А музыка — не такая уж и большая проблема, тем более, здесь — на маленьком клочке пространства, запертом в кругах четырех стихий. Да тут все просто-таки пронизано магией! Достаточно активировать любое мелкое заклинание, и оно отразится многоголосым эхом от невидимых стен, вольется в сложный рисунок чар, станет такой же частью этого места, какой сейчас являются он и его Арэ. Так почему не попробовать? Они же решили экспериментировать. Осталось лишь вспомнить подходящую мелодию. Н-да… Вот только все попытки представить хоть что-нибудь похожее на названный Катериной стиль почему-то заканчиваются воспоминаниями о вечерних концертах Лилигрим. Она играла потрясающе… когда хотела. Нежные переливы, теплота и выразительность тембра…
Хранитель и сам не заметил, как вырванный из памяти образ обрел звуковое оформление, и в шум дождя с протяжным завыванием ветра начал вплетаться тихий голос призрачной скрипки. Певучий, полный разнообразных оттенков звук набирал силу, постепенно занимая лидирующее положение в оркестре четырех стихий. Девушка взглянула на мужа, благодарно улыбнулась и, прикрыв глаза, начала свой танец.
Ни грамма напряжения, ни тени смущения… лишь плавные движения обнаженного тела, покрытого редкой сетью рисунка. Поворот — и тонкие нити вспыхивают серебром на гладкой коже ее упругих бедер. Взмах рукой — и на кончиках расслабленных пальцев, словно сказочный мираж, появляются и исчезают голубые искры. Или это и сесть мираж? Зрительная галлюцинация его надежд на удачный исход затеи? Да какая, к демонам, разница, когда она кружится в хороводе стихий… для него. В волосах ее пляшут отсветы пламени, стена которого сомкнулась пылающим куполом над их головами. Ресницы девушки чуть подрагивают, но не спешат подниматься, на ее приоткрытых губах цветет чувственная полуулыбка, а на щеках по-прежнему играет румянец. Но теперь не от смущения, а от страсти. Ею наполнен каждый жест, каждый вздох, каждый изгиб ее грациозного тела.
Красиво…
Желание схватить жену в охапку и оттащить в шалаш прогрессировало, стремясь заткнуть доводы разума о том, что у этой тренировки несколько иная цель. Чтобы не пойти раньше времени на поводу у эгоистичных инстинктов, Арацельс отступил за границу внутреннего круга и принялся усиливать магический фон, незаметно объединяя энергию стихий воедино и замыкая ее на Арэ. Невидимые нити сплетались вокруг нее, образуя подобие ажурной паутины, к центру которой стекалась природная магия, смешанная с силой Хранителя. В отличие от жены, он мог без труда видеть призрачный рисунок нитей — сказывалась богатая практика и долгие годы обучения. Катя же должна была не столько видеть, сколько ощущать, как щедро делятся с ней своей энергией разные стихии. Магия кружила вокруг, ласкала ее фигуру, окутывала, обволакивала, проникала под кожу и растекалась по телу мягким голубоватым свечением. И искры, слетающие с ногтей Арэ, больше нельзя было спутать с миражом.
Идея работала! О том свидетельствовало как сияние, исходящее от девушки, так и атмосфера, установившаяся вокруг нее, а еще… резко возросший магический потенциал самой Катерины. Дар демона, что жил в ее крови, словно рыба, попавшая в свою естественную среду, начал постепенно успокаиваться и раскрываться. Это как летать в невесомости: достаточно легкого толчка, чтобы преодолеть дистанцию, которую при нормальной гравитации одним прыжком не покоришь. Если девушка сейчас сосредоточится, то сможет усилием мысли сотворить свои собственные ветер и дождь, огонь и… как она там сказала? Телекинез? Ну, что-то вроде. Просто потому, что в этот момент ее Сила едина с ней, она открыта для своего носителя и согласна сотрудничать. Только здесь, в этих условиях, но… с чего-то же надо начинать?
— Попробуй создать небольшое пламя, — довольно громко проговорил Арацельс.
— Но как?! — распахнув глаза, девушка резко остановилась и… пошатнулась. — Я не умею. Учить будешь, настааавник? — протянула она разочарованно и вдруг усмехнулась невпопад. — Только, чур, без применения плетей, прутов и прочего "обучающего" инвентаря, — сказала и снова качнулась, но устояла на ногах.
Арацельс застыл на месте, глядя на супругу, как на ненормальную. Впрочем… почему как? Что она за бред несет? Какие плети, какие пруты, и какого демона ее шатает?
Нити силы вокруг Катерины предупредительно натянулись, готовые в любой момент лопнуть. В музыке, льющейся отовсюду, проскользнула фальшивая нота, а над головой нервно колыхнулся огненный купол, нарушая внешний круг стихий. Этого еще не хватало! Не следовало с ней заговаривать, вырывая из транса. Ох, не следовало…
— Танцуй! — приказ, сорвавшийся с губ мужчины, заставил ее вздрогнуть. — Пожалуйста, Арэ, — гораздо мягче добавил собеседник и пояснил: — Похоже, твой танец влился в магический рисунок и стал его частью.
Угу, а еще он помогал ей удерживать тело в равновесии и сохранять единство с окружающей средой. Что же пошло не так? Почему она выглядит как… пьяная? Разрази его гром! Она же и правда пьяна! От переизбытка Силы и от ее доступности. А это с непривычки посильнее вина в голову ударяет. Да что там… это подобно наркотику. Девчонка сейчас сама за себя не отвечает. Н-да, лучше бы она продолжала просто танцевать.
— Танцуй, танцуй… — проворчала Катя себе под нос, делая пару пластичных движений, которые получались у нее гораздо лучше и ровнее, нежели простое стояние на месте, — танцую! А как пламя создавать? Не щелчком же… — она запнулась и снова застыла, с восторгом уставившись на свои пальцы, в которых действительно загорелся крошечный язычок пламени, а еще… с них просыпался ворох быстро тающих синих "светлячков". — Обалдеть! Я фея, ага. Фея с подсветкой. Что бы такое сотворить? — Пока Хранитель пытался утихомирить разволновавшуюся магию стихий, Арэ с азартом сумасшедшего ученого принялась активно щелкать пальцами, но… ничего не происходило. Даже несчастный огонек пару раз судорожно дернулся и погас, не выдержав такое некорректное с собой обращение, — Фиговая я фея, не могу обычную шоколадку наколдовать, — сокрушенно вздохнула девушка.
Хранитель поморщился, стараясь ослабить давление встревоженной магии, Катерина же будто не чувствовала этого, продолжая ставить свои опыты. Шоколада ей захотелось… надо же, придумала! Расщеплять предметы на мельчайшие частицы и создавать из них новые способны единицы из всей магической братии, что обитает в семи мирах. Это же особый Дар и высшая ступень мастерства. Даже среди Хранителей только один обладает подобным, что уж говорить о неопытной девчонке, которой вскружила голову Сила, ставшая на время ручной?
