«Человеку необходимо иметь какую-то жизненную основу из личностных ценностей, из философских убеждений… Чтобы чем-то жить и быть понятым другими людьми, это нужно, как нужен солнечный свет, кальций или любовь» (Maslow, 1968, р. 206).
Трансперсональная психология привносит в традиционные подходы к проблемам признание того, что человеческие переживания имеют духовный аспект. Этот уровень человеческих переживаний раньше всего описывался в религиозной литературе ненаучным и часто слишком теологическим запрограммированным языком. Основная задача трансперсональной психологии заключается в том, чтобы подвести под имеющийся материал научную базу и изложить его научным языком.
«Я бы сказал, что считаю гуманистическую психологию третьей силы переходным, подготовительным этапом для «высшей» четвертой психологии — трансперсональной, трансчеловеческой, центр которой, скорее, в космосе, чем в человеческих потребностях и интересах; психологии, идущей дальше человечности, идентичности, самоактуализации и т. п. Мы нуждаемся в чем-то «большем, чем мы есть», чтобы испытывать благоговение и отдаваться новому, естественному, эмпирическому, не церковному чувству, возможно, как это было с Торо, Уитменом, Уильямсом, Джеймсом и Джоном Дьюи» (Maslow, 1968, p. III–IV).
Основная доктрина трансперсональной психологии заключается в том, что каждый индивид имеет, кроме обыденного, более глубокое или истинное «я», которое человек ощущает при трансперсональных состояниях сознания. Независимое от личности и личного эго, это «я» является источником мудрости, душевного здоровья и гармонии.
Словарь Вебстера (Webster's Tenth Collegiate Dictionary) определяет трансперсональное как «простирающееся или идущее за пределы персонального или индивидуального». Термин относится к распространению идентичности за пределы индивидуальности и личности. Одно из основных положений трансперсональной психологии заключается в том, что мы не знаем, каков полный диапазон человеческих возможностей. Каждый индивид обладает безграничными возможностями духовного роста, и это придает смысл трансперсональной психологии. Среди авторов сборников наиболее важных очерков и статей по трансперсональной психологии можно назвать Орнштейна (Ornstein) (1973), Тарта (Tart) (1969, 1975), Уэлша (Walsh) и Шапиро (Shapiro) (1983), Уэлша (Walsh) и Вогена (Vaughan) (1980, 1993). Фрегер (Frager) (1989) и Вайль (Valle) (1989) сделали обзор литературы по этой теме.
Подходы к трансперсональной психологииИсследователи, внесшие основной вклад в трансперсональную психологию, весьма разнообразны в подходах и интересах. Ниже приводится ряд небольших отрывков из работ, отражающих это разнообразие.
«Без трансцендентального и трансперсонального мы становимся больными, грубыми и отрицаем все и вся или же впадаем в состояние полной безнадежности и апатии» (Maslow, 1968, р. IV).
Одно из наиболее ранних формальных определений этой новой дисциплины появилось в первом выпуске «Журнала трансперсональной психологии» (Journal of Transpersonal Psychology):
«Трансперсональная психология (или психология «четвертой силы»). Это название дано новой силе, которая формируется в области психологии группой психологов и специалистов других областей знания — мужчин и женщин, интересующихся проблемами предельных способностей и возможностей человека, которые не получили систематического отражения в позитивной или бихевиористской теории («первая сила»), теории классического психоанализа («вторая сила») или гуманистической психологии («третья сила»)» (Sutich, 1969, р. 15).
Для некоторых людей трансперсональная психология особенно важна потому, что она включает в себя психологическую мудрость других культур и традиций.
«Трансперсональная психология соединяет в себе прозрения различных школ психологии личности (индивидуалистических психологии — individualistic psychologies) Запада с духовными психологиями Востока и Среднего Востока. Поначалу, когда мы начинаем понимать, насколько ограничен наш опыт и что западные идеи не являются центром психологической вселенной, это тревожит нас. Потом это чувство проходит, когда человек осознает, как много работы уже проделано, но нуждается в подтверждении результатов с помощью научных и экспериментальных возможностей западной психологии» (Fadiman, 1980, р. 181).
