Быстрый и звонкий стук каблучков выудил меня из глубоких раздумий. В гостиную стремительным вихрем влетела Беллатриса Лестрейндж.
— Леди Лейстрейндж, вы как всегда очаровательны, — склонил голову я.
— Вы как всегда учтивы, лорд Принц.
В этот раз Беллатрис не пришлось выдавливать это «лорд Принц» из себя. А руку для поцелуя она и вовсе мне сама протянула. Н-н-да, что-то не то творится с этим миром. Беллатрис Лестрейндж, не в обиду ей сказано, очень плохая актриса. Любит она или ненавидит, но делает это страстно, до умопомрачения. А метка Волди еще и каким-то образом усилила эту ее черту: страсть стала одержимостью, а умопомрачение — безумием.
Однако перемены в поведении Беллатрисы указывают на то, что эти чистокровные снобы приняли меня в свой круг. Действительно решили, что все произошедшее хитрый план Принцев? Ну, со стороны это вполне может так выглядеть. Древний род восстает из небытия, как чертик из табакерки, и начинает стремительно усиливаться. Тут есть о чем подумать даже самому предвзятому из чистокровных магов.
Не удивлюсь, если скоро пойдут слухи о том, что мой настоящий отец вовсе не магл. Хм… может стоить самому нечто подобное распустить?
— Лорд Волдеморт готов вас принять, лорд Принц.
В этот раз мне даже досталась от Беллатрис настоящая, пусть и немного чопорная, но уже не вымученно-вежливая улыбка. А мне даже ее получить со стороны Беллатрисы Лестрейндж было маленьким подвигом. Нет, с этим миром явно что-то не то.
Волдеморт ожидал меня в своем любимом полутемном зале, единственным источником света в котором был горевший в камине огонь. Он был все также вежлив, спокоен, собран, ленив и даже равнодушен.
Маски! Все мы носим маски. Иногда мы носим их так долго, что уже и сами забываем скрытое за ней.
— Рад видеть вас лорд Принц. Удивлен, что вы нашли время со мной встретиться. Вы у нас в последнее время в центре внимания. Поздравляю вас с помолвкой. Неожиданное решение, но прекрасная партия.
А вот и первый укол. Последние слова читай как «юный наглец, как ты мог скрыть от меня информацию об обретенной!»
— Спасибо, лорд, — равнодушно кивнул я.
— Может быть вина?
Чем мне нравится Волди, так это тем, что он не сторонник портить хорошие напитки магическими зельями. Это отличает его в положительную сторону от нашего «любимого» директора.
— Не откажусь.
— Белла, будь любезна.
Разумеется Беллатриса не стала сама бегать по винным погребам особняка Лестрейнджей, а вызвала домовых. Но это ее не спасло. Сегодня Волди был настроен на приватную беседу.
— Оставь нас, — махнул рукой он, отсылая свою любимицу прочь, словно какую-то служанку. Попробуй проделать что-то подобное кто-то другой — нарвался бы на магическую дуэль. Но своему лорду Белла прощала почти все. Правду говорят, что нельзя обвинять женщину в глупости. Возможно, она просто влюблена.
Волдеморт самолично разлил вино по бокалам. Приняв бокал, я отказался сесть в кресло и встал возле камина.
— И так, что привело вас ко мне. В последнее время я стал считать, что вы избегаете подобной встречи, — нанес еще один легкий укол Темный лорд.
Пригубив вино и поставив бокал на каминную полку, я протянул руки к огню и тихо спросил:
— Вы знаете, что такое крестражи?
Стоя спиной к креслу Темного лорда, я все равно почувствовал, как тот напрягся. Сейчас все снова висело на волоске. Буравя мою спину взглядом, Волдеморт словно взвешивал жить мне или умереть. А может так оно и было? Впрочем, я знал на что иду и чем рискую. Отступать уже поздно, да и некуда отступать. Смерть Аберфорта Дамблдор так не оставит и будет искать виновника этих событий. И будет лучше, если он его найдет… но это буду не я.
— Интересный и довольно опасный вопрос. Прежде чем ответить я хотел бы узнать причину вашего интереса, — равнодушно отметил он.
— А так ли мне нужен ваш ответ, если вы уже ответили? — заметил я, повернувшись лицом к Волдеморту.
Это было уже откровенной дерзостью. Обычно я вел себя куда как учтивей. Былой Темный лорд: тот полусумасшедший от крестражей и неправильного воскрешения, уже угостил меня круциатусом. Хотя чувствовалось, что и этому Волдеморту это ледяное спокойствие дается нелегко. Несмотря на показную учтивость и радушие, Волди никогда не считал меня равным себе, будь я хоть трижды лордом. И дерзость — это не то, что он от меня ожидает.
— Пусть так, но я все равно хотел бы знать причину вашего интереса.
— Причина проста — вечная жизнь и директор Хогвартса Дамблдор.
— Первое понятно, — кивнул Волдеморт. — Но причем тут Дамблдор?
— Если вы помните, то в нашу последнюю встречу я предположил, что перед смертью Петтигрю узнал что-то важное…
— Например про появление Обретенной, — заметил он, зло сверкнув глазами.
Это был уже не укол, а полноценный выпад. Волдеморт явно подозревал мою причастность к смерти крысы. Правильно, в общем-то, подозревал. Оправдываться? Ха! Тогда Волди точно посчитает, что именно я приложил руку к смерти Крысы. А значит надо наступать.
— Обретенная — это уже дело рода Принц. Крестражи — вот что сейчас важно, — парировал я. — Не знаю, что узнал перед смертью Питтегрю, но я точно знаю, что директор создал один крестраж или что-то очень похожее. Согласитесь, за эту информацию тоже можно убить.
— Что-то очень похожее? — переспросил Волдеморт, я его явно заинтересовал. А Обретенная? Что обретенная? Если бы Волди видел продолжение своей жизни в своих потомках, как это делают все нормальные люди, то уже давно наделал бы маленьких темных лордчиков. А не заигрывал бы с крестражами. — И откуда это вам известно?
— Аберфорт, — одними губами прошептал я.
Некоторое время Волдеморт молчал, уперев в меня задумчивый взгляд.
— Интересно, очень интересно. Слышал, Дамблдор очень обеспокоен пропажей брата. А вы что-то об этом знаете?
Я позволил себе снисходительную усмешку и намекнул:
— У каждого Авеля есть свой Каин.
— Даже так!
Вот теперь я сумел его не только заинтересовать, но и удивить. Вот и отлично! Любой зельевар скажет вам, что приготовление хорошего зелья требует внимании, терпения, точного отмера нужных ингредиентов и добавления их в срок. А я все же Мастер зелий!
Молча кивнув, я постучал себя по голове, показывая, что доказательства тут. Волдеморт опять задумался. Видимо прикидывал, а не попробовать ли вытрясти все с меня при помощи круциатуса или чтения мыслей? Затем он словно очнулся и громко позвал:
— Белла!
Обрадованная Беллатриса влетела в зал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
