Роланд посмотрел на флуоресцентные лампы, и Коллинз кивнул.
— Да, да, у меня все электрическое. И камин с горячим воздухом, разве не здорово? Опять же, никто не присылает мне счет! Гении в сарае с другой стороны дома. Это «хонда», и он такой же тихий, как воскресное утро. Даже когда стоишь на крыше сарая, не слышно ничего, кроме «м-м-м-м-м-м». Запинающийся Билл меняет баллоны с пропаном и проводит техническое обслуживание, когда это необходимо, и за то время, что я здесь, такое случилось два раза. Нет, Джо лгун, он скоро умрет. Три раза, вот сколько. Три раза за то время, что я здесь.
— Кто такой Запинающийся Билл? — спросила Сюзанна, и ее вопрос прозвучал одновременно с вопросом Роланда: «Как давно ты здесь?»
Джо Коллинз рассмеялся.
— Давайте по одному, мои добрые новые друзья, давайте по одному, — он отставил палку, попытался снять куртку, перенес вес на больную ногу, зарычал, едва не упал. Упал бы, если б Роланд его не поддержал.
— Спасибо, спасибо, спасибо, — поблагодарил Джо. Хотя скажу вам, что это был бы не первая встреча моего носа с этим лернолиумом! Но, раз уж вы спасли меня от падения, на ваш вопрос я отвечу первым. Я попал сюда, Странный Джо с Одд'с-лейн, примерно семнадцать лет тому назад. И причина, по которой я не могу дать более точный ответ, в том, что здесь время ведет себя чертовски странно, если вы знаете, о чем я говорю.
— Мы знаем, — кивнула Сюзанна. — Можете мне поверить, знаем.
Коллинз уже освобождался от свитера, под которым находился еще один. Поначалу-то Сюзанне показалось, что старик толстый, а теперь он вдруг лишился большей части своего жира. Она поняла, что за жир принимала одежду. Коллинз, конечно, не был таким же тощим, как его лошадь, но и уж толстым его никто бы не назвал.
— Теперь Запинающийся Билл, — продолжил старик, снимая второй свитер. — Он — робот. Прибирается по дому, так же, как и обеспечивает работу генератора… и, разумеется, именно он расчищает дорогу. Когда я впервые появился здесь, он запинался на каждом втором или третьем слове. Что я буду делать, когда он окончательно сломается, ума не приложу, — впрочем, Сюзанне показалось, что такая перспектива нисколько его не пугает.
— Может, он выправится, раз уж Лучу теперь ничего не угрожает.
— Возможно, он протянет чуть дольше, но я чертовски сомневаюсь, что он выправится, — покачал головой Джо. — Машины не излечиваются, как живые существа, — он оставался уже в одной теплой нижней рубашке, и на том стриптиз закончился. Сюзанну это только порадовала. Ей хватила вида тощих боков лошади с выпирающими ребрами. И она не хотела смотреть еще и на ребра хозяина.
— Снимайте ваши пальто и леггинсы, — предложил Джо. — Через минуту-другую я приготовлю вам яичный коктейль или что-нибудь еще, по вашему выбору, но сначала хочу показать гостиную. Это моя гордость, да-да.
6
На полу гостиной лежал ковер, сплетенный из лоскутов, который бы неплохо смотрелся в доме бабушки Холмс, а рядом со столом стояло раскладное кресло, изготовленное компанией «Лей-зи-бой чэр». На столе лежали журналы, книги в обложке, очки, стояла коричневая бутылочка с Бог знает каким лекарством. Был и телевизор, хотя Сюзанна и представить себе не могла, какие же программы смотрит старина Джо (Эдди и Джейк, конечно же, сразу узнали бы видеомагнитофон, который стоял на полке под телевизором). Но что сразу привлекло внимание Сюзанны, да и Роланда тоже, так это фотография на одной из стен.
Она висела, чуть скособочась, и столь небрежное отношение к ней Сюзанна восприняла, как святотатство.
Потому что на фотографии запечатлели Темную Башню.
У Сюзанны перехватила дыхание. Она добралась до нее, не чувствуя узлов и утолщений ковра под ладонями, потом вскинула руки.
— Роланд, подними меня!
Он поднял, и Сюзанна увидела, что лицо у него смертельно бледное, за исключением двух ярко-красных кругов, которые горели на запавших щеках. Глаза Роланда сверкали. Башня стояла на фоне темнеющего неба, заходящее солнце окрашивало лежащие за ней холмы в оранжевый свет, окна-щели поднимались по бесконечной спирали. Из некоторых окон вырывался тусклый, загадочный свет. Она видела балконы, выступающие из темных стен через каждые два или три этажа, квадратные двери, которые вели на них, все закрытые. И запертые, она в этом не сомневалась. Перед Башней расстилалось поле роз, Кан'-Ка Ноу Рей, лежащее в тени, но все равно прекрасное. Большинство роз уже закрылись, приготовившись к встрече с ночью, но некоторые еще поглядывали на окружающий мир, словно сонные глаза.
— Джо! — голос Сюзанны громкостью чуть превосходил шепот. Она боялась, что вот-вот лишится чувств, ей казалось, что она слышит поющие голоса, тихие, едва доносящиеся до ее ушей. — Ох, Джо! Эта фотография…
— Да, мэм, — его определенно радовала ее реакция. — Хороший снимок, не так ли? Вот почему я и повесил его на стену. У меня есть и другие, но этот лучший. Сделан на закате, и тени словно тянутся вдоль Тропы Луча. В определенном смысле так оно и есть, о чем вы, я уверен, знаете.
У ее правого уха слышалось быстрое, натужное дыхание Роланда, словно он только что пробежал немалую дистанцию, но Сюзанна этого и не замечала. Потому что не только запечатленная на фотографии Башня наполнила ее благоговейным трепетом.
— Это же «Полароид» note 108!
— Ну… да, — Джо явно не понимал, чем вызвано ее волнение. — Полагаю, Запинающийся Билли принес бы мне и «Кодак», если бы я его попросил, но как бы мне удалось проявить пленку? А когда я подумал о видеокамере, вон то устройство под телевизором позволяет показывать отснятые пленки, я был слишком стар, чтобы сходить туда вновь, а моя кобыла стала слишком стара, чтобы везти меня. И все-таки я бы пошел, если бы смог, потому что это чудесное место, где живут призраки с добрыми сердцами. Я слышал поющие голоса давно ушедших друзей, отца и матери. Я…
Роланд застыл. Сюзанна почувствовала, как окаменели его мышцы. А потом отвернулся от фотографии так быстро, что у Сюзанны закружилась голова.
— Ты там был? — спросил он. — Ты побывал у Темной Башни?
— Действительно, побывал, — кивнул старик. — А кто еще мог сделать эту фотографию? Ансель гребаный Адаме?
— И когда ты ее сделал?
— В мою последнюю поездку туда. Два года тому назад, летом… хотя это низкие земли, вы, должно быть, знаете, и если снег когда-нибудь там выпадает, я его не видел.
— Как далеко отсюда?
Джо закрыл незрячий глаз, занялся подсчетами. Много времени на это у него не ушло, но Роланду и Сюзанне показалось, что он считает долго, очень долго. Снаружи завывал ветер. Старая лошадь заржала, словно возмущаясь этим воем. За стеклом в морозных узорах начал танцевать и кружиться падающий снег.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
