прилив невероятной нежности, заставившей его начисто позабыть обо всех страхах.
– Ну почему я должна вечно жить в разлуке со своими детьми? – всхлипывая, причитала она.
Джондалар побледнел. С детьми? Неужели этот лев – ее дитя? Внезапно ему вспомнился услышанный им во сне тоскливый крик Великой Матери, матери всего сущего.
– С какими детьми?
– Сначала мне пришлось расстаться с Дарком, а потом с Вэбхья.
– Так зовут льва?
– Вэбхья? Это значит «дитя», «малыш», – ответила она, пытаясь объяснить ему значение слова.
– Ничего себе малыш! – фыркнул Джондалар. – Это самый большой пещерный лев из всех, какие мне встречались.
– Я знаю, – сказала Эйла, и ее мокрые от слез глаза засияли от гордости. – Я все время следила за тем, чтобы он как следует питался и не голодал, в отличие от львят, растущих в прайде. Но когда я нашла его, он был совсем маленьким. Я стала называть его Вэбхья, и мне даже в голову не пришло придумать потом для него другое имя.
– Ты нашла его? – спросил Джондалар, по-прежнему недоумевая.
– Львы бросили его, решив, что он погиб. Я думаю, его затоптали на бегу олени. Я наткнулась на него, когда гнала оленей к западне. Бран иногда разрешал мне приносить в пещеру маленьких зверей, если они были ранены и нуждались в моей помощи, но только не хищников. Я не собиралась брать к себе львенка, но за ним начали охотиться гиены. Я отогнала их выстрелами из пращи, а потом отнесла его в пещеру.
Взгляд Эйлы стал рассеянным, а на губах заиграла легкая улыбка.
– В детстве Вэбхья был таким забавным, я часто смеялась, глядя на него. Но мне приходилось помногу охотиться, добывая для него мясо. Впрочем, когда наступила вторая зима, мы научились охотиться все вместе. И Уинни ходила на охоту вместе с нами. Я не видела Вэбхья с тех пор, как… – Она осеклась, вспомнив, как они встретились в прошлый раз. – Ах, Джондалар, мне очень жаль. Ведь это Вэбхья убил твоего брата. Но окажись на его месте любой другой лев, мне не удалось бы отогнать его от тебя.
– Ты – донии! – воскликнул Джондалар. – Я видел тебя во сне! Я решил, что донии явилась ко мне, чтобы указать мне путь в иной мир, но вместо этого она прогнала льва прочь.
– Наверное, ты ненадолго очнулся, Джондалар. А когда я стала перекладывать тебя на волокушу, снова потерял сознание от боли. Я знала, что нужно действовать быстро. Вэбхья ни за что не причинил бы мне вреда. Ему случалось порой меня поранить, только не нарочно. Но его львица могла вернуться в любой момент.
Джондалар изумленно покачал головой:
– И ты действительно охотилась вместе с этим львом?
– Иначе мне не удалось бы прокормить его. Поначалу, когда он еще не мог сам справиться со зверем, он помогал тем, что загонял его, а тут подоспевали мы с Уинни, и я пускала в ход копье. Тогда я еще не знала о том, что копья можно метать. А когда Вэбхья подрос и стал сильным, я отбирала у него часть добычи, и если мне нужна была шкура…
– Ты отталкивала его в сторону так же, как проделала это у меня на глазах? Разве ты не знаешь, что отбирать мясо у льва очень опасно? Однажды я видел, как взрослый лев убил за это собственного львенка.
– Да, мне тоже доводилось видеть такое. Но, Джондалар, Вэбхья – необычный лев. Он вырос не в прайде, а здесь, живя вместе со мной и с Уинни. Мы вместе ходили на охоту, он привык делиться со мной. Но я рада, что он нашел себе львицу и теперь живет как все львы. Уинни тоже какое-то время провела в табуне, но ей там не понравилось, и она вернулась сюда…
Эйла покачала головой и потупилась:
– Нет, это неправда, хоть мне и хотелось бы так думать. Она была счастлива в табуне со своим жеребцом. А мне было тоскливо без нее. Я очень обрадовалась, когда она согласилась вернуться после того, как погиб ее жеребец.
Эйла подняла с земли испачканную шкуру и отправилась в пещеру. Джондалар наконец заметил, что все еще держит в руках копье. Он прислонил его к стене и последовал за Эйлой. Женщина погрузилась в задумчивость. Возвращение Вэбхья навеяло массу воспоминаний. Взгляд ее упал на жарящееся мясо. Она повернула вертел и разворошила угли, затем налила воды из подвешенного к столику бурдюка, сделанного из желудка онагра, в плетеный сосуд и поставила его на один из лежавших в очаге камней, чтобы вода нагрелась.
Джондалар, которого глубоко потрясла встреча с пещерным львом, молча наблюдал за ней. Когда лев внезапно появился на уступе, это оказалось для него полной неожиданностью, но когда Эйла встала между ними и остановила взмывшего в прыжке хищника… Никто бы не поверил, что такое может произойти.
Глядя на Эйлу, он вдруг заметил, что она распустила волосы. Джондалар вспомнил, как впервые увидел ее с распущенными волосами, которые сияли и искрились в лучах солнца. Она вернулась после купания, и только тогда он впервые обратил внимание, как прекрасны ее волосы и тело.
– …Приятно было снова повидаться с Вэбхья. Видимо, зубры забрели на его территорию. Он почуял запах крови и пошел по нашим следам. Но он не ожидал увидеть здесь тебя. Не знаю, наверное, он тебя не помнит. А как тебя угораздило забрести в тот каньон?
– Что? Прости, что ты сказала?
– Я сказала, почему вы с братом оказались в каньоне, где жил Вэбхья, – повторила она, взглянув на него.
Заметив, как сияют его синие с фиолетовым отливом глаза, она покраснела.
Джондалару пришлось сделать немалое усилие, чтобы сосредоточиться и ответить на ее вопрос.
– Мы охотились на оленя. Тонолан убил его, но оказалось, что того же самого оленя приметила львица. Она потащила его прочь, а Тонолан отправился следом за ней. Я просил его оставить львицу в покое, но он не послушался. Мы увидели, как она скрылась в пещере, а затем снова куда-то ушла. Тонолан решил, что успеет до ее возвращения отрезать кусок мяса и забрать свое копье. Но льву это не понравилось. – Джондалар на мгновение прикрыл глаза. – Льва не в чем винить. Тонолан поступил безрассудно, отправившись следом за львицей, но мне не удалось удержать его. Он всегда отличался храбростью, но после того, как умерла Джетамио, он стал слишком сильно рисковать. Он хотел умереть. Наверное, мне вообще не следовало ходить туда вместе с ним.
Зная, что Джондалар до сих
