Его зрачки черной волной затапливают всю радужку, где-то в глубине самой черной ночи загораются оранжевые огоньки, завораживая и не давая опустить взгляд. Гипнотизируя и притягивая. Какие мягкие и горячие у него губы под моими пальцами.
— Тише, — говорю едва слышно. Хочу глазами показать, чтобы он понял, что за его спиной ходит Грэм, но не могу оторвать взгляд от черных зрачков. Красивые огоньки растут, расширяются, как лесной пожар. — У вас кожа краснеет?
Удивленно смотрю на то, как смуглая кожа регента начинает отливать слегка красноватым подтоном.
— Нет, — отвечает мужчина, шевеля губами под моими пальцами, этим движением заставляя волоски на моем теле электризоваться и вставать по стойке «смирно», чтобы посмотреть, кто же там такой горячий. — Не краснеет.
Отвечает, но я почти не слышу его слов, потому что именно в этот момент регент, явно специально, чуть прикусывает кожу на моих пальцах. Резкая дрожь, которая настигает меня совершенно неожиданно, выбивает почву из-под ног. Что происходит? Это что за восторг текущей самки? Что дальше, Алена? Задерешь хвост и позволишь ему себя… Он вообще-то твой начальник, а тебе прилично лет, чтобы понять, чем чреваты подобные связи!
Не задумываясь, что делаю, в ответ на игривое покусывание хорошенько шлепаю пальцами по мужским губам. Ибо нечего! Глаза регента вспыхивают, наливаются красным, как у хищника, завидевшего добычу.
— Бам!! — выдает громко Даша и задорно лепит своей пятерней регента по груди. — Бам!
— Дамы, не распускайте ру… — договорить мужчина не успевает, в кусты просовывается довольная физиономия Грэма.
— Вот вы где!
И мальчишка тут же исчезает. Понятное дело, побежал стучать. А вот и не угадал, я буду первой! Недолго думая, пихаю довольно смеющуюся Дашу в руки ошалевшего регента и, выпрыгнув из кустов самкой кенгуру, несусь на всех парах вперед, стремясь перегнать бегущего впереди Грэма.
Ну уж нет! Этот раунд за мной! Приложив максимум усилий, обхожу мальчишку и успеваю первой «застучать», всего на пару секунд раньше.
— Нет! — вопит Грэм.
— Да! — я прыгаю вокруг него и танцую танец маленьких утят. — Да здравствует ничья! Победила дружба!
Останавливаю свои дикие танцы только тогда, когда обращаю внимание, какими круглыми глазами на меня смотрит регент, держащий на руках счастливую Дашу.
— Дружба? — спрашивает Грэм.
— Ну да. Так говорят, когда нет проигравших, — отвечаю мальчику. — Ну что? Нагулял аппетит? Пойдем на пикник?
Подхожу к регенту, протягиваю руки, чтобы забрать дочь, но мужчина отодвигается, а моя вредина хватается руками за местами белую рубашку чужого дяди и вопит во все горло:
— Не-е-еть!
— Не поняла. У нас пикник, Дашунь, а дяде регенту нужно идти заниматься важными государственными делами, — снова протягиваю руки, чтобы взять дитё.
— Неть! — протестует мелкая вредина, а мужчина снова делает шаг назад.
— Государственные дела, конечно же, очень важны, но не вы ли говорили о том, что мне нужно больше времени проводить с племянником? — спрашивает Его Высочество и смотрит на меня, высокомерно приподняв одну бровь.
— А вы, вдруг, решили прислушаться к совету няни без педагогического образования?
— О! У вас нет педагогического образования? Получается, я вам плачу слишком много, учитывая, что вы не профессионал, а любитель. Наверное, стоит пересмотреть договор о найме.
Не, ну ты посмотри какой жлоб!
— Да, я согласна, стоит пересмотреть. Учитывая, что я выполняю не только обязанности няни, но еще и психолога, а также консультанта по семейным делам. И заметьте, хорошего консультанта, раз вы сочли мои советы дельными и решили ими воспользоваться. Да, моя зарплата явно не соответствует моей квалификации и количеству выполняемых мной обязанностей. И, кстати, когда будет аванс? Я уже работаю почти неделю.
— Завтра после обеда приходите ко мне в приемную, обговорим условия труда. А пока… хочу пикник.
Н-да… посмотрев на высокую и широкоплечую фигуру регента, я понимаю, что не брала столько еды.
Глава 9
— А у вас точно нет никаких важных дел? У меня чувство, что вы что-то забыли, — говорю регенту, видя, как он в два укуса доедает уже четвертый по счету бутерброд.
— Нет, я ничего не забываю, — сообщается мне с очень довольным видом, при этом мужчина, мне кажется, сам не понимая, что делая, машинально поглаживает макушку Даши, так и не захотевшей променять объятия одного мрачного дядьки на теплые мамины.
— Ваше Высочество… — начинаю я, но договорить мне не дают, перебивают.
— Зовите меня Рэнульф, это допустимо в подобной неофициальной обстановке, — говорит и смотрит на меня пристально совершенно непонятным взглядом.
— Алена, а у нас уже закончилось угощение, — сообщает Грэм, дожевывая последний кусочек фрукта.
— Вообще, предполагалось, что нас будет меньше и мы не накинемся на еду стаей диких волков, а будем потихоньку есть и разговаривать, — говорю обоим троглодитам.
— Да-а, — как-то задумчиво произносит регент, — мы так увлеклись едой, что вам ничего не досталось.
— Вот именно! — и да, это звучит с упреком. А тут еще и мой желудок резко начинает выть раненым зверем.
— Ого, — в два голоса произносят мужчина и мальчик, когда мой организм умолкает. — Это было… очень жалобно. Надо что-то делать.
— Что? — спрашивает Грэм у дяди.
— Как что? Надо накормить Алену.
— Я и сама прекрасно могу есть, кормить меня не надо, — упираюсь такой внезапной инициативе.
— Чего это она возражает? — игнорируя меня, спрашивает мальчик у регента.
— У женщин такое бывает. Называется: противоречивость натуры, — отвечает мужчина и нагло усмехается, демонстрируя чуть увеличенные клыки.
Я вылупляю глаза и не могу оторвать взгляд от этих губ, изогнувшихся в греховно обольстительной улыбке и острых белых клыков. Интересно, если он укусит, это будет больно, или… Даю себе хороший ментальный подзатыльник, чтобы включились мозги.
— Пойдемте, продолжим пикник, но в более удобных условиях, чем здесь, — Рэнульф одним плавным движением встает с пледа, все еще держа в заложницах мою счастливо улыбающуюся дочь. Вот же, перебежчица!
— Да! Точно! Заодно Алена покажет, что такое шаверма, — Грэм со скоростью молнии складывает все наши пожитки в коляску и уже вострит лыжи в сторону дома. Ты смотри, какие все быстрые!
— Вообще-то, предполагалось, что это мы будем угощать женщину, а не она нас, — вносит дядя коррективы в
