Почему все это произошло в один и тот же роковой день? Не сразу удалось сопоставить все части головоломки и понять, что произошло, почему последствием передачи стало такое насилие. И, очевидно, оно еще не закончилось.
– «Уоррен», – сказала Тор, – может, на нас неспроста напали, как только ты скрылся за астероидом.
Ответ она получила не сразу: мозг корабля анализировал возможности. Тор не могла на миг не возгордиться – она была способна мыслить быстрее.
Если я правильно вас понял, капитан, вы намекаете на то, что ФАКР меня боится. Больше, чем должен его бояться я?
– Это могло бы объяснить, почему он дождался, пока ты не скроешься из виду, прежде чем стрелять по нас с Гэвином. Если он решил, что ты слишком силен, чтобы бросить тебе вызов… вероятно, ты можешь подойти и забрать нас.
– Аминь, – заключил Гэвин. И, прежде чем Тор выговорила ему, погрузился в радиомолчание.
Если только в намерения машины не входило привести нас именно к такому заключению, – продолжал рассуждать мозг корабля. – Еще одна причина, почему мне не стоит трогаться с места.
Легкий щелчок сообщил Тор, что «Уоррен» перешел на шифрованную передачу.
Я только что установил двустороннюю связь с кораблем «Абу Абдаллах Мухаммед ибн Баттута». Он всего в трех световых минутах от нас.
Наконец удача! Тор неожиданно перестала чувствовать себя одинокой.
Она постаралась умерить свой энтузиазм. Даже используя фузионно-ионный двигатель, большому, хорошо вооруженному крейсеру придется несколько недель маневрировать, чтобы выровнять орбиты и приблизиться физически. Но все равно его экипаж может помочь, по-другому. Тор снова проверила, включена ли шифрованная связь, и запросила «Уоррен Кимбел»:
– Может ли «Ибн Баттута» включить свои сенсоры?
У этого корабля превосходное оборудование. Согласно последним данным они уже настроили сенсоры, направив на нужную область – ту, откуда пришел смертоносный луч; это каменные дебри примерно в пяти километрах отсюда, двадцать градусов по вращению от направления к северу. Им нужно несколько минут, чтобы нацелить оборудование. И еще у нас временной лаг. Пожалуйста, терпеливо ждите.
– Попроси их не включать активный радар, – попросила Тор. – Пусть ФАКР пока не знает о них.
Я передал вашу просьбу. Возможно, они получат ее вовремя и не пустят в ход свой луч. Пожалуйста, потерпите.
На этот раз Тор промолчала. Минуты шли; она смотрела на небо, которое медленно поворачивалось над ней. Земли и Солнца не было видно, но она могла различить на фоне созвездия Змееносца Марс цвета светлой охры; Марс не мерцал.
«На север и повернуть… – рассуждала она. – Примерно вот здесь…»
Тор не видела никакого блеска в «каменных дебрях», которые, вероятно, состояли из углеродистых пород, поглощающих свет и не отражающих его. Хорошее укрытие. Гораздо лучше, чем у нее. Быстрый подсчет подтвердил ее опасения.
При нынешней скорости вращения эта балка вскоре перестанет меня защищать.
Осмотревшись, она увидела несколько лучших укрытий, среди прочего пропасть внизу, где в вечном безмолвии лежали мертворожденные звездные корабли. К несчастью, чтобы перескочить к этим укрытиям, требовалось слишком много секунд. В которые она будет легкой добычей.
Да зачем вообще ФАКРу в нас стрелять?
Боевые устройства все еще оставались загадкой. С самой Ночи Лазеров они по большей части молчали. За все годы, пока человечество осторожно покидало родную планету и начинало осматривать края пояса, Тор могла припомнить всего несколько случаев обнаружения смертоносных древних машин, выпускавших свои смертоносные лучи, главным образом чтобы уничтожить какой-нибудь сверкающий кристалл; они еще стреляли друг в друга, но иногда с гибельной точностью подбивали и земные корабли, причем без очевидных причин.
Вооруженные корабли, направленные сюда для обследования, не сумели найти стрелков. Несмотря на огромные награды, предложенные за живого или мертвого ФАКРа, все эти машины всегда словно исчезали – или слишком хорошо прятались, когда появлялись люди.
Наконец мы пришли к выводу, что они все еще ведут последнюю битву, которая когда-то давным-давно развернулась в Солнечной системе. Уцелевшие, те, кто заключил сделку с дьяволом – межзвездными кристаллами. Боевая машина может уничтожить соперников для той или иной фракции кристаллов. Эта фракция расплатится за помощь, когда завладеет местной цивилизацией. В обмен на помощь ФАКРы могут поучаствовать в насаждении новых порядков.
Биологи проводят ясную параллель с тем, как ведут свою пагубную работу некоторые природные болезни, когда вирусы и бактерии прокладывают друг другу дорогу. Один экзосоциолог утверждал, что Последнюю Машину Войны – той самой войны, что опустошала Солнечную систему десятки миллионов лет назад, – запустило прибытие межзвездных кристаллов-вестников.
Когда стало казаться вероятным, что Гаванский артефакт без всякого соперничества завоюет человечество, прочие фракции космических посланцев все поставили на то, чтобы привлечь наше внимание, принеся в жертву свои части для устройства подземных взрывов «приходите-забирайте» либо пролетая над нашими головами и испуская рискованные сигналы «я здесь». Но эти боевые машины, ФАКРы, ждали здесь долгие эпохи, чтобы сразиться за одну фракцию кристаллов против другой. Помочь одной фракции быть услышанной… и уничтожить остальных, помешать им вести свое рекламное вещание.
Все это укладывается в схему Дарвина… так говорят лучшие умы, добавляя: у эволюции свирепая логика.
Но что выигрывает эта штука, стреляя по нас?
Следя за вращением, Тор понимала, что есть другой, более важный вопрос:
Как я отсюда выберусь?
Недостаточно просто обогнуть ползком древнюю балку, узкую и дырявую. А положение Гэвина, вероятно, еще хуже.
Надо что-то предпринять, и поскорей.
– «Уоррен», «Ибн Баттута» просканировал каменные обломки?
Да, Тор, с помощью пассивных телескопов. Результаты неокончательные. Замечены каменные обломки и песчаные облака и обнаружено с полдюжины аномалий, которые могут служить укрытием для стрелявшего. С помощью активного радара можно было бы уловить резонанс обработанного металла…
– Или спутать его с никелевым метеоритом. А стоит им только включить активные лазеры, как эта проклятая штука поймет, что у нас есть союзник. И поменяет место задолго до того, как обратный сигнал дойдет и корабль сможет пустить в ход оружие. Шесть световых минут туда и обратно – огромный промежуток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
