Фели. — Что происходит с Шэннон и младшими?
— Они останутся здесь, — сказал я. — Окружной прокурор настаивал на экстренном слушании. Ему и маме было разрешено временное опекунство.
— И Даррен не возражал против этого? — Растерянно спросил Гибси.
— По-видимому, он поддержал это, — устало сказал я. — Он все еще остается здесь.
— Но он же не останется здесь навсегда, верно? — Спросил Гибси. — В конце концов, он вернется в Белфаст?
— Кто, блядь, еще знает, парень. — Я пожал плечами, чувствуя себя глупо из-за того, что у меня нет ответов. — Мои родители сказали, что он может оставаться здесь столько, сколько захочет.
— А Шэннон? — Спросил Фели. — Как у нее дела?
Мои плечи обреченно поникли. — Она в полном беспорядке.
— Где она сейчас?
— Последний раз, когда я видел ее, она была с Джоуи, — пробормотал я. — Они вместе прятались в одной из свободных спален. Они не отходят друг от друга. — Я покачал головой. — Они как магниты.
— А как насчет остальных?
— Я не знаю, понимает ли Шон, что происходит, но Олли и Тадхг настолько хороши, насколько вы можете ожидать, учитывая тот факт, что их отец только что сжег себя и их мать заживо, — сказал я им прямо.
Фели вздрогнул. — Господи.
— Я даже не знаю, что сказать, парень, — выдавил Хьюи. — Мне так жаль.
— Да? Ну, мне тоже. — Вернув свое внимание к домику на дереве, я забил последнюю доску пола на место. — Я должен был вытащить ее из того дома вместе с собой, когда у меня был шанс. — Разозлившись на себя и на весь этот чертов мир, я швырнул последний гвоздь, а затем на всякий случай взялся за молоток. — Ее кровь на моих руках. У этих детей нет матери, потому что я оставил ее в том доме. С ним. Я посмотрел ей в глаза и ушел. Я оставил ее гореть. Это из-за меня.
— Нет, блядь, это не так! — Огрызнулся Гибси, взбираясь по старой шаткой лестнице, чтобы присоединиться ко мне в недавно настеленном домике на дереве. — Мы уже проходили через это — этот парень был ходячим взрывом, Джонни! Весь дом был подстроен так, чтобы сгореть в ту минуту, когда этот псих зажег спичку, — продолжал разглагольствовать он. — Ты спас четыре жизни, парень. Четыре невинные жизни — пять, включая тебя. Не наказывай себя, потому что ты сделал для этой семьи больше, чем кто-либо другой.
— Я просто чувствую себя таким ответственным, — выдавил я.
— О, ты будешь нести ответственность, — парировал Гибси, прищурив глаза. — За то, что я сброшу тебя с этого гребаного дерева, если когда-нибудь снова услышу это дерьмо из твоего рта.
— Я просто…
— Ты не несешь ответственности!
— Но я…
— Хьюи, принеси мне молоток, — приказал Гибси. — Я собираюсь вбить немного здравого смысла в его большие глупые мозги!
— Это то, что я чувствую, парень, — огрызнулся я.
— Тогда все твои чувства испорчены! — Возразил Гибси. — Так что прекрати это!
— Прекратить это?
— Да. Прекрати, — прорычал Гибси. — Перестань так себя чувствовать. Это глупо. Это бессмысленно. Ты делаешь себя несчастным. Ты гребаный герой, и если ты не справишься и не возьмешь себя в руки, ты станешь мертвым героем, потому что я убью тебя, Джонни. Ты знаешь, что я это сделаю!
— Э-э, это, вероятно, не самая лучшая угроза, учитывая обстоятельства, Гибс, — вмешался Хьюи.
— Я знаю, каково это, Джонни, — рявкнул Гибси. — Я был там, поэтому могу сказать тебе остановиться. У меня есть право и опыт посоветовать тебе взять себя в руки. Ты сделал, что мог, и ты проделал чертовски хорошую работу. Теперь хватит. Перестань мучить себя. Жилище не изменит того, что с ней случилось. Все, что это изменит, — это то, что происходит с вами — настоящее и будущее времена.
Я долго смотрел на него через домик на дереве, прежде чем неохотная улыбка тронула мои губы. — Ты был бы чертовски ужасным консультантом, Гибс.
— Ты улыбаешься, не так ли? — выпалил он в ответ, криво усмехнувшись мне.
— Совершенно верно, — задумчиво произнес Фели с земли с молотком в руке. — Тебе это нужно?
— Это зависит от обстоятельств, — ответил Гибси, не сводя с меня глаз. — Мне что, придется вбивать в тебя немного здравого смысла, Джонни?
Я сокрушенно покачал головой. — Нет, ты уже сделал это, парень.
— Хорошо. — Гибси одобрительно кивнул. — И вот еще что должно произойти.. — Свесившись с ветки, он приземлился на ноги и потянулся, прежде чем снова повернуться и посмотреть на меня. — Мы собираемся закончить этот домик на дереве. Мы собираемся сделать это лучшее, что только можно вообразить, и вернуть улыбку на лица этих парней. А потом мы отправимся тренироваться, потому что ты будешь готов к встрече с этими ирландскими тренерами завтра утром.
— Гибс. — Я покачал головой. — Я не могу сейчас уйти…
— Ты пойдешь нахуй, Джонни Кавана, — сказал он, обрывая меня, — даже если мне придется привязать тебя к спине и отвезти туда самому! Это твое будущее, и ты не собираешься его выбрасывать. Я ни за что на свете не позволю этому случиться.
— Господи, — пробормотал я, потирая челюсть. — Когда ты успел так раскомандоваться?
Гибси пожал плечами. — Иногда Робин приходится брать инициативу на себя.
— Робин? — Хьюи рассмеялся. — Ты серьезно только что назвал себя Робином?
— Значит, Кэп — Бэтмен, а ты Робин? — Фели задумался. — Хм. Имеет смысл.
— У тебя полный пиздец с головой, —
