Викинг, но тут же растянула губы в приветливой улыбке. – Я тоже рада! И знакомству, и вообще… Сча челюсть на место поставлю – поболтаем.
Вдруг в камере рядом с ней появилось веселая физиономия Стаса:
- В следующем году наболтаетесь. Держи шампанское, сейчас куранты бить будут!
Глава 72. С Новым годом!
Женька посмотрела на часы и, торопливо ухватив с дивана пульт, включила телевизор. Ромка обновил ее бокал.
Через несколько секунд действительно раздался звон курантов. Он мчался над землей волшебной Новогодней мелодией, сказочным перезвоном бубенчиков на санях деда Мороза.
Женька вспомнила, что нужно загадать желание. Но почему-то в голову ничего путного не приходило. Самая главная, самая заветная мечта сбылась, а остальное казалось слишком мелким и недостойным того, чтобы просить о нем в чудесную Новогоднюю ночь.
И тогда Женька решила загадать, чтобы все были счастливы! То есть вообще все, совсем, абсолютно! Близкие-родные и совершенно незнакомые, юные-беспечные и взрослые-опытные, богатые и бедные, семейные и одинокие… добрые и злые! Потому что если самый злой человек будет по-настоящему счастлив, то он сразу исправится и перестанет делать окружающим гадости. По крайней мере, именно сейчас в это верилось!
А если человеку хотя бы раз в году хочется верить в чудеса, то кто же ему запретит?
С последним, двенадцатым ударом курантов, молодожены встали, соединили бокалы. Звон главных часов страны смешался со звоном хрусталя.
Женька отпила наливки, посмотрела в заснеженное окно. Она не знала, сбылось ли желание в глобальном масштабе, но на нее саму счастье налетело теплым вихрем, окутало невидимым плащом доброй силы.
Губ коснулись другие губы. Самые родные на свете! Ромкины.
Женька поставила бокал на стол, обняла Ромку за шею и полностью растворилась в этом сказочном новогоднем поцелуе.
Это было так нежно, чувственно, сладко-пресладко…
- Горько!! – заорал кто-то рядом. Еще и на два голоса: - Семь-восемь-двадцать!! Давайте еще раз, на бис!!
- Блин, камеру не отключил… - прервав поцелуй, виновато прошептал Ромка.
Женька оглянулась. Ее телефон стоял на столе, прислоненный к графину с компотом. С экрана смотрело четыре любопытных глаза, казалось, вот-вот наружу выпрыгнут!!
- С Новым годом, соседи! – улыбнулся Ромка и коснулся бокалом экрана.
- И вас с новым счастьем! – отозвалась парочка из телефона.
- Ромыч, что за дела?! – шутливо надула губы Викинг. – На три дня уехала на лыжах покататься, а он уже жениться успел! И с предками утром созванивалась – хоть бы намекнули.
- А из родни еще никто не знает! – весело признался Ромка. – Ни из нашей, ни из Жениной. Ты – первая. Остальным сегодня признаваться будем. Или завтра. Ты когда возвращаешься?
- Третьего.
- Отлично! Приглашаем на семейный ужин. Можешь своего парня тоже захватить.
- Конечно-конечно, он пойдет! – обрадовалась Викинг и повернулась к Стасу. – Правда, Станислав?
- Не уверен, - фыркнул тот. – Скорее всего - нет, у меня много работы. Также считаю, что мы пока недостаточно узнали друг друга, чтобы знакомиться с родителями. Ты мне даже фамилию свою не сказала!
- Илларионова! – коротко бросила Викинг. – Наденешь костюм и галстук, мама любит, когда мужчина представительно выглядит. И захватишь парочку своих международных дипломов – папе понравится.
Женька сжала губы, борясь с приступом смеха. Посмотрела на Ромку и поняла, что он тоже с трудом сдерживается, чтобы не заржать в голос.
- Виктория! – Стас надменно выставил подбородок вперед. – Попрошу запомнить, что все решения я принимаю исключительно сам. И никто не имеет права мне указывать. Понятно?
Женька напряглась. Она ожидала, что Викинг обидится, но та и бровью не повела.
- Как хочешь! – пожала она плечами и переключилась на брата: - Ромыч, хорошо, что ты в Москве! В одиннадцать нужно Полину встретить! А то кого ни попрошу – все не могут.
- Какую еще Полину? – недоуменно начал Ромка, но потом вспомнил: - А, эту, из Сочи…
- Да! Кольцо я продала, открыла ей карту, деньги туда перевела, - быстро пояснила Викинг. – Карту выслала на ближайшее почтовое отделение до востребования. Полина выкрала у мужа документы и купила билеты на поезд. Прибывает сегодня на Киевский вокзал. С ней ребенок и нянька.
- Нянька? – не понял Ромка.
- Тетка Матрена! – подсказала Женька.
Стаса явно напрягало обсуждение посторонних людей, и он потянул Викинга за руку:
- Виктория! Идем за стол, я есть хочу.
- Да-да! – с улыбкой закивала она и помахала рукой в экран: - Короче, Ромыч, разберешься! Номер вагона и телефон Полины скину тебе в личку. Еще раз с Новым годом, ребята! Увидимся.
Все мило попрощались и завершили видеозвонок.
- Викинг удивила, конечно! – Ромка положил на Женькину тарелку еще несколько картофельных долек и котлету. – Слышал, что у нее новый парень. Но ни за что бы ни подумал, что это Стас!
- Твоя сестра в его вкусе! – рассмеялась Женька. – У соседа на ноутбуке заставка была – брюнетка в ярком платье. Говорил, что это девушка его мечты. А внешностью барышня очень на Викинга похожа!
А потом, прижавшись щекой к Ромкиному плечу, задумалась:
- Но нелегко ей со Стасом будет – вредный он. Сам себе даже сахар в чае размешать не способен, зато требует, чтобы в отношениях он во всем главный был. А женщина должна ему полностью подчиняться, слушаться, в рот заглядывать. Викинг – девушка с характером, сразу видно. Даже удивилась, что она так спокойно на Стасовы загоны реагирует.
- Просто замуж надо! Срочно! – весело пояснил Ромка на ухо. – Врачи сказали, что ей до двадцати семи непременно родить надо, а то проблемы будут. А Викингу, как и мне, скоро двадцать пять, вот она и торопится. Но в спарринге Викинг против Стасика я ставлю на Викинга. Однозначно и всю сумму.
Он допил настойку, закусил соленым грибочком и мечтательно улыбнулся:
- Это и будет моя месть. Сладкая и неотвратимая.
- За что мстить? Ты же сам Стасу нахамил, получается! - возмутилась Женька. – В расчете! И месть – плохое чувство! Мелочное, подлое, недостойное! Ромка, ты же не такой! Не надо опускаться до мести, пожалуйста.
- Мое кресало несет в мир искры добра… – Ромка обнял ее и нежно чмокнул в нос. – Хорошо, Женечек, уговорила! Не буду низко наслаждаться чувством мести. Буду возвышенно радоваться счастью сестры! Впрочем,
