Каждый угол кажется неродным, незнакомым, чуждым, каждая комната таит свои секреты.
Как мы до этого дошли?
Когда мой любимый, добрый, чуткий, понимающий отец превратился в далёкого и незнакомого интригана? И почему я при всей своей проницательности никогда не замечал за ним склонности к составлению многоходовых комбинаций?
Хмыкнул. У меня–то эти склонности были! Теперь нет смысла гадать, откуда. Как говорит моя принцесса: «Яблочко от яблоньки недалеко падает».
И ведь как хорошо всё продумали! И растили меня… Ещё один эксперимент огненных тёмных.
Детство моё было не самым простым. Тогда я был уверен, что всех драконов заставляют с пелёнок бесконечно тренироваться и учиться, но с появлением Алессаль с её бесконечными расспросами всерьёз задумался, так ли это; навёл справки. Удивиться не удивился, но оправданий родителям нашёл предостаточно. Я был лучшим из лучших, меня хватили преподаватели, мной восхищались сверстники. Причин для подозрений я не видел, меня всё устраивало. Особенно, когда после прохождения обряда я смог принять стихийного дракона, и он оказался куда более сильным, чем у действующего правителя.
Всё сразу встало на свои места. Меня готовили на эрмидский трон. И я был не против. Готовился к правлению неспешно, тщательно разбираясь в политических течениях, подтягивая экономику и прочие необходимые будущему правителю знания.
Но это я так решил, а на самом деле закрученная интрига была куда сложнее, и одним Эрмидом не ограничивалась. Сегодня Модес Аракаш Нанд позволил мне прикоснуться к истинной истории, и все приобретённые знания засияли новыми гранями. Именно поэтому я первым делом направился к отцу.
Он работал в кабинете, у окна сидела с книгой по заклятиям Беарра, его истинная. Выглядели они мило и по–домашнему, хотя я знал, что семья тигрицы вовсю сопротивляется их отношениям. Только толку? Они всё равно вместе, не могут и не станут жить по отдельности, это невозможно.
Деликатная Беарра удалилась сразу после обмена любезностями, предупредив, что пришлёт служанку с едой и напитками, это было совсем не лишним — я не помнил, когда в последний раз ел и спал, помогая отцу Алессаль. Живот радостно заурчал, выдавая моё состояние отцу.
— Сперва еда, затем разговор, — сурово заключил он. — Я бы добавил ещё сон, но по твоему виду предполагаю, что бесполезно.
— Так и есть, у меня много дел. Некогда.
— Как и все стихийные драконы ты думаешь, что раз восполняешь силы во время путешествий между мирами, то и отдыхать не нужно, но забываешь о главном — физическое тело требует сна, еды, воды и без них может истощиться и умереть.
— Помню. Но пока запаса прочности хватает, — ответил твёрдо. Сам же в очередной раз подумал, что за это стоит благодарить отца, который лично занимался моими здоровьем и физической подготовкой. И не важно, ради великих целей или для моего блага, факт налицо — он со всей ответственностью подошёл к делу, и я вырос здоровым, сильным, хорошо тренированным. Для меня это безусловный плюс.
— Я не стану читать тебе нотаций, лишь попрошу не усердствовать чрезмерно и помнить о безопасности. Стихийный дракон не сможет жить в слабом теле.
Кивнул. Отец был прав, я близок к истощению, стоит воспользоваться его заботой и дать себе отдых в безопасности родного дома. Но Алессаль… Нет, я должен закончить с Орином, чтобы не волноваться о ней.
Нам подали еду, и мне стоило немалых усилий есть медленно. Я тревожился за истинную, хоть и понимал, что ей нужно время переварить информацию. Ей и Маэстро, который потихоньку всё расскажет и объяснит. Так, чтобы мы не навлекли на себя гнев повелителя и выжили.
За кофе отец кивнул, позволяя начать разговор, и я не медлил ни мгновения.
— Мы никогда не говорили с тобой об этом прямо, но я считал, будто мне уготовлено править драконами, готовился занять место Орина. Сейчас я понимаю, что всё не так однозначно. Я хочу понять, что конкретно вы задумали и какова моя роль в вашем плане межмирового масштаба, — проговорил откровенно. — Если при этом ты объяснишь итоговую цель всей задумки, буду благодарен.
Отец сделал глоток кофе и отставил чашку, как всегда делал, концентрируясь.
— Что тебе известно о повелителе огненных тёмных? — задал он вопрос.
Я оказался в сложной ситуации. У меня было несколько версий событий, где драконы и огненные тёмные были как по одну сторону баррикад, так и по разные. По всему выходило, что я ненароком могу предать доверие одной из сторон.
— Подозреваю, что я знаю о нём ровно столько, сколько мне позволили знать, — ответил уклончиво.
— Тогда, думаю, я знаю, с чего начать, — кивнул отец. — К слову, тебе известно его полное имя?
— Да.
— Модес Аракаш Нанд, — озвучил отец без страха и сомнений. — Думаю, тебе не составит труда перевести каждое из этих слов с древних наречий, я тебя этому обучал.
— Нанд — правящий, правитель, но это любому ясно. Модес — созидатель, творец, а Аракаш — главное имя демонического мира Рошарш–та–ану, где каждая буква и каждый слог имеет своё значение, — воскресил я в памяти познания. — Яркий, сильный лидер, стремящийся к изменениям, — попытался перевести я, но заметил, как отец изогнул бровь, намекая на ошибку. — Не стремящийся к изменениям, а выносливый и принципиальный лидер, неспешно, но неуклонно заставляющий мир меняться под его желания, верно?
— Пока да. Теперь слоги и тоны.
Это было куда сложнее, в слогах каждое сочетание букв имело своё значение, а я, признаться, давно не освежал знания, тоны и ударения в древних языках — вообще отдельная история. Написанное имя можно было произнести сотней вариаций, например, растянув одну гласную, усилив её ударением, произнеся восходящим, понижающимся или и вовсе падающим звуком.
Потребовалось больше времени на ответ, но, кажется, я справился.
— Сильный воин, учение и познание, просветление, жестокая справедливость.
— А теперь представь, что это не демоническое имя, а драконье. Как бы оно звучало?
Посмотрел на отца недовольно. Кажется, я начинаю понимать Алессаль,
