– На хрена она нам? – вполголоса спросил Кузнецова один из сопровождающих.
– Пусть будет! – ответил тот. – Перед начальством хоть чем-то отчитаться надо? А дальше – будем думать.
– Приятно было познакомиться, господа, – сказал Кузнецов, прощаясь. – Уверен, что наше знакомство в самое ближайшее время продолжится.
– Очень хотелось бы надеяться, – ответил Павел. – Библиотека «Морской птицы» всегда открыта для посетителей. В этом и заключается наша гуманитарная миссия. Только вот как долго вы разрешите нам находиться у ваших берегов?
– О, с этим никаких проблем! Вся российская акватория – в вашем распоряжении!
– Большое спасибо! До свидания!
– До скорого.
На закате все корабельное общество собралось на палубе. Артем давно уже утратил способность запоминать имена, а его все знакомили и знакомили с членами экипажа и сотрудниками библиотеки. Прямо на палубе расставили и накрыли столы… В этом вавилонском столпотворении, смешении языков и круговерти лиц Артему сколько-нибудь вразумительно удавалось воспринимать лишь Рената. А тот весь вечер горячо агитировал его остаться жить на «Морской птице». Очень скоро Артем понял, что возражать сегодня бесполезно и просто старался по мере сил поддерживать нейтральный разговор. А позже удрал в свою каюту и заснул как убитый. Но среди ночи вдруг проснулся. Снаружи доносился какой-то непонятный скрип. Артем вышел на палубу. Оказалось, что это скрипит такелаж. «Морская птица» была трехмачтовым парусником! На свежем ветру она летела по волнам на полных парусах. Над головой ночное небо, вокруг – темные воды до самого горизонта. И никаких огней Новороссийска… Что еще за сюрпризы? Мы что, в открытом море?!
– Любуетесь? – раздался голос за спиной.
Артем вздрогнул и обернулся. Это был капитан.
– Где мы? Мы ушли из Новороссийска?
– Не беспокойтесь. К рассвету вернемся. А сейчас… «Морская птица» резвится. Старушке тоже надо иногда отвести душу. Вспомнить молодость. Да, вот какой она была когда-то, в свои юные годы… А знаете, когда у нее разыгрывается фантазия, еще и не такое происходит! Вот погодите, когда мы придем в Лиму, вы увидите, как наша «Птичка» превращается в огромный тростниковый плот!
– А когда мы придем в Лиму?
– Надеюсь, следующей весной… Шли бы вы отдыхать, Артем. До рассвета еще далеко.
Около десяти утра Артема разбудил стук в дверь каюты, сопровождаемый голосом Рената:
– Эй! Ты там как, живой?
В сознании застряло воспоминание о ночном эпизоде. Воспоминание такое яркое, словно все было наяву. Хотя, конечно, подобное могло только присниться. Во-первых, не способен же этот корабль в самом деле превращаться в парусник. А главное, то странное настроение, которое владело Артемом во время разговора с капитаном… Уверенность в том, что он остается на «Морской птице». «Когда мы придем в Лиму…» Какая, на фиг, Лима! Пора и честь знать. В гостях хорошо, а дома лучше. Надо, наконец, отдать эту французскую книгу и возвращаться в Москву. С этими мыслями Артем оделся, умылся и вышел из каюты.
Книгу «Rosier» у Артема приняли и вручили соответствующую расписку. «На память», – сказал заведующий библиотекой. На следующий день Артем собирался лететь домой. Сильвер предлагал подождать до субботы, когда можно будет возвратиться в Москву на том же военно-морском самолете. Но Артем вежливо отклонил это предложение. Надо вернуться пораньше. Дача… Копать картошку…
А Ренат все уговаривал его остаться на корабле. И не только он. За обедом Павел Фролов завел с Артемом разговор о работе в библиотеке. О том, как мало у них тут русскоязычных сотрудников…
– А в вашем случае я говорю даже не столько о самом русском языке, сколько… о чувстве языка. Это ваше «Ивана – и ванна»… Вы, знаете ли, обладаете качеством, которое в нашем деле имеет не последнюю ценность. Оставайтесь у нас! Обещаю интересную работу.
Вечером, когда Артем в одиночестве стоял у борта и глядел на горизонт, к нему подошел капитан.
– Насколько я понимаю, вам уже кое-кто предлагал остаться на «Морской птице»? В свою очередь я, как капитан, хочу подтвердить, что эти предложения носят вполне официальный характер. Право, оставайтесь! Обещаю интересную жизнь.
– Спасибо. Но я не могу. Мне надо в Москву. У меня там… работа.
– А на каком поприще вы подвизаетесь, если не секрет?
– Консалтинг.
– Дюжину пираний мне за шиворот, если я знаю, что это такое!
– Ну как же! Консалтинг – это сейчас очень большой бизнес. Если в двух словах, мы продаем людям за деньги информацию, которая им не нужна.
– О, так мы с вами практически коллеги. Мы вот тоже – возим по всему миру свою библиотеку, приглашаем читателей… Выходит, тоже предлагаем людям информацию. Которая им большей частью не нужна. Только что не за деньги, а бесплатно… Значит, все же уезжаете?
– Уезжаю.
– А как же – зайти в Лиму, посмотреть, как «Морская птица» превращается в тростниковый плот древних инков? Жаль, жаль… Знаете, что я вам скажу? Мы некоторое время побродим в здешних палестинах. Раз уж российские власти нам так любезно это разрешили. Пройдем по Черному морю. Зайдем в Азовское. Поднимемся по Дону… По Дону-то мы ходили всего лишь раз. И давненько. Незадолго до Первой мировой. Да, году, кажется, в тысяча девятьсот двенадцатом. Зашли в него из Северного моря и прогулялись от Абердина до Кинтора… Это был тот Дон, что в Шотландии. А из вашего Дона мы по каналу доберемся до Волги, а оттуда – в Каспий. Где-то в первых числах октября, думаю, зайдем в Баку. Вот такие ближайшие планы. Это я к чему: если надумаете к нам вернуться, милости просим. Наш маршрут вам известен.
Говорил с Артемом и Сильвер.
– Агитировать остаться не буду. Не в моих личных интересах. Меня и так уже в городах, где я работаю, подозревают в похищении людей! Но должен кое о чем предупредить. Не хочу пугать, но вам, Артем, не миновать общения с вашей тайной полицией. В Москве эти господа постоянно меня выслеживают, а значит, теперь и вы у них под наблюдением. Могут прислать вам повестку, могут просто остановить на улице. Страшного в этом ничего нет. Спокойно отвечайте на все вопросы, говорите все как есть. Вы не совершали никаких противоправных действий, и вам нечего скрывать. Ехали в нашем автобусе. Вас пригласили посетить корабль-библиотеку. Вы его посетили. Вот и всё. И никаких секретов. Об одном только прошу не распространяться – о нашем подземном плавании. Ну и про «Сундук мертвеца», по возможности, без подробностей. Хотя про «Сундук» они, думаю, и так всё знают…
На следующее утро Артем уехал. Без проблем купил билет на самолет и вечером был уже в Москве. Улица Гарибальди. Дом, в котором он прожил почти всю жизнь. Пустая квартира… Сумерки. Свист чайника на плите. Сентябрьский дождь за окнами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