Многие другие представители трансперсональной психологии пытались интегрировать в это направление идеи и концепции из азиатских источников (см. в частности, Frager, 1989; Walsh, 1989; а также главы 16 и 18 данной книги). Психологические учения азиатских стран сосредоточены преимущественно на духовном уровне человеческого опыта и в значительно меньшей степени — на патологии. Восточные учения включают диаграммы состояний сознания, обсуждение уровней развития, а также стадий, выходящих за рамки традиционных психологических концепций. В своем обзоре источников, посвященных восточной медитации и связанных с ней практик, Уолш (Walsh, 1989) рассматривает эти практики как психотерапевтические.
При другом подходе акцент делается на включение в трансперсональную психологию опытов, которые ранее игнорировались или отвергались различными ветвями (fields) психологии.
«Трансперсональные опыты можно охарактеризовать как опыты, при которых ощущение идентичности или ощущение своего «я» распространяется за пределы индивида или личности, охватывая более широкие аспекты таких понятий, как человечество, жизнь, душа (psyche) и космос… Трансперсональная психология — это психологическое изучение трансперсональных опытов и их коррелятов [включающих повседневную жизнь, творчество или духовные переживания, инспирированные подобными экспериментами]» (Walsh & Vaughan, 1993, р. 3).
Рассмотрев сорок определений данного предмета (Lajoie & Shapiro, 1992), авторы вывели следующее: «Трансперсональная психология занимается изучением наиболее высокого потенциала человечества, распознаванием, пониманием и реализацией объединяющих, духовных и трансцендентальных переживаний».
Трансперсональные исследования являются быстро развивающейся областью психологии. Андерсон и Брод (Anderson and Braud, 1998) провели подробный обзор широкого спектра качественных подходов к трансперсональным исследованиям, не обходя вниманием и количественные методы. Они приводят примеры различных методов эмпирического изучения необычного человеческого опыта, включая предельные человеческие ценности и смыслы, вершинные (пиковые) переживания, опыт трансценденции (выхода за рамки собственного «я»), и высшие уровни сознания. Харт и его коллеги (Hart et al., 2000) анализируют различные формы познания, как самого себя, так и окружающего мира, в сборнике, состоящем из статей, написанных авторитетными представителями трансперсональной психологии. Скоттон и его коллеги (Scotton et al., 1996) прослеживают истоки трансперсональной психологии в учениях Уильяма Джеймса и Карла Юнга, а также в шаманизме, христианстве, иудаизме и восточном мистицизме. Авторы также включают в свою работу новейшие исследования, посвященные медитации и парапсихологии, и современные примеры работы с духовными образованиями.
Уошберн (Washburn, 1995) проводит анализ структуры и развития сознания, и прослеживает истоки понятия эго-трансценденции (выхода за пределы собственного «эго») в психоаналитической теории развития эго. (Washburn, 1999).
Для размышления. Трансперсональный опыт
Вспомните моменты, когда у вас возникало ощущение, что существует нечто, что больше вас и вашей идентичности. Возможно, это были какие-то активные вершинные переживания, созерцание чего-то необыкновенно прекрасного или же духовные озарения. Как подействовали на вас эти переживания? Оказали ли они длительное влияние на вашу жизнь? Чему они вас научили?
--
Вечная (perennial) модельОсновная концепция человеческой природы в трансперсональной психологии не нова. Она существовала в человеческой культуре всегда и называлась perennial (вечная, преемственная) философия (Huxley, 1944), perennial религия (Smith, 1976) и perennial психология (Wilber, 1977). Что здесь есть нового, так это задача объединить идеи многочисленных и разнообразных традиций и культур для того, чтобы создать язык современной психологии и научных обоснований (см., например, Vaughan, 1995).
Не все трансперсональные психологи или исследователи религии согласны с тем, что существует какая-то perennial традиция, охватывающая различные формы религии. Другую крайность представляет собой позиция, согласно которой вообще не существует какого-то основного, нейтрального мистического опыта, к которому возвращались бы мистики всех времен и народов, давая ему свою интерпретацию. Мистический опыт зависит от традиций, в которых сформировался тот или иной мистик, невозможно полностью сохранить смысл опыта, лишив его культурного и религиозного контекста (см., например, Katz, 1978).
