не покидать своих домов в темное время суток, восприняли его со сдержанным одобрением, то Отряды Контроля поначалу просто не восприняли слова Компаниса всерьез. Привыкшие к тому, что полиция зачастую предпочитает не замечать их «прогулок», они беспечно посчитали, что власти и в этот раз не посмеют их тронуть, а потом сильно удивлялись, видя наставленные на них стволы винтовок и слыша требование сложить оружие.
Сдавались, правда, лишь те, кто был вооружен дубинками и тому подобным холодным оружием, имевшие же при себе пистолеты и винтовки чувствовали себя заметно храбрее и активно сопротивлялись попытками их арестовать. С такими патрули Национальной Республиканской Гвардии не церемонились, без второго слова открывая огонь на поражение. Впрочем, подобных стычек со стрельбой было немного, Отряды Контроля быстро сообразили, что ситуация поменялась, и, шустро прекратив свои «прогулки», разбежались по базам.
- Вот, собственно, и все, что произошло в Барселоне за последние сутки, - закончил Павел Анатольевич. - Вчера вечером гвардейцы с кем-то пару раз пострелялись, а потом - тишина. Теперь вот сидим и ждем дальнейших новостей!
Максим только головой покачал, удивляясь тому, как же много он вчера пропустил. Но, не успел он до конца «переварить» вываленные на него новости, как на него обрушилась еще одна!
По радио вновь выступил Компанис, сообщивший на этот раз, что сегодня утором из Валенсии в Барселону прибыли представители центрального правительства в лице министра юстиции Хуана Гарсии Оливера и министра здравоохранения и социальной помощи Федерики Монтсени. Вместе с министрами-анархистами прибыли еще и члены исполнительного комитета Всеобщего союза трудящихся Карлос Эрнандес и Паскуаль Томас, а также срочно вызванный в Барселону с Арагонского фронта генерал Себастьян Посас. Это и были столь ожидаемые Компанисом посредники в переговорах с анархистами.
Сообщив о прибытии представителей центрального правительства, Компанис обратился ко всем политическим силам Каталонии с требованием прислать своих делегатов на переговоры, которые начнутся завтра ровно в полдень. Президент Женералитета гарантировал делегатам безопасность и возможность беспрепятственно покинуть переговоры в любой момент, отметив при этом, что отказавшиеся от переговоров будут автоматически считаться врагами как Каталонии, так и всей республики.
Чуть позже вернувшийся из дворца Женералитета Сергей Михайлович Шпигельглас дополнил обращение Компаниса одной весьма забавной подробностью. Несложно было догадаться, что двух министров в охваченный народными волнениями город без охраны никто бы не отправил, но юмор ситуации заключался в том, что в качестве охраны с ними был отправлен… батальон войск НКВД! Как товарищу Артузову удалось провернуть такой фокус, оставалось загадкой.
- Ну вот и все, - произнес Шпигельглас. - Задачу по наведению порядка в Барселоне можно считать выполненной.
- Вы уверены? - спросил Павел Анатольевич.
- Да, товарищ Судоплатов, уверен, - кивнул Шпигельглас. - Разумеется, впереди еще переговоры и ликвидация тех, с кем не удастся договориться, но это уже работа для полиции и Национальной гвардии.
- А мы разве не будем помогать зачищать несогласных? - поинтересовался Белов.
- При необходимости в ликвидации будут принимать участие войска НКВД, - ответил Шпигельглас. - У нас же осталась еще одна задача, которую нужно выполнить!
7 мая 1937 года. 12:30.
Дворец Женералитета. Барселона, Площадь святого Иакова, дом 4.
Обращение президента Компаниса вызвало большой переполох в успокоившемся было городе. Ультиматум был выдвинут, и всем политическим силам теперь нужно было решить, как на него реагировать.
А реагировали, нужно сказать, все по-разному. Если профсоюзы, входящие в НКТ, уже смирились с тем, что им придется идти на соглашение с Женералитетом, и даже подготовили меморандум со своими требованиями, то для других политических организаций ультиматум Компаниса оказался полной неожиданностью.
Наиболее бурно реагировали, разумеется, анархисты из ФАИ. И пусть секретарь ФАИ Хуан Мануэль Молина, имевший отменный нюх на неприятности, поспешил сам занять нейтральную позицию и теперь призывал к этому и остальных, но послушались его далеко не все. Многим оказалась ближе позиция лидера Отрядов Контроля Хосе Асенса, призывавшего брать в руки оружие и выступить против продавшегося центральному правительству Женералитета, стремящегося подавить настоящую свободу граждан. С дисциплиной у анархистов всегда было так себе.
Не было согласия и в рядах ПОУМ. Центральный комитет партии, заседавший уже второй день, никак не мог выработать единой позиции по поводу своих дальнейших действий. Однако, на переговоры своего делегата они все же решили послать.
И вот, наконец, наступил день переговоров. С самого утра площадь святого Иакова была оцеплена силами Национальной Республиканской Гвардии, не пускавшей на нее желающих устроить там митинг. Прибывавших же делегатов свободно пропускали на площадь, где их встречали гвардейцы и провожали в зал заседаний, а водителей их автомобилей просили покинуть площадь. Такие меры безопасности были приняты для того, чтобы избежать конфликтов между представителями разных политических сил, далеко не всегда ладивших друг с другом.
Для переговоров был выбран просторный зал с большим столом в форме буквы «П», за «шапкой» которого разместились представители центрального правительства и Сергей Михайлович Шпигельглас, приглашенный на переговоры в качестве наблюдателя и явившийся в сопровождении Розы Веласкес, выполнявшей при нем функции переводчика. За «ножками» же расположились представители Женералитета и политических организаций Каталонии, оказавшиеся, таким образом, друг напротив друга.
Женералитет на переговорах представляли президент Компанис, советник по обороне Франсиско Исглес, советник по внутренней безопасности Артеми Айгуаде Миро, советник по труду и общественным работам Рафаэль Видиелла, представлявший также местное отделение ВСТ, и генерал Себастьян Посас. От Национальной Конфедерации Труда на переговоры явился Мариано Родригес Васкес, являвшийся не только региональным, но и национальным секретарем НКТ, сопровождаемый лидерами нескольких наиболее уважаемых профсоюзов. Федерацию анархистов Иберии представлял
