Они увидели их поцелуй. Роб и Кристина никого не стеснялись. Они открыто объявили о своих отношениях. Палома была довольна, что Роб наконец-то нашел то, что искал. Она жила с ним эти годы, но никогда глаза Роба так не сияли, не было на его лице столько эмоций. Словно, после стольких лет, он наконец вышел из тени. Кристина его женщина. Он сохранил о ней память, он хранил ее в своем сердце, никому не подвластно было занять ее место. Палома снова видела того Роберто, как в молодости, только с сединой на висках, с грустью в глазах, в которых отражался опыт прожитых лет. Энрике и Паула в глубине душе надеялись на то, что смогут быть такими же счастливы, как и их друзья.
Видимость счастья, оно порой такое странное, вроде бы вот оно, практически его ощущаешь, можешь даже окунуться. Никто не знает, насколько оно дано тебе. И вот когда оно наступает, хочется забыть все и погрузиться в него с головой. Именно так сделали Роб и Кристина. Они позволили себе расслабиться в этот день и наслаждаться каждой минутой этого праздника. На глазах у всех, в компании своих друзей и не только, они танцевали, смеялись, только порой Карлос ловил на себе грустный взгляд Кристины, словно она просила у него прощения, словно о чем-то думала. Карлос отвечал ей улыбкой, подбадривал своим видом, давая понять, что все хорошо. Что он рад, что она может хоть немного насладиться этими моментами, когда не надо думать, когда не надо бояться.
— Мне хотелось бы видеть маму всегда такой, — Сабрина взяла его под руку.
— Мне бы тоже, — повторил Карлос. — Она заслужила счастье.
— Только не все так просто, как нам кажется.
— Да, Роберто женат. И еще много всего, чего мы не знаем, — таким образом он сказал о самом себе, о Алехандро.
— Да, а может нам и не стоит знать, — согласилась с ним Сабрина, вспоминая о Луз. Женщине, что родила ее, но так никогда об этом не узнавшая. Сколько еще могут твориться бесчинства и вседозволенность? Когда Винсенте понесет свое наказание за все, что он сделал?
День близился к концу. Даниэль и Виктория, смеясь, сели в машину. Помахав на прощание всем рукой, машина тронулась, они поехали в свою новую жизнь. Они открывали свою историю. Сегодня родилась новая семья.
Роберто обнимал Кристину.
— Нам тоже пора, — тихо прошептал Роб.
Кристина напряглась — вот и настал этот момент, момент признания. Где произойдет разговор? Куда повезет ее Роберто.
— Все будет хорошо, — он мгновенно почувствовал в ней перемену. — Я уже сказал Энрике, что ты берешь неделю.
— Неделю? — удивленно спросила Кристина.
— Ну да. Я отпустил Даниэля на неделю. Почему мы не можем позволить себе этого же?
— Сабрина и Карлос? Они…
— Они будут рады остаться одни, — улыбнулся ей Роберто. — Поехали.
— Куда? — она чувствовала себя неуверенно. Еще вчера она ругалась с ним, отвергая его, сегодня танцевала с ним весь вечер.
— Домой, — Роберто уверенно вел ее к своей машине.
— Домой? — удивилась Кристина. — О чем ты?
— Мы едем к нам домой, — он открыл ей дверь машины, не замечая злого взгляда Алехандро. — У нас есть наш дом, — он взглянул на нее и подмигнул.
— Наш дом? — Кристина смотрела, как он заводит машину. — О чем ты говоришь?
— Дом уже практически закончен, ну осталась самая малость, — он взял ее за руку, поднес ко рту и поцеловал, не открывая при этом взгляда от дороги. — Ты мечтала о нашем доме. Я строил его все эти годы, как будто бы ждал, как будто бы верил. Моя надежда оправдана. Позволю тебе сделать все так, как ты захочешь — это же твой дом.
У Кристины выступили слезы. Что стало с их жизнями? Как произошло так, что все, о чем они мечтали, было разрушено в одно мгновение, и вот через столько лет — жизнь дает им второй шанс. Возможно ли все это? Как забыть о прошлом? Как начать жить заново? Сердце тревожно кольнуло — каково было Роберто все эти годы? Жить, предполагая, что она мертва — и при этом верить в то, что она может вернуться? Как за все это время ему удалось не потерять рассудок? Виктория — не его дочь. Однако он воспитывал ее как своего ребенка. В то время, как его собственных детей воспитывали другие мужчины. Даниэль и Карлос. Они даже не предполагают, что Роберто их отец. Карлос считает отцом Алехандро. Даниэль же помнит Рафаэля.
— Постарайся не думать, — попросил Роберто. — Мысли, они утягивают нас в трясину огорчений, боли, отчаяния. Не надо. Не думай о прошлом. Будем жить настоящим.
— Хотелось бы в это верить, — в слух произнесла Кристина, думая о том, что пока они не разберутся с прошлым — для них не будет никакого будущего. — Мне любопытно — куда ты меня привезешь? Где тот дом, который ты строил?
Роберто улыбнулся, довольный осознанием, что сможет удивить ее. Конечно, она может немного обидеться на него за то, что промолчал, что этот дом его, зато она многое поймет. Ведь зная, что дом принадлежит ему, она бы ни за что не согласилась участвовать в этом проекте.
Уже подъезжая к дому, Кристина стала узнавать местность.
— Не может быть, — произнесла она, когда Роберто остановился около загородного дома. — Это твой дом, — она повернулась к нему.
— Наш, — поправил ее Роб и вышел из машины, чтобы открыть ее дверь. — Ты же не будешь сейчас ругать меня за то, что я промолчал? — спросил он, подавая ей руку.
Кристина оперлась на нее и вышла. Что она испытывала в этот момент — радость. Она действительна была рада, что Роб строил этот дом для нее. Все эти годы он хранил свои воспоминания о ней, не забывал, несмотря ни на что. Она огляделась. Уже темнело. Повернувшись к Роберто, она подошла к нему ближе и поцеловала его, вложив в этот поцелуй всю свою нежность, тоску, накопившуюся за все годы разлуки.
— Ругать тебя? За что? Это прекрасный дом. Знаешь, что я подумала, когда первый раз его увидела — я бы хотела здесь жить.
— Он наш. Я его для тебя строил, — Роберто был очень доволен, что Кристине поражена домом.
— Даже Карлосу он сразу же понравился, — тихо сказала Кристина,
— У Карлоса очень тонкое восприятие. Почти как у тебя, — обернувшись, сказал Роб.
— Да, он очень чуткий, талантливый, жаль, что многие этого не видят.
— Крис, главное, что ты это видишь, ценишь. Ты поможешь ему стать увереннее.
