не сраный низкосортный боевик, где герой раскидывает десятки и сотни плохих парней. В жизни все немного иначе. Кроме того, я подставлю абсолютно всех, кто мне сколько-нибудь дорог.
— Ты веришь ему? - Все, я снова полностью владею собой.
— Мы были бухие. Не уверен, что Олег вообще помнит тот разговор. Не знаю, почему запомнил я. Наверное, слишком охренел. Но правда это или нет - решать тебе. Это пиздец серьезное обвинение, чтобы я начал убеждать тебя в его правдивости. Хотя и хотел бы.
— Хотел бы для чего?
— Все просто, Сабуров. - Он пристально смотрит мне в глаза. - Я хочу мести. И мне посрать, что о ней говорят просветленные и болезные. Я хочу видеть, как Олег лишится всего и пойдет с протянутой рукой. И это минимум. Сам я, как понимаешь, провернуть такое не смогу. Но я готов помочь тебя его закопать.
— Почему ты пришел сейчас? Ты сказал, разговор был год назад. - Я все равно пытаюсь найти хоть какое-то оправдание, чтобы не верить в эту шнягу. Это слишком. Даже для Олега. Хотя в последнее время я столько узнал об этом человеке, что слово «слишком» в отношении него приобретает совершенно другой смысл.
— Ты же пропал, долгое время мы вообще не знали, что ты и где. Да и не поверил я тогда Олегу, не буду врать. Мы же все друзьями были... ну, я так думал. Да, гандон он еще тот, но друг же.
Сергей снова разводит руками и виновато улыбается.
— А недавно мне моя благоверная раскрыла глаза на то, какой мой друг отличный любовник, как качественно он ее трахает, и как глубоко она у него отсасывает.
— Они спали? - не так чтобы это сильно удивительно после их совместных финансовых махинаций, но все же.
— Очень на то похоже. Я же и импотент, и в постели ее не устраивал, и вообще она со мной всегда была только из-за сострадания, ну, и немного из-за денег. А потом, как только на горизонте появился настоящий мужик, так сразу под него и улеглась. Я когда все это слушал, не знаю, как только удержался, чтобы не придушить ее. Хорошо сидели в кафешке, я так и не понял, что ей было надо. Сама встречу назначила... может того и добивалась, чтобы руки в ход пустил. Но наговорила столько, что хоть в петлю лезь. А потом дома начал соображать, стыковать одно и другое, вспоминать... и как-то пазл начал сходиться. И тот наш бухой разговор вспомнился. И что-то уже такой дичью не показался, как поначалу.
— Чего ты хочешь?
— Разотри его в порошок. А я расскажу все, что знаю о его схемах.
— И это все?
Сергей хмурится, явно не понимая, что я от него хочу услышать.
— Скажи, чем могу еще помочь, - уже даже почти миролюбиво, предлагаю я.
— Я не об этом. Твоей информации будет достаточно. Я о твоих желаниях.
— Бочку варения и ящик печения? - усмехается он. — Если ты о деньгах, то нет.
— Совсем нет? - а вот это действительно удивительно.
— Знаешь, опять же, верить или нет, твое дело, но я в последнее время не скажу, что поумнел. Напротив, полным идиотом себя чувствую. Но как-то много думаю. Скажу банальщину: такое ощущение, что всю жизнь и делал не то, и общался не с теми. Бежал куда-то, торопился. Заработать побольше, потратить поширше. Машина, дом, цацки всякие, шмотки, жратва премиумная... А сейчас оборачиваюсь, а вокруг никого, с кем бы просто поговорить можно было. Ты только не подумай, что я жалуюсь. Вообще нет.
Он замолкает и смотрит на детскую площадку.
— Береги своих, - говорит неожиданно чуть дрогнувшим голосом. – Эта тварь тебя в покое не оставит, сам понимаешь. - Он снова смотрит на меня. - И не прими за наставление. Я реально от чистого сердца. Жена у тебя молодец большая. Хорошая. Ты не подумай, мы только немного поболтали. Ни о чем. Не позволь ему с ней сделать то же, что и с Юлей.
Он не называет имя «его», но это и не требуется. Оба понимаем, о ком речь.
— А ты? — намеренно пропуска мимо ушей упоминание Юли. Этот вопрос я уже положил в укромный чулан своего сознания и вытащу ровно тогда, когда придет время. А оно обязательно придет. — Не боишься за собственную безопасность?
— Ссыкотно, конечно, - смеется Сергей. - А если серьезно, знаешь, уже как-то плевать.
— Махнул на себя рукой?
— Да нет, вроде . - Дергает плечом. - Хотя, как уже сказал, были такие мысли. Пожить еще хочется. И хочется хорошо пожить. Только не так, как раньше. Не знаю еще, как. Но иначе.
— Смотри, в монастырь только не уходи.
— Про женский шутить не будем, - хмыкает Сергей.
— Не будем, - соглашаюсь я и протягиваю руку для пожатия. - Ладно, мужик, давай закопаем эту тварь.
Глава восьмидесятая: Юпитер
Глава восьмидесятая: Юпитер
Я с опаской смотрю на телефон, который вчера разрывался от телефонных звонков - со знакомых и нет номеров - а сегодня молчит, как будто ему отбили динамик.
Сука.
Когда я успел так просчитаться?
Смотрю на свои лежащие на руле какого-то стремного старого китайского самоката, на который пришлось пересесть после того, как вчера вечером мою машину пасли сразу с двух сторон. Хорошо, что мой Паша, мой водитель, натасканный перец и смог оторваться. Правда, завез меня в такие ебеня, что я даже с навигатором не сразу понял, где мы и как отсюда выбираться. Правда, на этом Пашина верность закончилась: сказал, что он пас, что его баба родила месяц назад и он должен думать о семье, а не о том, что его сын станет сиротой еще до того, как скажет первое слово. Но напоследок все же согласился «помочь» и продал за мой новенький швейцарский хронометр, тачку своего отца, которая стояла на приколе в соседнем поселке. А еще говорят, что не бабло всем рулит.
На всякий случай еще раз осматриваюсь, чтобы убедиться, что в этом зассаном переулке меня точно не поджидает сюрприз и заруливаю внутрь. Какой-то старый двор, похожий на тот, в котором я провел свое детство - нищее и голодное. Никогда не думал, что придется снова возвращаться в
