третию Адмиралтейские, Литейную, Рождественскую, Московскую, Каретную, Васильевскую и Выборгскую было сделано в 1782 году, устройство же Нарвской части последовало только в 1810 году.
В предместьях определялось строить дома: на набережной Невы – каменные, не менее как в два этажа, а по Фонтанке можно было делать и деревянные, но не иначе как на каменном фундаменте. Весь берег Фонтанки был занят садами и загородными дачами вельмож того времени.
Первый деревянный мост через Фонтанку был Аничков, сделанный в 1715 году; название он получил от примыкавшей к нему Аничковской слободы, построенной подполковником М. О. Аничковым; позднее, в 1726 году, Аничков мост был подъемный, и здесь был караульный дом для осмотра паспортов у лиц, въезжающих в столицу.
Аничков мост перестраивали в 1742 и 1749 годах; тогда его утвердили на сваях, на которых он простоял 34 года. В царствование Екатерины II Аничков мост был уже каменный, в два свода, из дикого тесаного камня; между сводами был подъемный мост, с черными каменными башнями, в 3 сажени вышины; на мосту находились четыре колонны с восемью фонарями на железных рукавах; начали его строить в 1783 году и окончили в 1787 году. Вместе с ним было выстроено семь других каменных мостов.
В нынешнем виде Аничковский мост выведен в 1841 году и украшен колоссальными бронзовыми группами, вылепленными и отлитыми бароном П. Клодтом. Открыт он был в день восшествия на престол императора Николая.
Первый же исторический мост в Петербурге был Петровский, на речке Ждановке, – он соединял Петербургский остров с крепостью.
После него было выстроено еще три моста на Фонтанке, и затем, уже в 1739 году, стало вдруг в Петербурге сорок мостов; все эти мосты были тогда безымянные.
Где стоит теперь дворец великого князя Сергия Александровича (бывший дом кн. Белосельских), в Елисаветинское время находился дом князя Шаховского; рядом с ним было Троицкое подворье, затем дом гоф-интенданта Кормедона, купленный после Бироном и при Елисавете конфискованный и отданный духовнику императрицы Дубянскому, теперь дом Зиновьева; напротив, на другой стороне Фонтанки, стоял на углу, где теперь кабинет Его Величества, двор лесоторговца Д. Л. Лукьянова, купленный Елисаветою в августе 1741 года для постройки Аничковского дома для графа Алексея Григорьевича Разумовского. Ранее этого Елисавета подарила Разумовскому дворец, в котором сама жила до восшествия своего на престол; дворец этот был известен под именем «Цесаревнина», находился он на Царицыном лугу, недалеко от Миллионной, на месте нынешних Павловских казарм.
По принятии двора Лукьянова в казну императрица приказала гоф-интенданту Шаргородскому, архитектору Земцову и его гезелям[333], чтобы они «с поспешением» исполняли подготовительные работы; вскоре после того начали вбивать сваи под фундамент дворца, делать гавань на Фонтанке и разводить сад. Спустя три года были представлены императрице архитектурии гезелем Гр. Дмитриевым для апробаций 16 чертежей дворца. Елисавета одобрила планы, и постройка больших каменных палат была начата. Главным наблюдателем над работами был назначен граф Растрелли. Отделка дворца продолжалась до 1749 года. В 1746 году Елисавета приказала на крыше палат поставить два купола: один с крестом, на Невском, где будет церковь, и для симметрии на другой противоположной части дворца на куполе утвердить звезду. Железный крест, четырехаршинной величины, был сделан на сестрорецких заводах; на золочение креста пошло 1 фунт 68 золотников червонного золота, или 202 иностранных червонца.
Аничковский дворец был очень большой, стоял он в те времена на открытом месте, в вышину был в три этажа и имел совершенно простой фасад. На улицу выходил на сводах висячий сад, равный ширине дворца. Другой обыкновенный дворцовый сад и службы занимали все пространство до Большой Садовой и Чернышева моста, т. е. все места, где теперь находится Александрийский театр, Екатерининский сквер, Публичная библиотека, здания театральной дирекции и дом против него, который принадлежит Министерству внутренних дел, по Театральной улице. Подъезд со стороны Фонтанки, теперь не существующий, в былое время давал возможность подплыть на лодке к ступеням дворца. Впрочем, и в то время главные ворота были так же, как и теперь, с Невского проспекта.
На месте Александрийского театра стоял большой павильон, в котором помещалась картинная галерея Разумовского, а в другой комнате, напротив в том же павильоне, давались публичные концерты, устраивались маскарады, балы и проч. За дворцом шел вдоль всего Невского пруд с высокими насыпными берегами, и против нынешней Малой Садовой бил фонтан. Нынешняя решетка Аничковского дворца, говорят, сделана по рисунку прусского короля Фридриха-Вильгельма III.
Долгое время, еще в тридцатых годах текущего столетия, видны были фрески работы Гонзаго на полуобвалившихся стенах садовых павильонов, и у решетки на Невском проспекте держался еще небольшой храмик Фемиды.
Где стоит Публичная библиотека, был питомник растений, назади шли оранжереи, по Садовой улице жили садовники и дворцовые служители, а на углу, против Гостиного двора, стоял дом управляющего Разумовского, Ксиландера.
На другой стороне, на углу Невского и Большой Садовой улиц, находился дом Ив. Ив. Шувалова, в то время только что оконченный и назначенный для жительства саксонского принца Карла. Шувалову принадлежал весь квартал, образуемый теперь двумя улицами – Малой Садовой и Итальянской.
В этой же местности, где теперь дом Министерства финансов, помещалась Тайная канцелярия при Елисавете, и затем при Екатерине II Комиссия нового уложения.
При переделке последнего здания, в сороковых годах нынешнего столетия, здесь были открыты неизвестно куда ведущий подземный ход, остовы людей, заложенных в стене, застенок с орудиями пыток, большой кузнечный горн и другие инквизиторские ужасы, будто целиком выхваченные из таинств Удольфских г-жи Ратклиф.
В 1747 году, 4 декабря, Елисавета указом повелела выстроить церковь в новостроящемся дворце, что у Аничкова моста, во имя Воскресения Христова, в больших палатах, во флигеле, что на Невской перспективе. Работы по устройству церкви продолжались до конца 1750 года, под надзором графа Растрелли. Место для императрицы было поручено сделать столярному мастеру Шмидту, по рисунку Баджелли, резная же работа была отдана мастеру Дункорту.
В 1751 году церковь торжественно освящена в честь Воскресения Христа Спасителя[334] всеми жившими тогда в Петербурге архиереями-малороссами, приятелями графа А. Г. Разумовского. Императрица и весь двор присутствовали на освящении храма.
Церковь занимала второй и третий этажи флигеля, выходящего на Невский. Иконостас был тоже трехъярусный, вызолоченный, богатой резьбы, вышиною в 5 сажен, шириною в 1 сажень 2 аршина 10 вершков. В настоящее время он находится в верхней церкви Владимирской Божией Матери, вместе с образами и Евангелием, взятыми из Аничковского дворца; только Царские врата теперь заменены новыми.
Елисавета, как известно, никогда не жила в Аничковском дворце, но, как гласит
