— В чем дело, Сафи? — немного недовольно спросил он.
— Я надеялась, что ты мне дашь хоть какие-то пояснения, куда мы несемся, — отозвалась я.
— Ты едешь за своим мужем, этого тебе мало? — немного заносчиво спросил мой супруг.
— Это не тот ответ, который я хотела услышать, — спокойно ответила я, останавливая лошадь. — Ру, мы скачем в неизвестность, не взяв ни вещей, ни денег. Я хочу знать, какие у тебя планы.
— Для начала покинем герцогство, — не без раздражения ответил Руэри. — За пределами Таргара у Найяра нет власти. Доберемся до Валарии, там сядем на корабль и отправимся в Гаэлдар. Там у меня есть связи, осядем и будем под защитой гаэлдарского владыки. Это весь план, любимая. Он тебя устраивает? — язвительно спросил муж. — Или я стал недостаточно умен и надежен для тебя после этой твари?
Я поджала губы и задумчиво смотрела на своего супруга.
— Что еще? — зарычал Ру.
— Милый, ты уверен, что я все еще нужна тебе? — спросила я, следя за выражением его лица.
— Проклятье, Сафи, я ждал тебя год до твоего шестнадцатилетия, ждал пять лет, пока герцог даст разрешение на брак, ждал еще три года, пока он забавлялся с тобой, итого девять лет. Думаешь, сейчас, когда он, наконец, ослабил хватку, я откажусь от тебя? И давай уже поспешим, разговаривать можно и в дороге. — Руэри ухватил моего коня за повод и потянул за собой.
Я снова замолчала, невесело усмехаясь.
— Что, Сафи? Что тебя тревожит, скажи уже, наконец, — подал голос мой муж.
— Наше будущее, Ру, — призналась я. — Ты ведь уже никогда не забудешь, с кем я прожила три года. И из-за кого тебя гоняли столько лет по чужим государствам. Ты за то короткое время, что мы едем, успел уже дважды упрекнуть меня, не думаю, что дальше будет лучше. И пусть моей вины нет ни в чем, что произошло с нами, но ты ведь не простишь.
— Сафи, — теперь остановился Ру, — милая… Мы уедем туда, где у нас будет шанс начать все заново. Ни ты, ни я не виноваты в том, что Таргарская тварь сошла от тебя с ума и использовала свою власть для того, чтобы заполучить в свое личное владение. Да, мне было больно, я не хотел жить. А после нашей свадьбы у меня было только одно желание — убить его, думал, планировал, попробовал, но… Меня к нему даже не пустили. Сам он не покидал дворец те несколько дней, пока меня под конвоем не отправили в очередное посольство. Я ждал в надежде, что он высунет нос, под дождем, под ветрами, под палящем солнцем. А он забавлялся с моей женой!
— Он меня тогда пожалел и невинной я оставалась до его дня рождения, — усмехнулась я. — Пока ты ждал, я рыдала в его спальне, умоляя отпустить меня.
— Но потом вы очень мило спелись, — язвительно ответил Руэри.
— Да, я изменилась, Ру, — удивительно, но сейчас я не испытывала никаких эмоций, когда вспоминала прошлое. — После того, как меня топтали и унижали все, кому не лень, после того, как герцогиня накормила меня ядом и смотрела, как я умираю на полу ее покоев, я изменилась Ру, и, да, я хотела жить, я очень хотела жить, потому что увидела лицо смерти. Оно мне понравилось, Ру. А жить можно было только при одном условии — получить силу и власть. Моей силой и властью стал герцог. Да, мы нашли общий язык. Ты меня упрекаешь за это?
— Иногда лучше смерть, чем подстраиваться под обстоятельства, — буркнул Руэри.
— Тебе было бы легче, если бы я умерла? — с неожиданным интересом спросила я. — Ру, я ведь столько раз предлагала тебе развод, почему ты отказывался? Или проще иметь мертвую жену, чем бывшую? Только честно.
Я видела, как на лице супруга мелькнула досада. Он бросил на меня быстрый взгляд.
— Нет, Сафи, конечно, нет, — заговорил Руэри. — Я не хотел и не хочу, чтобы ты умерла. А насчет развода, я не для того женился, чтобы разводиться. Если я выбрал тебя, значит, посчитал достойной своего выбора. И жен менять я не собираюсь.
— Это справедливо, когда жена рядом с тобой…
— Не моя вина, что ее отнял другой! — Руэри выругался и отвернулся. — Прости. Твоей вины в этом тоже нет, — глухо закончил супруг, и мы снова тронулись с места.
Я сверлила взглядом его затылок, поглядывала на руку, которой мой супруг все еще удерживал поводья моей лошади. Плохая затея, очень плохая. Жизнь во дворце научила меня просчитывать возможные последствия от того или иного поступка. Можно, конечно, слепо довериться мужчине, который после всего все еще хочет быть со мной, но жизнь научила не доверять даже самым открытым улыбкам.
— Ру, — позвала я.
— Что еще, Сафи? — спросил он устало.
— А если я не хочу никуда ехать? Если я неуверенно себя чувствую? — осторожно спросила я.
Руэри метнул на меня взгляд, далекий от любящего и отчеканил:
— Привыкнешь.
— То есть ты, как и он готов удерживать меня силой?
— Сафи, — мой супруг остановился, придержал мою лошадь и зло взглянул в глаза, — не равняй меня и герцога. Но, да, я буду удерживать тебя силой, если потребуется. Это очень испортит наши и без того непростые отношения, потому давай не осложнять. Начинай забывать свои дворцовые замашки. Я хочу видеть мою милую нежную Сафи.
Я улыбнулась, взяла в руки поводья и… пришпорила лошадь. Зачем я это сделала? Хотелось узнать, как поведет себя Ру. Хотелось увидеть, как далеко он готов зайти в погоне за тем, что считает своим. Да, испытывала судьбу. Сбежать, в общем-то, и не надеялась, не такой я хороший наездник, да и эту местность знала плохо.
Топот приближающегося коня был вполне ожидаем, я даже чуть натянула поводья, придерживая лошадь, чтобы зря не неслась. Руэри, перехватил поводья, спрыгнул на землю и стащил меня из седла. Увесистая пощечина заставила меня покачнуться, но я устояла, даже не притронулась к горящему лицу.
— Хочешь узнать, насколько я могу разозлиться, любимая, — зашипел мне в лицо Ру. — Не стоит играть со мной, слышишь? — Затем тряхнул меня так, что я клацнула зубами. — Зачем ты это сделала? Что хотела испытать?
— Как быстро закончится твоя любовь, — спокойно ответила я. — Ру, ты ударил меня.
— А должен был осыпать поцелуями? — все еще зло спросил мой супруг. — К чему ты меня подталкиваешь?
Я некоторое время изучала его исподволь, а затем фальшиво всхлипнула. Руэри вскинул голову и порывисто прижал меня к себе.
— Прости, милая, — тихо сказал он. — Не расстраивай меня, не заставляй делать то, что я не хочу.
— Правда, не хочешь? — тихо спросила я, и Ру вздохнул в ответ. — У тебя было много женщин за это время?
— Что? — он немного отодвинулся и посмотрел на меня.
Думаешь, я одна хочу быть паршивой овцой? Нет, Руэри, если мы едем дальше, то только при условии равноценных грехов, это уравняет нас и собьет с тебя спесь. Мне совсем не хочется, чтобы из нас двоих ты был пострадавшей невинностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
